Приют для лошади

Приют для лошадей Уникум — это неформальное бесприбыльное добровольное объединение людей, которые любят лошадей и хотят помочь им выжить. В Уникум принимаются лошади, подлежащие выбраковке по возрасту или состоянию здоровья, либо попавшие в беду. Здесь они доживают годы, отмеренные им судьбой; их берегут, любят и поддерживают до самого конца.

Автор: К. Оспинникова

Свое название приют получил по имени его первого обитателя — рысака Уникума, который прожил там более 5 лет и умер в 1994 году на двадцать шестом году жизни.

Попытки оформить приют официально потерпели неудачу из-за благотворительного характера организации и ее полной коммерческой бесперпективности. В результате приют, основанный Лидией Васильевной Оспинниковой в 1988 году, разместился на ее собственном дачном участке в ближнем Подмосковье. Там руками энтузиастов было построено три маленькие конюшни, крытый сеновал, плац для выгула, подсобные помещения.

Уход за лошадьми тоже осуществляется силами добровольцев, есть свои коваль и ветврач, которые работают с нашими лошадями бесплатно. Средства на корма, лекарства, опилки, приобретение новых пансионеров собираются сообща между активистами приюта. Именно так: разбитых, больных, покалеченных животных нам продают, а не отдают, хотя у нас и есть три лошади, которых нам в свое время предложили забрать за так. Можете вообразить себе в каком они были состоянии на момент прибытия к нам.
Правда, в последние два-три года к нам все чаще обращаются с просьбой взять в приют лошадей, которые уже не в силах возить очки в спорте или прибыль в прокатах. В Уникум на сегодняшний день уже образовалась очередь — ведь мы можем поставить к себе лошадь только на освободившееся место; отсюда животные на бойню не уходят.

За годы работы в конюшнях приюта стояло около 30 лошадей, нуждающихся в помощи. Их истории почти всегда драматичны, а подчас — трагичны. Для всех них Уникум стал последней надеждой. Если у приходящей к нам лошади не выявлено остро прогрессирующих или необратимо запущенных заболеваний, нам в большинстве случаев удается восстановить ее физически и, что не менее важно, психологически, пробудить в животном радость и интерес к жизни.

Многие лошади сохраняют живость темперамента и работоспособность до 25 лет и больше. Самый старый из всех бывавших в Уникуме питомцев — орловский рысак Напор — дожил почти до 27 лет. В основном же в приют приходят от 16 лет и старше.

Все обитатели приюта подлечены и работают под седлом на прогулочных маршрутах. Они спокойны, добронравны — нервная система лошадей постоянно находится под пристальным вниманием. Мы лечим своих подопечных не только лекарствами и процедурами, но и покоем, добрым отношением, заботой и лаской. В приюте запрещено грубо кричать на лошадей или бить их, под запретом также хлыст, шпоры, грубая работа поводом. В результате лошади очень хорошо ходят под начинающими всадниками и теми, кто любит спокойную езду.
Вместе с тем — по настроению и хорошей погоде — наши старички способны и слегка порезвиться, растащить и даже выкупать всадника в ближайшем сугробе. Опилки из них отнюдь не сыплются, напротив! Вот почему мы не просто сажаем новичка на лошадь, а обязательно учит ездить верхом. Активисты приюта работают лошадей бесплатно, ну а гости в качестве добровольной помощи оплачивают суточный прокорм того, на ком они поездили.

Нагрузка у каждой лошади строго индивидуальная, в зависимости от ее состояния и самочувствия включает шаг, рысь, галоп и даже прыжки через невысокие препятствия. Под седлом лошади ходят только в выходные дни на 1-2 часа, а будни предназначены для отдыха и лечения.. Каждый день в распорядке конюшни для подопечных Уникума предусмотрена двухчасовая прогулка в плацу, где лошади играют, общаются, имеют свободный доступ к сену.

Теперь несколько слов о лошадях, которые прошли через наш приют. Пусть всадники, которые в прошлом их знали, порадуются, что последние годы жизни их любимцев не были омрачены ничем. Итак,

  • из конной милиции Москвы:
  • — рыжий буденовец Почин;
  • -караковый тракененский Автограф.
  • с ЦМИ
  • — рыжий тракененец Вальс (Волейбол)
  • из Школы верховой езды при ЦМИ:
  • — рыжий русский рысак Уникум;
  • — темно-гнедой чистокровный Бруклин;
  • — караковая русская рысачка Пауза;
  • — гнедой венгерский Набат;
  • — соловый карабаир Форум.
  • из кавалерийского полка Мосфильма:
  • — караковый кабардинец Нельсон;
  • — гнедой англо-кабардинский Сильвер.
  • из первого московского конного кооператива Ямской двор
  • — серый орловский рысак Пепел;
  • спортивный комплекс в Планерной:
  • — серый русский рысак Ландыш;
  • -рыжий буденовец Тайвань (Вампир);
  • — караковый буденовец Эбонит;
  • — рыжий буденовец Обзор.
  • из конного театра Каскадер Мухтарбека Кантемирова:
  • — вороной орловский рысак Подарок (Показной).
  • из конно-спортивного клуба совхоза Останкино
  • — серый орловский рысак Напор.

Тринадцать из этих лошадей благополучно дожили до глубокой старости, а четверо оказались неизлечимо больны. Но для нас все они остаются живыми — в нашей памяти.

В настоящее время на наших конюшнях стоит 10 лошадей, в том числе одна — 10 лет, две — 15 лет, одна — 17 лет, одна -18 лет, две — 19 лет, одна — 20 лет и две — по 21 году. Со многими из них до попадания в наш приют судьба обошлась очень круто.

Скажем, рыжий дончак Лесок. Когда-то его выкупили в частные руки. Сначала городские хозяева поставили Леска в деревне и приезжали навещать. Но потом, по неизвестным нам причинам, они куда-то исчезли, приглядывавшая за Леском деревенская женщина умерла, а несчастный конь так и остался стоять в запертом сарайчике — заброшенный, некормленный и никому не нужный. О его существовании все просто забыли. Когда его случайно обнаружили, Лесок уже был близок к голодной смерти. Результатом этого явились тяжелые болезни, в том числе серьезные проблемы с сердцем.
Или вот другая история. Тракененский караковый Зефир. Ему всего 10 лет. Одно время он стоял в конюшнях Центрального Московского Ипподрома в частном владении. Но хозяин его задолжал за аренду и отдал лошадь Манежу в уплату долгов. Так Зефир остался без хозяина, и потому с тех пор ездили на нем кто хотел, сколько и как хотел. А когда конь заболел, его практически не лечили — ведь он был ничей, а никто, понятно, не хотел тратить денег на бесхозную лошадь. Постепенно простуда обернулась воспалением легких, а потом заболевание переросло в тяжелую эмфизему. За полгода здоровая молодая лошадь превратилась в калеку. Работать Зефир больше не мог, доходов не приносил; его переставили из денника прямо в коридор и вынесли приговор — пойдет на мясо для собак. Он тоже приехал к нам больным, истощенным, с потухшим взглядом, утратившим всякий интерес к жизни. Конечно, такое тяжелое заболевание, как энфизема до конца уже не вылечить, но нам удалось привести Зефира в порядок: теперь он чувствует себя вполне прилично.

С 2002 г в «Уникуме» живет серый шетлендский пони Дождик. Ему 20 лет, он был передан в приют своей последней хозяйкой безвозмездно. С июня 2003 г. в приюте живет гнедой русский рысак Габарит. Его выкупил у покатушечников журнал Конный мир. Сотрудники журнала вскладчину оплачивают содержание этого тринадцатилетнего жеребца.

Постоянный актив приюта Уникум — около 20 человек. С годами он меняется, люди приходят и уходят. Но есть у нас и такие, кто работает здесь со дня основания, либо имеет стаж сотрудничества с Уникумом от 3 до 8 лет. Некоторые их тех, кто в конце 80-х пришел в приют подростками, уже выросли, отыграли свадьбы и даже привели сюда своих собственных детишек.

В коллективе Уникума сложились свои традиции. Мы вместе отмечаем дни рождения наших лошадей (именинник обязательно получает вкусный подарок), вместе скорбим по ушедшим коням и поминаем их в годовщину смерти. Мы обмениваемся книгами о лошадях, фотографируем их (в наших фотоальбомах — вся история приюта), выпускаем новогоднюю стенгазету; на стенах приюта — рисунки и живописные портреты наших питомцев, сделанных теми людьми, кто приходит в Уникум.

Мы даже помогаем друг другу готовиться к поступлению в институты — и нет ничего удивительно в том, что многие из нашей молодежи собираются стать ветеринарами и зооинженерами, биологами и врачами, а кое-кто уже закончил обучение. И для всех них первой школой обращения с лошадьми стал Уникум. Ну и, разумеется, мы все вместе везем воз повседневных забот конюшни — чистка, уборка, кормление, ремонт и т.д.

Только не думайте, что у приюта Уникум нет проблем. У нас очень нелегкая жизнь, ведь мы люди небогатые — учителя, медсестры, инженеры, архитекторы, секретари, библиотекари, пенсионеры. Но мы сумели просуществовать все эти 12 лет потому, что бесконечно любим своих старых животных, отдавших человеку здоровье и годы труда. Наши питомцы дарят нам бесценную радость общения, а мы только отдаем им свой — человеческий — долг.

Приют УНИКУМ выражает благодарность за оказанную помощь:

  • журналу «Конный мир»;
  • Всемирному Фонду защиты животных (IFAW), который на один год взял шефство над рыжим дончаком Леском и оплачивает его содержание и лечение;
  • компании «Анталлис», которая бесплатно выделила медикаменты (витаминно-минеральную подкормку) для Габарита.
  • Хотите тоже подставить плечо? Помочь питомцам Уникума прожить остаток жизни в покое и довольстве? Мы будем рады любой помощи. Нам очень нужны:

    • овес и сено (поставщики, позвоните!)
    • опилки;
    • лекарства;
    • материалы для ремонта конюшни;
    • снаряжение, которое не разваливалось бы на ходу от старости и многое другое.
    • Елена Глущенкова, Елена Кононова, Нэлли Ефимкина

      Верховая по имени Картечь мягкими губами забирает яблоки из рук хозяйки — Эллины Гальцовой. Этот приют для лошадей появился, после того, как сыну Эллины поставили диагноз — аутизм. Специалисты посоветовали — дескать, общение с лошадьми поможет развитию. Женщина взяла в леваду первого постояльца. Говорит — и предположить не могла, что это станет началом дела всей жизни.

      «О приюте речи не было, так как мой сын стал расти, так как очень хороший результат дает общение с животными, именно не иппотерапия, а общение с животными, для детей разных диагнозов», — сказала Эллина Гальцова.

      Источник фото: телеканал «360»

      После первой лошади появилась еще одна — надо было спасать, животное могли отдать на убой. К тому времени хозяйка приюта оставила работу — занималась сыном и своими подопечными.

      Приюту «Эллина» в подмосковном поселке Кратово больше десяти лет. И по-прежнему для хозяйки животные — не бизнес. За посещение приюта или общение с его обитателями оплаты она не ждет.

      «Вы знаете, если почистить лошадь, 40 минут постоять с ней, то может голова пройти. Приезжают больные детишки, некоторые даже на колясках, с ДЦП, и они вот, кто может чистят, кто может просто гладит», — сказала Эллина Гальцова.

      Источник фото: телеканал «360»

      Благотворительный забег в поддержку бездомных животных прошел в Истре

      Она скупо делится трагичными историями этих животных, охотнее говорит про счастливое продолжение их жизни.

      «Вот это наша самая молодая лошадь, она никогда не была верховой. Вот смотрите внимательно, видите контрактура обеих ног, вот это сделал человек. Нам ее отдали, просто потому что она пришла в негодность, она никогда не будет верховой, но у нас она нашла себя, у нас есть волонтер, он с ней уже три года, она научила носом мячики подкидывать на праздники», — сказала Эллина Гальцова.

      За последние годы приют разросся — сейчас здесь больше ста постояльцев. И не только лошади.

      Источник фото: телеканал «360»

      Эллина Гальцова признается — эта разношерстная в прямом смысле слова компания, только придает ей сил. И хотя она много раз говорила, что приют закрыт для приема животных, новые постояльцы все равно появляются. Всех желающих оказать помощь здесь привечают — миллионных вложений хозяйка не ждет, лишние руки — и те в радость.

      Помочь приюту можно! Сберкарта помощи приюту «Эллина» 639002409029105604 Гальцова Эллина Александровна. Карта привязана к номеру телефона 89031781644.

      В 100 километрах от Москвы в полях Клинского района расположилась конюшня-приют для лошадей. Деревня Третьяково полна обитателей – сюда привозят коней не только из Подмосковья. Тут есть «гости» и из Краснодарского края, Калужской области.

      У каждой лошади здесь своя неповторимая история: кого-то спасли с бойни, кого-то больше не смогли содержать старые хозяева, кто-то просто постарел. В Третьяково они обрели приют.

      Анастасия Корягина (на фото слева) открыла приют для лошадей в деревне Третьяково около шести лет назад. К настоящему моменту количество ее подопечных насчитывает порядка 57 коней.

      На первый взгляд кажется, что лошади свободно пасутся на лугу без всяких ограничений. Однако левада (поле для выгула) размером в несколько гектаров ограждена лентами, находящимися под напряжением. И кони всегда знают границу дозволенного.

      Фото: портал Москва 24/Никита Симонов

      У лошадей есть свой ежедневный режим, следование которому гарантирует послушание. Хотя, бывают и эксцессы: кони прорывают «оборону» – ограждение левады – и пасутся на соседнем, не принадлежащем приюту, поле. На фото: хозяйка табуна гонит нарушителей на свое пастбище, угрожая не пустить на следующую прогулку самых строптивых.

      В приюте никогда не появляются абсолютно здоровые и счастливые лошади – такие нужны самому. На попечение к волонтерам обычно отдают непригодных для работы коней. На фото – лошадь Маня, большую половину жизни она провела в городском прокате. Но ее недуг, слоновья нога, больше не позволяет ей катать пассажиров. Поэтому она тихо встречает старость на полях Клинского района.

      Большинство лошадей работники приюта привели в хорошую форму. И у некоторых из них со временем появились друзья-кураторы. Время от времени они приезжают к своим подопечным, убирают их стойла, вычесывают гриву, ласкают и дают яблоки. Также кураторы спонсируют питание и лечение своих любимцев. Суммы разные – кто сколько сможет.

      А есть в Третьяково и кони, которых выкупили полностью, но оставили на постой. На фото – волонтер Ира и ее личная лошадь, которую она когда-то сама спасла с бойни и привезла в приют.

      Помимо летней левады, у коней есть зимняя альтернатива: полуоткрытая конюшня. Она предназначена для того, чтобы у лошадей был выбор в холодную погоду: гулять на улице или остаться под крышей. Однако ею пользуются и в теплое время года. В загоне время от времени содержат только поступивших скакунов, которых пока в табун выпускать рано.

      Вместе с новичками в полуоткрытой конюшне коротают деньки кони, которым по особым причинам ходить гулять с другими нельзя. Пожилой обитатель Третьяково, Сережа, несмотря на преклонный возраст (около 24 лет), находится в неплохой форме. Но пастись со всеми его не пускают из-за задиристого характера. Работники приюта опасаются, что Сережа во время прогулки может ввязаться в драку и сильно пострадать от копыт более молодого товарища.

      В конце дня лошади отправляются в свои личные квартиры-стойла. Некоторые ввиду травм не покидают их и днем. Например, Буран (на фото) повредил ногу во время прогулки. Рану зашили прямо на суставе, и несколько дней коню нельзя бегать – чтобы швы не разошлись.

      На территории конюшни расположился также небольшой приют для кошек и собак. А на фото – совсем новый и первый в своем роде обитатель деревни Третьяково.

      © 2012 – 2020

      Все права на материалы, находящиеся на сайте m24.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта ссылка на m24.ru обязательна. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.

      СМИ сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-53981 от 30 апреля 2013 г.

      Средство массовой информации сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» создано при финансовой поддержке Департамента средств массовой информации и рекламы г. Москвы. (С) АО «Москва Медиа».

      Учредитель и редакция — АО «Москва Медиа». Главный редактор И.Л. Шестаков. Адрес редакции: 127137, РФ, г. Москва, ул. Правды, д. 24, стр. 2. Тел.: +7 (495) 728-73-81. Почта: [email protected]

      Информация о погоде предоставлена Центром «ФОБОС». Источник и правообладатель информации о курсах валют — ПАО «Московская биржа». По условиям распространения информации обращаться на ПАО «Московская биржа». Информация о пробках предоставлена ООО «Яндекс.Пробки».

      Конюшне-приюту «Шанс на жизнь» нужна помощь. Вот уже почти десять лет его хозяйка спасает скакунов. Она выкупает их из ужасных условий и лечит. А совсем недавно поля для выпаса перешли под сельхознужды, и теперь лошадям негде гулять. Нужно переезжать, а средств не хватает. Корреспондент телеканала «МИР 24» Михаил Пранович – подробнее.

      Огонек катал людей 36 лет. Работал в монастыре, потом в прокате, есть даже актерский опыт: участвовал в реконструкциях исторических сражений. На долгожданную пенсию ушел уже без огня в глазах, полуживым. Хозяйка не отпускала до последнего.

      «Когда он приехал, у него была большая потеря в массе, позвоночник его просто прогнутый, как под всадника. Мы уже вызвали ему ветеринара. Еще у него с зубами проблемы», – рассказывает Анастасия Елизарова, хозяйка приюта.

      Всю свою жизнь Анастасия с мужем занимаются спасением «списанных» коней. Судьба у них у всех одна. Когда перестанет приносить хозяину прибыль – отправят на бойню. Хочешь спасти – плати. А цену лошадиной жизни там знают: 140 рублей за килограмм.

      В месяц на содержание 53 лошадей у семьи Елизаровых уходит почти полмиллиона рублей. И это еще без учета трат на ветеринаров. Только на сено в день хозяева отдают 10 тысяч. В теплое время года табун питается свежей травой. Раньше на этом получалось экономить. Но в этом году уже не выйдет.

      На протяжении пяти лет весь табун водили пастись на поле возле леса. Его площадь больше сотни гектаров, и травы лошадям хватало вплоть до наступления холодов. Но с середины прошлого лета лакомый остров для подопечных приюта закрыт.

      А все дело в том, что владелец земли отдал ее под засев. Хотя, когда с Анастасией подписывал договор об аренде конюшни, была твердая договоренность: лошади будут пастись на поле. О ней мужчина, судя по всему, забыл.

      «Лошади не столько измучены болезнями, сколько своей усталостью. Поле дает им почувствовать себя свободными, они разряжаются морально, и на самом деле, оно прямо лечит», – говорит Анастасия.

      Что делать сейчас, Анастасия не знает. Конечно, рядом есть и другие поля. Правда, совсем небольшие: табуну их хватает на неделю. Чтобы кормить лошадей целое лето, необходимо переезжать на новое место. Только денег на это у хозяев приюта нет. И помогать им пока никто не спешит.

      В Самарской области появился необычный приют для . Его открыла бывшая спортсменка, которая сама получила серьезную травму, но сумела встать на ноги. Теперь с помощью волонтеров она спасает обреченных питомцев от смерти и дает им еще один шанс.

      Лошади по кличке Happy Girl счастье улыбнулось только раз. Она вместо бойни попала в приют, расположенный в пригороде Тольятти, в 800 километрах от рязанского . Здесь же живут и другие кони.

      Евгения Манжелеевская, хозяйка лошадиного приюта: «Вы бы его видели, когда он приехал. Это был набор костей и банка крови. Коня бросили хозяева. Не знаю, как они могли так поступить. Его в феврале выгнали на улицу, он остался без кормов и без лечения. Люди были 7 лет с этим конем и так поступили».

      Хозяйка Евгения Манжелеевская подобно лошади тянет тяжелую ношу. Уже 5 лет она с помощью выкупает безнадежных животных по всей России, оплачивает их перевозку и договаривается о хирургических операциях в местной ветклинике.

      Евгения Манжелеевская: «Люди спрашивают, зачем я их покупаю, они же ни на что не годные. У нас есть конный термин ? сломанные лошади. Это те же самые дети. Как, посмотрев в эти глаза, можно отказаться и сказать: ты мне не нужен, иди на бойню».

      На вопрос «зачем она в это впряглась?» Евгения привычно отвечает: сама как сломанная лошадь. В юности она получила травму, после которой с конным спортом пришлось завязать.

      Жизненный принцип: всегда и все вывозить на себе. Когда в льготной субсидии власти отказали, Евгения оформила кредит на 10 лет, купила участок, обустроила конюшню, потому что, в отличие от прежних хозяев, всегда в ответе за тех, кого приручила. Подробности ? в репортаже корреспондента НТВ Михаила Чернова.

      «О, красавица, умница, любимая моя!
      Как передать словами нашу с тобой близость, нашу любовь, — нет тоньше, таинственней и чище этой любви, навеки безмолвной, навеки верной, не обманывающей, любви между животным и человеком».
      Иван Алексеевич Бунин, о лошади.
      Энергетика этих животных на уровне космоса, их ум и интеллект потрясают, они безусловно высшие создания.

      А что же мы, люди? Что мы даем лошадям взамен? Вы когда-нибудь задумывались о том, что происходит с теми, кто отработал свой срок в спорте, в полиции, в прокате? Кто просто стал старым и больным и уже не может приносить награды, деньги или славу своим владельцам? Есть ли уважение к лошадиной старости и немощности? Нет. В этом жестоком мире им нет места. Как правило, такие животные идут на убой.

      Но некоторые все же успевают вытянуть счастливый билет и проживают еще достаточно долгую жизнь в любви и заботе.

      Мы расскажем вам о таком месте.. Это приют для лошадей «Уникум», который существует с 1988 года. Его основатель и хозяйка Лидия Васильевна Оспинникова. Приют существует на пожертвования добровольце и ему, конечно, далеко до «евростандартов», но самое главное, что лошадям там хорошо, они чувствуют себя совершенно спокойно, их любят и берегут. В «Уникум» лошади попадают чаще всего покалеченные, с неизлечимыми заболеваниями. Их нужно восстанавливать, откармливать и дальше — это пожизненный прием препаратов. За каждую лошадь Лидия Васильевна борется до последнего, продлевает им жизнь, как может. И конечно, очень нужна помощь сеном, кормами,опилками и лекарствами. Ведь содержать такое хозяйство на пенсию очень тяжело.

      Мы обращаемся к вам за помощью!

      Сейчас идет заготовка сена и кормов на ближайшие месяцы. Нам необходимо собрать 28 250 руб. Это позволит закупить 140 кг овса, 210 кг размолотого овса и 3300 кг сена.

      Очень надеемся, что история этого приюта не оставит вас равнодушными.

      Варианты, как перечислить пожертвование ниже, но обращаем ваше внимание: У ФОНДА НЕТ КАРТЫ СБЕРА.

      Мы — юрлицо, нам карту НЕЛЬЗЯ! Но можно перечислить через «Сбербанк Вместе»: https://sberbankvmeste.ru/#card?id=148,

      Совсем просто — это SMS на номер 3141 текст дн (пробел) . Например: дн 200;

      Или ЯК — 410011114521638.

      Можно с любой карты

      через Робокасса http://www.ghope.ru/assistance/donate/. Переходите по ссылке (к сожалению, в Инстаграме они не активны, копируйте!), заходите в Робокассу (это такой сервис) — а дальше всё очень просто.

      И отпишитесь, пожалуйста, на [email protected], что это КОРМ ЛОШАДЯМ.

      Укажите, пожалуйста, сумму, способ перевода,

      время — мы занесём в отчёт. Если СМС — 4 последние цифры номера телефона.

      В приюте под Высоковском волонтеры спасают лошадей, собранных со всей России

      Приютами для бездомных кошек и собак сегодня никого не удивишь. Но мало кто знает, что есть приюты и для более редких домашних животных. Например, для лошадей. Старых, больных или просто неперспективных, их списывают с ипподромов и конезаводов, выбраковывают в конноспортивных комплексах. Большинство животных отправляются на скотобойни. Но некоторым везет — волонтеры забирают их в приюты, обеспечивая лечение, питание и достойную жизнь. О том, как и почему это происходит в одном из таких приютов в подмосковном городе Высоковск, рассказывает «Лента.ру» в продолжении спецпроекта «Страна добрых дел».

      — Он родился 16 дней назад у одной из наших кобыл по имени Ариша. Бог знает почему мама от него отказалась — не стала кормить, затоптала. Когда мы вытащили из-под нее жеребенка, он был еле живой. Он уж и у нас несколько раз помирал, помирал, но пока еще жив. Поим его козьим молоком, выносим гулять на руках. Имени пока не дали — называть таких полуживых плохая примета», — рассказывает Анастасия Корягина, хозяйка приюта для лошадей «Высоковск». А герой рассказа стоит, раскачиваясь, на длинных тонких ногах, в кустах и сосредоточенно объедает листья борщевика. Сентябрьское солнце густо золотит мягкую шкуру и гриву, спутанную репейником.

      Первое в нашей стране общество помощи лошадям «Эквихелп» появилось в 2002 году. Тогда в республике Марий Эл обанкротилась фирма, занимавшаяся конным туризмом. Тридцать голов должны были пойти на мясо. Но волонтеры за неделю собрали 5000 долларов и выкупили коней, раздав их затем в хорошие руки. Сейчас только в Московской области несколько приютов, где содержатся лошади: «Эллина», «Пирс», «Уникум», есть фермы в Челябинске, Тольятти, Краснодарском крае. Приют в подмосковном Высоковске, пожалуй, один из самых больших — в нем сейчас живет 26 лошадей: 15 постойных коней и 11 инвалидов.

      Если бы не приют, все эти чудесные животные давно бы уже погибли на бойне

      — На самом деле, я не собиралась открывать приют, — говорит Настя. — Просто хотела завести себе лошадь, для души.

      Лошадьми Настя увлеклась семь лет назад, когда ей было 14. Школьницей она проводила лето на даче под Высоковском. По соседству дед-алкаш держал конюшню. Настя с подругами помогала деду ухаживать за лошадьми, заодно выучилась ездить верхом. Потом подруги выросли, разъехались, а Настя уговорила маму купить ей коня — красавца Бибигона буденновской породы. А после школы поступила в Московскую ветеринарную академию — сейчас она уже студентка четвертого курса.

      Событие, изменившее Настину жизнь, произошло в 2011 году. Насте позвонила незнакомая женщина и попросила спасти лошадь. В Краснодаре разорился конный завод, всех здоровых коней разобрали, остался только старый больной Фотон — жеребец английской верховой породы.

      — У него был осколочный перелом передней ноги, так что к нам он приехал лежачим, — вспоминает Настя. — Он был очень напуган, в деннике жался в углу, ни к кому не подходил. Но мы его восстановили — и физически, и душевно. Со временем он стал ручным, мы даже катали на нем детей.

      Первые два года приют размещался на восьми сотках загородного участка и так и назывался — приют на маминой даче. Два года назад администрация Клинского района выделила Насте старый свинарник в деревне Третьяково, под Высоковском.

      Здание было 15 лет как заброшено — в конце 90-х тут прошла африканская чума свиней. Настя с мамой провели дезинфекцию, залатали крышу, построила денники.

      — Нам очень помогли моя подруга, ее младшая сестра и ее приятельницы, — вспоминает Настя. — Девчонки месили цемент, а мы с мамой складывали из пеноблоков загоны.

      Вместе с Настей мы обходим приют: конюшню и две левады — загоны для выгула лошадей. В одной из них — кобылы, в другой — жеребцы. В конюшне остались постойные лошади. Еще несколько инвалидов пасутся в заросших бурьяном колхозных полях неподалеку.

      Очень немногие верные друзья человека получают право на заслуженный отдых. Невзирая на прошлые заслуги, состарившихся и заболевших коней отправляют на бойню

      Фото: Анастасия Корягина

      — Первое время местные жители нас ругали, — говорит Настя. — Лошади иногда забредали к ним на огороды, объедали у кого капусту, у кого картошку. Но сейчас все дачники поставили заборы. Так что теперь коней в деревне даже любят, угощают яблоками, морковкой.

      Своих подопечных Настя находит повсюду: на частных фермах, на конезаводах, на бойнях. Вот, например, кобыла Салочка, вороная американская рысачка. Была беговой лошадью на московском ипподроме. Но получила травму ноги, которую, как считалось, вылечить невозможно. Настя узнала о ней от своего ветеринара Ольги Ярошенко и забрала Салочку. В приют кобыла приехала лежачей — с ламинитом (воспалением — прим. «Ленты.ру») всех четырех копыт. Настя вызвала коваля-ортопеда, заказала для Салочки специальные ботинки — они до сих пор стоят в аптечном шкафу, могут еще пригодиться. Через полгода кобыла полностью выздоровела, и Настя передала ее хорошим знакомым.

      Саша — двухлетний жеребец буденновской породы. Прошлой зимой Насте позвонила одна дама и сказала, что готова спасти лошадь, но содержать ее не сможет. Настя предложила ей взять со Старожиловского конезавода в Зарайске Сашу — сына известного скакового коня Опиума Арома Кайзера. Саша хромал. Заводчик не хотел его отдавать, утверждал, что конь поранился, у него сильно воспален сустав и его следует усыпить — чтоб не мучился. Но Настя упросила. Сашу привезли в приют в сильный мороз, выгрузили, обследовали — оказалось, что у него оскольчатый перелом одной передней ноги и контрактура сустава другой. Контрактуру ветврач сразу прооперировал, но травмированный сустав временами воспаляется до сих пор. В такие дни Саша держится на обезболивающих.

      А вот его друг буденновец Мукубен был найден на скотобойне в Пензе. У него целый букет болезней. Мукубен страдает плохой свертываемостью крови, у него травмированы ноги и перебит хребет в трех местах. Настя подозревает, что на Зимовниковском заводе, где он прожил большую часть жизни, на нем пасли коров. Возможно также, что спину ему сломали уже в Пензе — на бойнях лошадей обычно выгоняют в леваду стреноженных, но жеребцы все равно дерутся и калечат друг друга. О Мукубене Настя заботится особенно.

      — Мы с ветврачом буквально поставили его на ноги. Сейчас он уже пасется совершенно самостоятельно. Правда, гулять я его выгоняю отдельно от остальных — незачем ему с больной спиной за кобылами бегать.

      Одним из последних Настя подобрала вороного тяжеловоза Черныша, примерно семи лет от роду. Позвонила подруга, рассказала, что под Калугой, в лесу привязан конь. Ни лесники, ни жители соседних деревень не знают, как он там оказался. Помочь ему тоже никто не помог. Когда Настя приехала за ним, конь был истощен и сильно простужен. Судя по его состоянию, он провел в лесу не меньше трех месяцев, и в память об этих днях у него навсегда останется хроническая обструктивная болезнь легких.

      Два года назад администрация Клинского района выделила Насте старый свинарник в деревне Третьяково, под Высоковском

      Всех этих старых покалеченных и больных лошадей конезаводы Насте не отдают, а продают. Взять лошадь на бойне стоит 20-30 тысяч рублей, еще в 10-15 тысяч обходится перевозка в специальном фургоне. По прибытии в приют лошади требуется ветосмотр: рентген или УЗИ — 5000 за вызов и 3000 — за саму процедуру, ортопедическая ковка — от 4 до 14 тысяч рублей. Лекарства тоже не дешевы — их цена может достигать 2500 за ампулу. Наконец, лошадям надо есть. Вал сена весом 400 килограммов стоит 2000 рублей, а в месяц, когда не пасется, конь в среднем съедает 700 килограммов сена.

      Но Настя нашла выход. Пользуясь тем что конюшня большая, она берет на постой здоровых лошадей — это приносит 7000 рублей в месяц за каждого коня. Кроме того, летом в «Высоковске» работает прокат — за 700 рублей в час Настя устраивает конные прогулки, за 800 рублей в час дает уроки верховой езды. А еще ее лошади работают на свадьбах и больших городских праздниках.

      — У нас есть экипаж конца XIX века, — рассказывает Настя. — Нам его подарили, а друзья, занимающиеся восстановлением старых машин, помогли отреставрировать. Так что на праздник у нас можно заказать карету.

      К тому же мир не без добрых людей. По хозяйству Насте помогают подруги-волонтеры. Особые отношения у нее и с ветеринаром Ольгой Ярошенко — Настя оплачивает ей только лекарства, в благодарность же за труд безвозмездно содержит в конюшне ее коня. А сосед тракторист — в обмен на навоз — бесплатно чистит приюту левады.

      А еще, у некоторых лошадей-инвалидов есть кураторы. Одна из самых давних и активных — москвичка Александра Шапурова, хозяйка чистокровного верхового жеребца по имени Лиссабон, выкупленного ею со скотобойни в Пензе.

      — Александра всегда выручает нас лекарствами, дает денег на то, чтобы сделать коням УЗИ или рентген, — говорит Настя. — Помогает Радику — ахалтекинцу, списанному с конефермы из-за генетических нарушений.

      Семейная пара — Екатерина и Анатолий Шаршуковы — приезжают в Третьяково нечасто, зато всегда с полными сумками медикаментов , подкормок и средств по уходу за лошадьми (полный список всего необходимого приюту здесь. Они же поддерживают сайт приюта. А еще есть одна женщина, Лариса Мелешкина, живущая за 3000 километров от Высоковска. Она курирует Аделину, десятилетнюю соловую кобылу донской породы.

      — Лариса никогда Адель не видела. Но она регулярно перечисляет деньги на ее содержание. Свой поступок она объясняет так: «Я хочу спасти хоть одну лошадь в жизни».

admin

Наверх