Приют для лошадей краснодар

Природа

Спасенные от колбасы

Супруги Игорь и Галина Чередий из станицы Азовской восемь лет выхаживают лошадей, оказавшихся ненужными хозяевам и чуть не пущенных на колбасу. Удалось пристроить больше 200. От местной администрации и казаков приют «Живая лошадь» помощи не видел. Да и само коневодство, если не заниматься элитными скакунами, богатым не сделает — семья перебивается с кредита на кредит.

Станица Азовская в Краснодарском крае — это четыре тысячи жителей, пара квартирных «многоэтажек» по два этажа, педагогический лицей и свой лошадиный приют.

Правда, разводит руками его владелец Игорь Чередий, скоро и на Кубани табуны окажутся в диковинку. Так, на большие районные праздники приглашают наездников из соседней Ростовской области.

«Сейчас дети вообще не знают, как к лошади подойти. Скоро только на картинках будут видеть», — продолжает Чередий. Когда восемь лет назад он случайно узнал о том, что на бойне станицы Северской стоит лошадь буденновской породы, загорелся желанием ее выкупить. Денег на руках не оказалось, упросил работников подождать до зарплаты. Те согласились. Так в семью попала первая лошадь — Реакция. На ней не остановились:

спасение лошадей, причем не только пожилых, но и вполне сильных, даже жеребчиков, затягивало все сильнее.

На основную работу (Игорь — владелец охранного предприятия в Краснодаре) времени остается куда меньше, чем на ставшее главным делом жизни коневодство.

Выкупил целый табун

Не всегда работники бойни идут навстречу «Живой лошади»: кто-то и сегодня соглашается подождать с оплатой, дает лошадку в долг, другие заламывают цену в несколько раз или требуют в обмен корову — голову на голову. «Несколько лет назад привезли кабардинских лошадей, сразу 13 голов, были и кобылы, и жеребята. Цену поставили 25 тыс. за каждого. По всей станице бегал, деньги искал. Хорошо, знакомый вошел в положение, дал в долг. А через три дня кобыла ожеребилась, следом за нею еще две», — вспоминает Игорь.

Чтобы выкупать лошадок, пришлось завести коров: некоторые соглашаются менять только на них. Хотя обмен для коневода, мягко говоря, неравноценный. Если взрослая лошадь стоит около 25 тыс. руб., то корова в несколько раз дороже, за суточного теленка 15 тыс. просят.

Некоторые из вредности и на такой обмен не соглашаются — только деньги, и все.

Одновременно в «Живой лошади» бывает до 50 голов, всего через приют прошли больше 200 животных. Почти всех забирают заводчики лошадей, приезжают даже из Москвы и Казани. Прежде чем расстаться с любимцем, Игорь устраивает претенденту настоящий экзамен на соответствующие для содержания животного условия и знания. Бывает, на место выезжает. Признается, что в 90% случаев отказывает в первом телефонном разговоре. Коневодство не забава на день, вновь встретить выхоженную лошадь на бойне, если она надоест новым хозяевам, не хочется.

Все время разговора от нас не отходит дочь Игоря Лиза. Когда появился приют, она только родилась, все детство проходит с лошадьми. Как и старшая сестра, в мохнатых товарищах Лиза души не чает. Любимица младшей дочки — попавшая в «Живую лошадь» из проката пони Галюся. Несмотря на сложную работу, гнедая спокойная кобылка зла на людей не держит: предыдущие хозяева относились к ней хорошо, в приют отдали доживать лошадиный век.

Дежурство на всех четырех

От администрации — что сельской, что районной, что краевой — «Живая лошадь» помощи не видит. «Никто не поддерживает.

Сельская администрация в лице главы поселения Подобного Алексея Владимировича периодически пинки устраивает, —

признается хозяин приюта. — Например, был на окраине станицы участок, планировали его выкупить под конюшню и выпас. Глава все тянул, а потом поделил его и распродал под жилое строительство».

Нещадно штрафуют, и когда лошадь выбежит из табуна на чужой луг: собственного у приюта нет, а на ничейном не всегда удается за всеми уследить. В прошлом году «несанкционированный выпас» обошелся семье Чередий в 40 тыс. руб.

Еще два года назад арендовали конюшню на ферме, но сменился хозяин — приют попросили переехать.

Не помогают и местные казаки. Вернее, просят лошадей напрокат к праздникам, но в обмен хотя бы поработать — помочь их же почистить, привезти сено, убраться в стойле — отказываются.

«Предлагал организовать на казачьем уровне конные патрули. Так, как в Краснодаре полиция на лошадях дежурит. С высоты седока и видно все лучше, и при трудной проходимости лошадь надежнее, маневренней автомобиля. Ответа так и не получил», — признается Игорь.

Тех, кто недорого подкует лошадей, ищет по всему району.

Перед Олимпиадой Краснодарский край зачистили от гастарбайтеров, большую часть отправили домой. Так приют лишился знакомого таджика, который входил в положение и подковывал лошадей по невысокой цене.

«Наверное, у богатых — кто содержит породистых скакунов, ездит с ними на крупные соревнования, получает призы — это дело прибыльное. Знаю многих таких же, как я коневодов, и с уверенностью скажу: никто еще на лошадях не разбогател. Вкладывая в них, только новые долги получаешь», — рассказывает о доходах мужчина.

Галина Чередий признается, что до семейной жизни практически не соприкасалась с лошадьми. Но когда увидела, как муж загорелся выкупить Реакцию, поняла: без этого он не сможет нормально жить, поддержала решение.

Порой ревнует супруга к увлечению: слишком много времени ему посвящает, но по-женски понимает, что лучше уж за табуном присматривает, чем уйдет гулять или запьет.

«Реакция прожила у нас всего год, она была пожилой. Плюс врачи вовремя не поставили диагноз, так могла бы еще некоторое время протянуть, — волнуется женщина, рассказывая про самую запомнившуюся лошадь. — Умирала у меня на коленях, самое тяжелое — видеть, как из ее глаз катились слезы. Она понимала, что умирает, ей этого, естественно, не хотелось, и понимала, что бессильна что-то изменить. Очень тяжело было».

Когда собеседница ближе познакомилась с лошадьми, ее удивила их самоорганизация. «У лошадей очень сложная структура отношений, каждый знает свое место. К тому же у них потрясающий язык тела.

Посмотрев на коня, можно сказать, что, например, у него довольно сволочной характер, по позе видно, что он не подарок и не сахар. Есть в табуне и золотая молодежь — жеребцы, которые чувствуют поддержку сильных и ведут себя по-хамски. В общем, все как у людей», —

Правда, с одним отличием: в табуне 100-процентный матриархат. Главные там возрастные кобылы, за которыми жеребцы идут следом. Случается и неразделенная любовь, признается хозяйка «Живой лошади». Например, в табуне живет небольшой жеребец, любящий крупных дам темной масти. «За ним следом ходят небольшие кобылы, но он их игнорирует. Крупные лошадки его подпускают, когда нужен жеребец, а в остальное время его внимание их больше раздражает», — описывает Галина любовные злоключения подопечных.

Изредка в приют приезжают волонтеры. Зарплату им здесь не платят, но питанием и жильем обеспечат. А лошадки будут благодарно хватать шершавыми губами протянутые на открытой ладони яблоки и печенье.

Игорь Чередий с женой и двумя дочками живёт в станице Азовской в Краснодарском крае. С 2006 года они занимаются спасением лошадей с бойни, выкупая их за деньги и оставляя в своём приюте «Живая лошадь», пишет издание «Настоящее время».

Спасением лошадей Игорь занялся 13 лет назад. С тех пор он выходил целый табун.

«Когда Союз развалился, лошади стали не нужны. Приезжаешь на бойню ? смотришь, лошади стоят, причём породистые. Они стоили сумасшедших денег, а стали в нашей стране никому не нужны», ? вспоминает Игорь.

На скотобойне за лошадь Игорю приходится платить дороже обычного, поскольку там знают, что он не откажется. В среднем лошадь стоит 25-30 тысяч рублей, но часто Игорю приходится переплачивать, отдавать 35-40 тысяч рублей.

«Несколько лет назад привезли кабардинских лошадей, сразу 13 голов, были и кобылы, и жеребята. Цену поставили 25 тысяч за каждого. По всей станице бегал, деньги искал. Хорошо, знакомый вошёл в положение, дал в долг. А через три дня кобыла ожеребилась, следом за нею ещё две», ? цитирует его слова издание «Газета.Ru».

Игорь работал ранее в службе охраны, был инкассатором, кинологом, руководил собственной охранной фирмой. Но страсть к лошадям оказалась сильнее.

Приют в станице не одобряют: запах, лошади часто выбегают на чужой луг, поскольку своего нет. Нет помощи Игорю ни от местной администрации, ни от казаков, которые только просят лошадей к праздникам.

«Предлагал организовать на казачьем уровне конные патрули. Так же, как в Краснодаре полиция на лошадях дежурит. С высоты седока и видно всё лучше, и при трудной проходимости лошадь надёжнее, маневренней автомобиля. Ответа так и не получил», — признаётся Игорь.

Зато жена и дети полностью поддерживают главу семьи.

«Папе говорят: либо забирай, либо мы её зарежем. И папе приходится забирать, ? говорит младшая дочь Елизавета. ? Лошади не подлые, как люди. Они не предадут, не обманут».

В «Живой лошади» бывает до 50 голов. Всего через приют прошли более 200 животных. Выходив лошадей, Игорь пристраивает их в надёжные руки. Заводчики лошадей из Москвы, Казани прослышали про приют и навещают его. Прежде чем отдать лошадь, Игорь проверяет условия её содержания, иногда выезжает на место. Ему не хочется вновь встретить выхоженную лошадь на бойне, когда она надоест хозяевам. Вырученные за лошадь деньги Игорь тратит на спасение с бойни новых животных.

«Кому-то может показаться, что мы сумасшедшие: мол, зачем нам это надо? Но я не могу жить с мыслью о том, что где-то в это время несчастное животное ждёт с ужасом в глазах своей печальной участи, а я ничего не делаю для того, чтобы предотвратить этот кошмар. И я очень рад, что меня в этом поддерживают мои жена и дочери, которые помогают мне во всём», ? цитирует его сайт «Гордость России».

А по подробней о Вашем приюте?
На какие средства подобная благотворительность?
Вы что, бесплатно берёте коней, а потом продаёте (ищите хозяев)? Или выкупаете у Владельцев?
Что-то Ваш пост похож на очередной лохотрон.

Согласна с ШумелкаМыш. Вы хоть напишите, что у вас за организация, кто финансирует подобную благотворительность.
А то уже видели мы тут таких дамочек. «Возьму лошадку даром», а потом эти лошадки в городском прокате загибаются.

Не в обиду, конечно. А прям интерес разобрал

В 90-е годы, после развала Союза, лошади как-то вдруг перестали быть нужны. Ипподромы старались заниматься только английской верховой породой, а крепкие, выносливые и неприхотливые буденновцы и дончаки стали считаться третьесортными, и их массово сдавали на мясо. В то время Игорь и Галина Чередий из станицы Азовской Северского района занималась разведением собак, и на бойню супруги ездили, чтобы купить свиных потрохов для своих питомцев. Однажды увидели, как к мяснику пригнали 30 лошадей. Сердце екнуло. С этого все и началось: накопили денег — купили первую лошадь, затянули пояса потуже — приобрели вторую…

— У меня с детства были с этими животными особые отношения, — улыбается Игорь Чередий, ласково гладя по морде златобокого скакуна Ангела. — Мама рассказывала, когда мне было три года, я привел лошадь домой — а мы жили на втором этаже в общаге, поставил ее в умывальной и родителям сказал, что теперь она будет жить с нами! Конечно, ошарашенный отец быстро вернул лошадь хозяину, но история запомнилась надолго. Ну а потом в пять лет первый раз сел в седло. Тот, кто хоть раз общался с лошадью, сразу влюбляется в этих животных.

Бригантину морили голодом, а Проню били

Человек почему-то считает, что природа ему должна. Поэтому, как только лошадь перестает приносить прибыль, от нее стараются избавиться — зачем тратить деньги на ее содержание, раз с нее больше нечего поиметь? И послушное животное, доверчиво глядя в глаза хозяину, идет за ним на бойню. Если в дело не вмешиваются неравнодушные.

Сейчас в приюте Игоря «Живая лошадь» 38 особей самых разных мастей и помесей: буденновцы, дончаки, ахалтекинцы, пони, английские верховые… Более половины из них — с бойни.

— Некоторых животных нам отдают, многих покупаем, — рассказывает Игорь. — Знаем, например, что на бойню привезли лошадь. Приезжаем. Если мы можем дать такую сумму — покупаем. Но сейчас цена на мясо поднялась, и за лошадь просят больше. Раньше за 25 тысяч рублей мы могли спасти животное, теперь такая стоимость редкость. Освежеванная конина стоит 110 рублей за килограмм, вот из этого расчета на бойне вам продают лошадь. Плюс еще накидывают 2-3 тысячи. Это более 40 тысяч! Мы часто не тянем такую сумму. И это понятно: у семьи небольшой бизнес — свое охранное агентство, все деньги от которого уходят на содержание любимых животных, а это очень недешево. Каждой лошади нужно сено и зерно. Это примерно 200 рублей на животное в сутки. Плюс расходы на лекарства. Недавно Галина решила заняться своим здоровьем — отложила денег, но на бойне увидела красивого коня. Лечение отодвинулось на неопределенный срок.

Возраст животных разный: самой старшей, Бригантине, скоро будет 17.

— При хорошем содержании лошадь живет до тех пор, пока у нее есть зубы, — рассказывает Игорь. — Когда они выпадают, а случается это годам к сорока, лошадь не может есть и умирает. Только вот обычно это происходит гораздо раньше. Коню Пете было 25, он к нам попал после жуткой автомобильной аварии. Мог бы выжить после таких ран, но предыдущая хозяйка совсем его ушатала своим конкуром, и выходить его было уже нельзя. Мы взяли его, чтобы он хотя бы последние месяцы жизни провел в заботе. Ну и однажды конь упал и больше не поднялся.

Практически все лошади приюта достались Игорю в ужасном состоянии и каждая — с истощением. Кобылу Рико бесплатно отдал монастырь. У нее эмфизема — поражение легких. У Орлика с бойни проблемы с копытами — он ходит «на носочках». Сейчас ему расчищают лапки и стараются не трогать за шею. У коняки защемило нерв, и от касаний он может упасть в обморок. Проню просто много били, она лягалась и боялась людей. Загара испортили на ипподроме, Бригантину морили голодом… Практически все животные боятся человека — после того, как с ними так жестоко обращались, они больше не верят людям.

Друзья и враги

Во время нашего разговора табун вольно пасется в поле. В приюте никогда не привязывают животных, да они и сами никуда отсюда не уйдут — здесь их действительно любят. На большом лугу , огороженном с одной стороны речушкой, а с другой — лесом, много места. Но так было не всегда, раньше лошади жили во дворе частного дома семьи Чередий. Когда питомцев стало слишком много, решили арендовать участок земли. Выбрали территорию старой коровьей фермы.

— Дорого, конечно, — вздыхает Игорь. — Но делать нечего. Хотелось бы многое здесь усовершенствовать, но земля не моя, в любой момент нас могут «попросить» отсюда, приходится обходиться тем, что есть.

А «есть» действительно мало: летний загон, где лошади ночуют и прячутся от пекла, зимние стойла — там животным тепло и уютно, и несколько покосившихся домиков — для работников.

Тружеников в приюте немного: несколько пастухов. А несколько лет назад из далекого Ульяновска в приют приехала 22-летняя Даша Астафьева с семьей. С мужем и сыном они решили работать именно в этой конюшне.

— Я таких людей, как эта семья, еще не встречала, — улыбается Даша. – Да и маленькому Павлику здесь нравится.

Зарплаты конюхам платят небольшие — около пяти тысяч рублей, плюс питание и проживание.

Своего ветеринара в приюте нет — они приезжают по вызову с Краснодарского ипподрома. А один лекарь из Анапы , однажды приехав на осмотр, не стал брать денег и теперь приезжает постоянно. Говорит, приют хорошее дело делает, и участвовать в его деятельности — дело чести.

Но есть и другие люди. Не так давно дочка Игоря стала находить на улице яблоки, «фаршированные» гвоздями и шурупами. Такие фрукты для лошади смертельны. Пришли к участковому: «Помогите, разберитесь». Но ни ответа, ни привета. Не так давно прямо на территории фермы застрелили молодого жеребца. В мае украли четырех лошадей.

— У нас одна кобыла была, которая родила жеребенка, — грустно Игорь. — А через несколько дней они на подступах к лесу попали в капкан, и жеребенку распороло пузико. Я догадываюсь, кто этим занимается, только не понимаю — для чего? Мы ведь никому не мешаем! Пусть это будет на их совести.

Для неравнодушных

Приют всегда открыт для гостей. Каждый любитель лошадей может приехать на ферму и провести время с этими удивительными животными абсолютно бесплатно.

— Таким лошадям нужно постоянное общение. Они много видели зла от людей, и важно дать им понять, что человека больше не нужно бояться, — говорит Игорь. — Единственное, что стоит денег — это катание верхом. Не потому, что мы хотим «нажиться» на питомцах, а потому, что на средства , заработанные здоровыми лошадьми, мы сможем кормить их больных собратьев, тех, кто уже не в состоянии взять седока.

А совсем недавно на ферме даже занимались иппотерапией — была подходящая лошадка, спокойная и немолодая, которая очень любила детей.

— К нам часто приезжала семья с ребенком, у которого синдром Дауна, — вспоминает Даша. — После общения с животным малышу всегда становилось лучше.

И это понятно — очень уж сильная энергетика у этих умных животных!

— Вот этот — самый красивый, — восхищаюсь я, глядя на гнедого Сокола.

— В мире нет некрасивых лошадей, — улыбается Игорь, гладя его по морде. – Просто, вы пока не можете этого увидеть.

Уважаемые читатели! А каких животных держите дома вы? Есть ли в вашем населенном пункте приюты для животных? Расскажите о необычных любимцах в своих комментариях.

КОНКРЕТНО

Пообщаться с лошадьми вы можете в приюте «Живая лошадь» по адресу: Северский район, станица Азовская, ул. Горная, 18, абсолютно бесплатно. Стоимость верховой прогулки в сопровождении инструктора — 500 рублей. Подробности по тел. 8 — 918-43-11-269

Подробнее по ссылке. Приюту срочно необходимы:

1. Медикаменты

  • РИБОКСИН, ФУРОСЕМИД, АЛОЭ жидкий в ампулах;
  • физ.раствор Na Cl 0,9 %;
  • раствор Рингера, Хартмана (мед.аптека);
  • Гискан, Фелиферон (вет.аптека).

2. Сухой корм для собак

  • Предпочтительны Чаппи, Педигри, Родные корма.
  • Если вы можете помочь приюту чем-то из списка выше, пожалуйста, обратитесь по номеру телефона +7 988 505 2 505

    Краснодог
    и Краснодар

    Краснодарская городская благотворительная общественная организация «Краснодог» начала своё существование в 2003 г. Тогда она ничем не напоминала ту организацию, которой является сейчас. Наша деятельность начиналась с работы совсем крошечного приюта для собак, состоящего всего из 5-ти вольеров. В этих нескольких вольерах с трудом умещалось больше 12-15-ти собак одновременно.

    Игорь Чередий с начала нулевых живет с женой Галиной и двумя дочками в станице Азовской в Краснодарском крае. С этого же времени он спасает «ненужных лошадей» в своем приюте «Живая лошадь», выкупая животных с бойни или у хозяев, которым дорогие игрушки стали не нужны. Игорь говорит, что для него даже самая хромая лошадь, приговоренная к смерти, дороже денег, и чтобы спасти животное, он готов даже брать кредиты.

    В 2006 году Игорь забрал с бойни свою первую лошадь. С тех пор, по его подсчетам, ему удалось спасти целый табун.

    «Когда Союз развалился, лошади стали не нужны. Приезжаешь на бойню – смотришь, лошади стоят, причем породистые. Они стоили сумасшедших денег, а стали в нашей стране никому не нужны», – вспоминает Игорь.

    Сегодня ему звонят почти каждый день и предлагают лошадей: старых, заболевших, спортивных, ездовых, цирковых. В среднем за лошадь просят 25-30 тысяч рублей. Но мясники со скотобойни продают Игорю животных дороже: знают, что он не откажется.

    Раньше Чередий работал в службе охраны, был инкассатором, кинологом, одно время даже руководил собственной охранной фирмой. Но страсть к лошадям оказалась сильнее.

    В Азовской лошадиный приют нравится далеко не всем. Некоторые соседи жалуются, что от животных «плохо пахнет», поясняет Игорь. Недавно станичники стали писать на Игоря жалобы в разные инстанции, из-за чего его часто штрафуют и судят.

    Игорь признает, что проблемы есть: пасти животных, к примеру, ему приходится там, где удается договорится, но уследить за ними получается не всегда. Если лошади убежали и потоптались на чьем-то поле, Игоря могут оштрафовать. И таких случаев в истории приюта было множество.

    Игорь пытается наладить контакт с властями и соседями. Он предлагал администрации брать его приютских лошадей в казачьи патрули, а местных школьников готов обучать верховой езде. Но никого эти предложения не заинтересовали.

    «Из населенного пункта вытесняют. Устаешь от этого всего психологически. День не пройдет, открываешь двери – стоит полиция или администрация», – делится Игорь.

    Зато семья Игоря полностью его поддерживает. Младшая дочь Елизавета – главная помощница и тоже обожает лошадей.

    «Папе говорят: либо забирай, либо мы ее зарежем. И папе приходится забирать, – говорит Елизавета. – Лошади не подлые, как люди. Они не предадут, не обманут».

    основная деятельность приюта заключается в выкупании стоящих под ножом лошадей лечении передержке их неспешному поиску для них новых владельцев а так же в привлечению внимания как можно большего колличества людей к случаям жестокого обращения и нещадной эксплуатации лошадей. так же мы помогаем людям в подборе для себя лошадей хобби класса и обучением бережному отношению к этому такому сильному и такому беззащитному перед человеческой жестокостью животному.

    Адрес: ст. Азовская, улица Горная 18
    Телефон: 89184311269 Игорь 89184943505 Галина
    E-mail: [email protected]

    Добавьте фирму на все страницы сайта в блок «Полезные адреса»!

    Для этого отправьте sms на номер 1161 с кодом:

    admin