Лошадь преступление и наказание

Скачать сочинение
Тип: Анализ эпизода

Одна из сильнейших сторон писательского мастерства Ф.М. Достоевского – его дар психолога. Притягательность произведений одного из самых «трудных» в мире классиков состоит в его умении проникать в самые сокровенные, порой темные тайники человеческой души; постигать загадочность и неповторимость человеческой натуры. «Он стремится приблизить читателя к потоку, калейдоскопу мыслей, чувств своего героя. Поэтому Достоевского называют писателем – психологом», — отмечал А.В. Луначарский.
Характер Родиона Раскольникова, главного героя романа Достоевского «Преступление и наказание» противоречив: он весь в сомнениях, колебаниях. В нем причудливо сочетается непомерная гордость, озлобленность, холодность с мягкостью, добротой, отзывчивостью к чужим несчастьям.
Мы встречаемся с этим героем в трудные для него дни, когда в его душе идет напряженная борьба. Убить процентщицу Алену Ивановну для него означает доказать самому себе, что он не «тварь дрожащая», а «право имеет», что он из тех избранных, которым все дозволено; а отказаться от своего намерения – признать свое ничтожество, свою неизбранность.
Сон, приснившийся Раскольникову в преддверии страшного преступления, сон, возвративший его к страшному эпизоду из детства, играет в повествовании большую идейно-художественную роль.
Во-первых, сон Родиона Раскольникова в лаконичной форме дает читателям некоторые очень важные сведения о семье главного героя, о взаимоотношениях в ней. Раскольников рос в семье, в которой традицией были прогулки отца с сыном («он семи лет и гуляет в праздничный день, под вечер, со своим отцом за городом»). А также — посещение церкви и кладбища, уважение к памяти умерших предков («Среди кладбища каменная церковь, с зеленым куполом, в которую он два раза в год ходил с отцом с матерью к обедне, когда служились панихиды по его бабушке, умершей уже давно, и которую он никогда не видал»).
Мы отмечаем, что мальчика стремились воспитывать в духе христианских традиций: посещать храм божий, помнить об умерших близких и молиться за упокой их души, быть духовно близким с родителями.
Во-вторых, мы делаем вывод, что уже в детстве Раскольников был чуток и восприимчив к происходящему. Он замечал грязь и пороки социальной действительности, и они вызывали в нем неприятие. Так мальчика пугал и отталкивал кабак – средоточие разврата, пьянства: «В нескольких шагах от последнего городского огорода стоит кабак, большой кабак, всегда производивший на него неприятнейшее впечатление и даже страх, когда он проходил мимо гуляя с отцом». И наоборот, мальчик интуитивно тянулся ко всему, что олицетворяло доброе светлое начало: «Он любил эту церковь и старинные в ней образа, большей частию без окладов, и старого священника с дрожащею головой».
В-третьих, Достоевский обличает жестокость, на которую, как это ни страшно, способен человек, и которая заставляет усомниться в человеческом начале в нем. Обезумевшая толпа народа предаются жестокому развлечению – избиению несчастной лошадки, «маленькой, тощей, саврасой крестьянской клячонки». Это «преступление» олицетворяет собой ту темную частичку человеческой души, о которой знал и писал Достоевский.
Народ спорит: способна ли эта несчастная кляча, запряженная в телегу, выдержать огромный вес – огромную, обезумевшую толпу. Эти люди перестают быть людьми, ибо нельзя назвать людьми тех, кто мучает безответное животное, кто способен бить, топтать живое существо и при этом испытывать удовольствие от вида страданий, крови…
Миколка, который «хлещет, хлещет, и уже не знает, чем и бить от остервенения», призывает толпу «сечь до смерти», «добивать» лошадку. «По морде ее, по глазам хлещи, по глазам!» — кричит он. «Да что на тебе креста, что ли, нет, леший!» — воскликнул «один старик из толпы». Но проходит несколько секунд, и даже этот старик «не выдержал и усмехнулся», настолько смешным ему показалось, что «этака лядащая кобыленка» еще и «лягается». Апогея жестокости толпа достигает, когда, подчинившись Миколке, все хватают «кнуты, палки, оглоблю и бегут к издыхающей кобыленке».
В-четвертых, этот сон, вернувший Раскольникова в детство, — своего рода сон–предупреждение. Он говорит о несовместимости того страшного, что он задумал, и ранимой, чуткой, восприимчивой к страданиям других натуры Раскольникова, сердце которого полно сочувствия, острой жалости ко всем, кому плохо, кого обижают. Во всей этой толпе людской, потерявшей человеческий облик, нашелся только один человек – это ребенок, мальчик Родя. Только он один жалеет лошадку. Восприимчивое, ранимое, доброе сердце ребенка живо откликается на страдания несчастного, безответного существа.
«- Папочка, папочка», — кричит он отцу, — «папочка, что они делают! Папочка, бедную лошадку бьют!»
Родя плачет; не помня себя, «пробивается он сквозь толпу к савраске, обхватывает ее мертвую, окровавленную морду и целует ее, целует в глаза, в губы».
Более того, Родя не пассивен в выражении своего сочувствия. При виде страдания живого существа он бросается к нему на помощь; не думает о себе, а ведь обезумевшая толпа могла довольно жестоко поступить с теми, кто решил помешать ей развлекаться. Герой хочет горячо защищать того, кого обижают, мучают: «Потом вдруг вскакивает и в исступлении бросается своими кулачонками на Миколку».
Герою этот сон, напомнивший о чудовищном эпизоде из своего детства, словно послан свыше. Он предостерегает Раскольникова от ошибки, поскольку становится очевидно: человечность Раскольникова не позволяет ему жить со страшным грузом на сердце, отягощенной преступлением совестью.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Достоевский Ф.М. / Преступление и наказание / «Сон об убийстве лошади» (анализ эпизода из главы 5, части 1 романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»)

Смотрите также по произведению «Преступление и наказание»:

Материал для анализа эпизода в романе «Преступление и наказание»

С ны в романе Достоевского «Преступление и наказание» несут огромную смысловую нагрузку, и это очень важно донести до учащихся. Подросткам следует показать, что эпизоды снов — не только увлекательное чтение. Сны в романе не только помогают понять героев, проникнуть в потаённые уголки человеческой души, узнать истинные стремления и ценности героев, их переживание персонажами во многом определяет их дальнейшие поступки, а значит, и последующие события произведения.

Первый сон, который снится Раскольникову, — сон об убийстве лошади. Примечательно то, что этот сон снится Раскольникову не в его клетушке, похожей на гроб, а на природе, на Петровском острове, где герой в изнеможении засыпает. Можно предположить, что Достоевский выводит своего героя из его каморки для того, чтобы показать настоящего Раскольникова, на которого не давят нищета, необустроенность и безысходность.

В основе построения эпизода лежит принцип антитезы: противопоставлены тощая клячонка и ломовые лошади, которые перевозят тяжёлые телеги, Миколка, убивающий животное, и мальчик, целующий мёртвую голову лошади, зрители, хохочущие и острящие, и свидетели убийства, осуждающие Миколку и жалеющие Савраску.

Контраст читатель видит уже в описании городка, являющемся началом эпизода: кабак, вызывающий страх у мальчика, противопоставлен церкви, стоящей посреди кладбища; и эту церковь семилетний Раскольников любит. Ребёнок не боится кладбища, могилки родных вызывают у него религиозное чувство. Не случайно то, что мальчик с отцом идут к кладбищу с церковью, но останавливаются у кабака и становятся свидетелями ужасающей сцены. Так впоследствии главный герой романа (уже не мальчик, а молодой человек двадцати трёх лет), душой тянущийся к Богу, увидит смерть: только из неравнодушного наблюдателя убийства он превратится в убийцу, который попытается стать равнодушным, потому что “сильные мира сего”, по мнению героя, не должны подвергаться мукам совести.

Цветовой контраст тоже не случаен: чёрный цвет (“чёрной пылью всегда покрыта дорога возле кабака”) символизирует смерть, а белый (белое блюдо, белый рис) ассоциируется с очищением. Подбирая цвета подобным образом, Достоевский, возможно, уже намечает путь Раскольникова от духовного падения к очищению. Купол церкви во сне Раскольникова зелёного цвета. Читая следующие страницы романа, мы увидим, что зелёный цвет — цвет жизни, обновления — Достоевский связывает с образом Сони. Мы заметим, что зелёный дом, в котором живёт Сонечка Мармеладова, притягивает молодого человека, совершившего убийство, так же, как и церковь с зелёным куполом влечёт чистого, безгрешного ребёнка.

Когда Достоевский рисует картину убийства лошади, в его палитре становится преобладающим кроваво-красный цвет — цвет агрессии, смерти (у Миколки мясистое, красное лицо, налитые кровью глаза; у лошади — окровавленная морда). Убийца Миколка вызывает у читателей возмущение и ненависть: здоровый, крепкий мужик убивает слабое, беззащитное существо. Говоря о лошади, Достоевский называет её словами с уменьшительно-пренебрежительными суффиксами (лошадёнка, клячонка, кобылёнка), для того чтобы подчеркнуть бессилие животного, его невозможность защитить себя.

Миколка совершает жестокий поступок, убивая существо, неспособное ему противостоять, но при этом у него есть аргументы “за” убийство (“…а кобылёнка эта только сердце мне надрывает… даром хлеб ест…”, “…моё добро, что хочу, то и делаю…”). Именно так он объясняет своё право убивать. С подобными доводами мы встретимся, читая разговор офицера со студентом, мысли которого близки Раскольникову (“…я бы эту проклятую старуху убил и ограбил”, потому что она “бессмысленная… никому не нужная и даже вредная…”). Таким образом, и Миколка из сна, и взрослый Раскольников дают себе право определять нужность или ненужность того или иного существа в мире, что, по мнению Достоевского, недопустимо. Но доводы разума сильны, поэтому люди из толпы, даже те, кто осуждает Миколку и жалеет лошадь, понимают формальную правоту Миколки и выражают свой протест лишь словами.

По-иному ведёт себя семилетний мальчик. “Разумных” аргументов он ещё, в силу возраста, не понимает, и душа его бунтует против убийства: ему жалко бедную лошадку (это слово с уменьшительно-ласкательным суффиксом передаёт нежное, трепетное отношение мальчика к савраске), и он, единственный из всех сочувствующих, пытается сначала спасти несчастную лошадь, а потом отомстить за неё, бросаясь на Миколку. Читая роман, мы увидим, что взрослый Раскольников, обдумывающий убийство и даже уже являющийся убийцей, будет много раз в душевном порыве помогать слабым и беспомощным (он попытается спасти пьяную девочку, он же отдаст последние деньги семье Мармеладовых). Таким образом, внешний конфликт сна об убийстве лошади — конфликт убийцы Миколки и ребёнка, пытающегося спасти несчастное животное, — станет внутренним конфликтом взрослого Раскольникова — конфликтом воспалённого сознания, в котором возникла теория о возможности одних распоряжаться судьбами других, и души, протестующей против зла и насилия.

Создавая образ жестоко избиваемой, жалкой лошадёнки, Достоевский выражает мысль, которая получит своё развитие в романе: от “сильных мира сего” страдают прежде всего самые слабые, беззащитные. Во сне Раскольникова лошадь пытается сопротивляться, она лягается, рвётся, но чем сильнее сопротивляется несчастное животное, тем в большую ярость приходит Миколка. Говоря о чувствах Миколки, Достоевский прибегает к градации: сначала убийца испытывает наслаждение от предполагаемой потехи, потом сердится, а затем приходит в бешенство, оттого что не может убить с одного удара; градуированы и орудия убийства: кнут, оглобля, лом. Образ измученной клячи появится в романе в связи со смертью Катерины Ивановны: она погибнет не столько от чахотки, сколько от непосильного груза навалившихся проблем, от жестокого отношения мира к её страданиям. Недаром последние слова её: “Уездили клячу…”

Появятся в романе в качестве важнейших художественных деталей и предметы вещного мира, о которых случайно на первый взгляд упоминают люди, наблюдающие страшную сцену: топор (“топором её, чего…”) и крест (“креста на тебе нет…”). Слово “топор” звучит во сне, возможно, потому что Раскольников уже сознательно выбрал топор как орудие убийства, а фраза “креста на тебе нет” звучит как предупреждение для героя.

И сам герой верит этому предупреждению: поэтому он, проснувшись, отрекается от “проклятой мечты своей”…

Подводя итоги, приходим к следующим выводам.

Во-первых, в этом эпизоде Достоевский показывает сущность Раскольникова, его душу чистого, жалостливого существа.

Во-вторых, в сцене убийства лошади Достоевский определяет внутренние противоречия Раскольникова: противостояние мужика, логически оправдывающего убийство, и мальчика, душой протестующего против злодеяния, становится в дальнейшем внутренним конфликтом Раскольникова, конфликтом разума и сердца.

В-третьих, в этом сне Достоевский уже намечает путь героя от падения к очищению.

В-четвёртых, именно в этом эпизоде появляются образы, художественные детали, цвета, которые впоследствии определят события произведения и судьбы героев.

Первый страшный сон Раскольникова. Отрывок из романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» (1866).

Страшный сон приснился Раскольникову. Приснилось ему его детство, еще в их городке.

Он лет семи и гуляет в праздничный день, под вечер, с своим отцом за городом. Время серенькое, день удушливый, местность совершенно такая же, как уцелела в его памяти: даже в памяти его она гораздо более изгладилась, чем представлялась теперь во сне. Городок стоит открыто, как на ладони, кругом ни ветлы; где-то очень далеко, на самом краю неба, чернеется лесок. В нескольких шагах от последнего городского огорода стоит кабак, большой кабак, всегда производивший на него неприятнейшее впечатление и даже страх, когда он проходил мимо его, гуляя с отцом. Там всегда была такая толпа, так орали, хохотали, ругались, так безобразно и сипло пели и так часто дрались; кругом кабака шлялись всегда такие пьяные и страшные рожи. Встречаясь с ними, он тесно прижимался к отцу и весь дрожал. Возле кабака дорога, проселок, всегда пыльная, и пыль на ней всегда такая черная. Идет она, извиваясь, далее и шагах в трехстах огибает вправо городское кладбище. Среди кладбища каменная церковь с зеленым куполом, в которую он раза два в год ходил с отцом и с матерью к обедне, когда служились панихиды по его бабушке, умершей уже давно, и которую он никогда не видал. При этом всегда они брали с собою кутью на белом блюде, в салфетке, а кутья была сахарная из рису и изюму, вдавленного в рис крестом. Он любил эту церковь и старинные в ней образа, большею частию без окладов, и старого священника с дрожащею головой. Подле бабушкиной могилы, на которой была плита, была и маленькая могилка его меньшого брата, умершего шести месяцев и которого он тоже совсем не знал и не мог помнить; но ему сказали, что у него был маленький брат, и он каждый раз, как посещал кладбище, религиозно и почтительно крестился над могилкой, кланялся ей и целовал ее. И вот снится ему: они идут с отцом по дороге к кладбищу и проходят мимо кабака; он держит отца за руку и со страхом оглядывается на кабак. Особенное обстоятельство привлекает его внимание: на этот раз тут как будто гулянье, толпа разодетых мещанок, баб, их мужей и всякого сброду. Все пьяны, все поют песни, а подле кабачного крыльца стоит телега, но странная телега. Это одна из тех больших телег, в которые впрягают больших ломовых лошадей и перевозят в них товары и винные бочки. Он всегда любил смотреть на этих огромных ломовых коней, долгогривых, с толстыми ногами, идущих спокойно, мерным шагом и везущих за собою какую-нибудь целую гору, нисколько не надсаждаясь, как будто им с возами даже легче, чем без возов. Но теперь, странное дело, в большую такую телегу впряжена была маленькая, тощая, саврасая крестьянская клячонка, одна из тех, которые — он часто это видел — надрываются иной раз с высоким каким-нибудь возом дров или сена, особенно коли воз застрянет в грязи или в колее, и при этом их так больно, так больно бьют всегда мужики кнутами, иной раз даже по самой морде и по глазам, а ему так жалко, так жалко на это смотреть, что он чуть не плачет, а мамаша всегда, бывало, отводит его от окошка. Но вот вдруг становится очень шумно: из кабака выходят с криками, с песнями, с балалайками пьяные-препьяные большие такие мужики в красных и синих рубашках, с армяками внакидку. «Садись, все садись! — кричит один, еще молодой, с толстою такою шеей и с мясистым, красным, как морковь, лицом, — всех довезу, садись!» Но тотчас же раздается смех и восклицанья:

— Этака кляча да повезет!

— Да ты, Миколка, в уме, что ли: этаку кобыленку в таку телегу запрег!

— А ведь савраске-то беспременно лет двадцать уж будет, братцы!

— Садись, всех довезу! — опять кричит Миколка, прыгая первый в телегу, берет вожжи и становится на передке во весь рост. — Гнедой даве с Матвеем ушел, — кричит он с телеги, — а кобыленка этта, братцы, только сердце мое надрывает: так бы, кажись, ее и убил, даром хлеб ест. Говорю садись! Вскачь пущу! Вскачь пойдет! — И он берет в руки кнут, с наслаждением готовясь сечь савраску.

— Да садись, чего! — хохочут в толпе. — Слышь, вскачь пойдет!

— Она вскачь-то уж десять лет, поди, не прыгала.

— Не жалей, братцы, бери всяк кнуты, зготовляй!

Все лезут в Миколкину телегу с хохотом и остротами. Налезло человек шесть, и еще можно посадить. Берут с собою одну бабу, толстую и румяную. Она в кумачах, в кичке с бисером, на ногах коты, щелкает орешки и посмеивается. Кругом в толпе тоже смеются, да и впрямь, как не смеяться: этака лядащая кобыленка да таку тягость вскачь везти будет! Два парня в телеге тотчас же берут по кнуту, чтобы помогать Миколке. Раздается: «ну!», клячонка дергает изо всей силы, но не только вскачь, а даже и шагом-то чуть-чуть может справиться, только семенит ногами, кряхтит и приседает от ударов трех кнутов, сыплющихся на нее, как горох. Смех в телеге и в толпе удвоивается, но Миколка сердится и в ярости сечет учащенными ударами кобыленку, точно и впрямь полагает, что она вскачь пойдет.

— Пусти и меня, братцы! — кричит один разлакомившийся парень из толпы.

— Садись! Все садись! — кричит Миколка, — всех повезет. Засеку! — И хлещет, хлещет, и уже не знает, чем и бить от остервенения.

— Папочка, папочка, — кричит он отцу, — папочка, что они делают? Папочка, бедную лошадку бьют!

— Пойдем, пойдем! — говорит отец, — пьяные, шалят, дураки: пойдем, не смотри! — и хочет увести его, но он вырывается из его рук и, не помня себя, бежит к лошадке. Но уж бедной лошадке плохо. Она задыхается, останавливается, опять дергает, чуть не падает.

— Секи до смерти! — кричит Миколка, — на то пошло. Засеку!

— Да что на тебе креста, что ли, нет, леший! — кричит один старик из толпы.

— Видано ль, чтобы така лошаденка таку поклажу везла, — прибавляет другой.

— Заморишь! — кричит третий.

— Не трожь! Мое добро! Что хочу, то и делаю. Садись еще! Все садись! Хочу, чтобы беспременно вскачь пошла.

Вдруг хохот раздается залпом и покрывает всё: кобыленка не вынесла учащенных ударов и в бессилии начала лягаться. Даже старик не выдержал и усмехнулся. И впрямь: этака лядащая кобыленка, а еще лягается!

Два парня из толпы достают еще по кнуту и бегут к лошаденке сечь ее с боков. Каждый бежит с своей стороны.

— По морде ее, по глазам хлещи, по глазам! — кричит Миколка.

— Песню, братцы! — кричит кто-то с телеги, и все в телеге подхватывают. Раздается разгульная песня, брякает бубен, в припевах свист. Бабенка щелкает орешки и посмеивается.

. Он бежит подле лошадки, он забегает вперед, он видит, как ее секут по глазам, по самым глазам! Он плачет. Сердце в нем поднимается, слезы текут. Один из секущих задевает его по лицу; он не чувствует, он ломает свои руки, кричит, бросается к седому старику с седою бородой, который качает головой и осуждает всё это. Одна баба берет его за руку и хочет увесть; но он вырывается и опять бежит к лошадке. Та уже при последних усилиях, но еще раз начинает лягаться.

— А чтобы те леший! — вскрикивает в ярости Миколка. Он бросает кнут, нагибается и вытаскивает со дна телеги длинную и толстую оглоблю, берет ее за конец в обе руки и с усилием размахивается над савраской.

— Разразит! — кричат кругом.

— Мое добро! — кричит Миколка и со всего размаху опускает оглоблю. Раздается тяжелый удар.

— Секи ее, секи! Что стали! — кричат голоса из толпы.

А Миколка намахивается в другой раз, и другой удар со всего размаху ложится на спину несчастной клячи. Она вся оседает всем задом, но вспрыгивает и дергает, дергает из всех последних сил в разные стороны, чтобы вывезти; но со всех сторон принимают ее в шесть кнутов, а оглобля снова вздымается и падает в третий раз, потом в четвертый, мерно, с размаха. Миколка в бешенстве, что не может с одного удара убить.

— Живуча! — кричат кругом.

— Сейчас беспременно падет, братцы, тут ей и конец! — кричит из толпы один любитель.

— Топором ее, чего! Покончить с ней разом, — кричит третий.

— Эх, ешь те комары! Расступись! — неистово вскрикивает Миколка, бросает оглоблю, снова нагибается в телегу и вытаскивает железный лом. — Берегись! — кричит он и что есть силы огорошивает с размаху свою бедную лошаденку. Удар рухнул; кобыленка зашаталась, осела, хотела было дернуть, но лом снова со всего размаху ложится ей на спину, и она падает на землю, точно ей подсекли все четыре ноги разом.

— Добивай! — кричит Миколка и вскакивает, словно себя не помня, с телеги. Несколько парней, тоже красных и пьяных, схватывают что попало — кнуты, палки, оглоблю, и бегут к издыхающей кобыленке. Миколка становится сбоку и начинает бить ломом зря по спине. Кляча протягивает морду, тяжело вздыхает и умирает.

— Доконал! — кричат в толпе.

— А зачем вскачь не шла!

— Мое добро! — кричит Миколка, с ломом в руках и с налитыми кровью глазами. Он стоит будто жалея, что уж некого больше бить.

— Ну и впрямь, знать, креста на тебе нет! — кричат из толпы уже многие голоса.

Но бедный мальчик уже не помнит себя. С криком пробивается он сквозь толпу к савраске, обхватывает ее мертвую, окровавленную морду и целует ее, целует ее в глаза, в губы. Потом вдруг вскакивает и в исступлении бросается с своими кулачонками на Миколку. В этот миг отец, уже долго гонявшийся за ним, схватывает его наконец и выносит из толпы.

— Пойдем! пойдем! — говорит он ему, — домой пойдем!

— Папочка! За что они. бедную лошадку. убили! — всхлипывает он, но дыханье ему захватывает, и слова криками вырываются из его стесненной груди.

— Пьяные, шалят, не наше дело, пойдем! — говорит отец. Он обхватывает отца руками, но грудь ему теснит, теснит. Он хочет перевести дыхание, вскрикнуть, и просыпается.

Он проснулся весь в поту, с мокрыми от поту волосами, задыхаясь, и приподнялся в ужасе.

«Слава богу, это только сон! — сказал он, садясь под деревом и глубоко переводя дыхание. — Но что это? Уж не горячка ли во мне начинается: такой безобразный сон!»

Всё тело его было как бы разбито; смутно и темно на душе. Он положил локти на колена и подпер обеими руками голову.

«Боже! — воскликнул он, — да неужели ж, неужели ж я в самом деле возьму топор, стану бить по голове, размозжу ей череп. буду скользить в липкой, теплой крови, взламывать замок, красть и дрожать; прятаться, весь залитый кровью. с топором. Господи, неужели?»

Достоевский по праву считается писателем-психологом. В романе «Преступление и наказание» психологический анализ состояния преступника до и после совершения убийства слит воедино с анализом «идеи» Раскольникова. Роман строится так, что читатель постоянно находится в сфере сознания героя — Раскольникова, хотя повествование ведется от 3 лица. Вот почему так странно звучат его непонятные для читателя слова о «пробе», когда он отправляется к старухе. Ведь читатель не посвящен в замысел Раскольникова и может только догадываться, о каком «деле» он рассуждает сам с собой. Конкретный замысел героя раскрывается только непосредственно перед самым злодеянием.

Но ему предшествует очень важный для понимания характера героя и особенности его преступления эпизод: сон об убийстве лошади. Достоевский полагал, что истинная сущность человека проявляется в подсознании. Вот почему такую важную роль в романе играют сны как один из способов проникнуть в подсознание человека. Первый сон Раскольникова о забитой кляче помогает заглянуть в душу Раскольникова-ребенка, еще не обезображенную его страшной «идеей».
Мир детства, возникающий в его сне, наполнен ощущением сопричастности страданиям и радостям других, он овеян верой в добро и милосердие. Но, как и в реальности, это светлое, гармоничное начало наталкивается во сне Раскольникова на противостоящий ему мрак невежества, жестокости, бездушия. Не здесь ли источник раздвоенности сознания героя, которое приводит его к созданию бесчеловечной теории? Ведь непосредственно перед этим сном находится эпизод, связанный с девочкой, которую пытается совратить некий господин. Та светлая сторона натуры, которая в Раскольникове никогда не умирала, заставляет его вступиться за незнакомую ему девушку, как потом во сне он пытается защитить несчастную лошадь, жестоко забиваемую пьяными мужиками. Правда, сцена на бульваре завершается горькими размышлениями Раскольникова о «проценте», подтверждающем неизбежность существования в мире жестокости и зла. Для Раскольникова это один из аргументов в поддержку правильности его теории и допустимости «крови по совести». Но во сне его подлинная натура противится ужасу убийства беззащитного существа. Здесь подчеркивается несовместимость задуманного Раскольниковым преступления с такими чертами его натуры, как сострадание и нежность.

Образа «клячи заезженной», появляющийся в этом сне, является одним из сквозных в романе: нити от него тянутся к другим персонажам, он становится символом бесконечного страдания. С этим образом-символом соотносятся образы Мармеладова и Катерины Ивановны, их несчастных детей, задавленных нечеловеческими условиями существования.

Но функция данного эпизода этим не исчерпывается. Он завершается тем, что, проснувшись, Раскольников с ужасом думает о том, что не может взять топор и «бить по голове» старуху, «размозжить ей череп», «скользить в липкой теплой крови» — слишком отчетливо он осознал, насколько это противоречит его натуре, пережив свой сон об убийстве лошади. Кажется, еще мгновение — и он откажется от своего преступного замысла. Но как будто некий рок не отпускает его: случайно узнав, что на следующий день в семь часов вечера старуха будет дома одна, он «вдруг почувствовал, что нет у него более ни свободы рассудка, ни воли». Бесчеловечная «идея» захватила его в плен и опутала, как кошмарный сон. И должно еще многое произойти, ему суждено испытать разочарования и страшные страдания, чтобы избавиться от этого кошмара наяву. И окончательное исцеление придет к нему снова во сне — но это будет уже в эпилоге романа.

Роль сна Раскольникова о лошади в произведении Достоевского – раскрытие внутреннего психологического состояния героя. Писатели часто используют такую форму в повествовании, чтобы подать нечто скрыто, иносказательно и более ярко.

Страхи из детства

Сон возвращает Родиона в детство – ему около 7 лет. Автор затрагивает воспоминания героя из реальной жизни: он крайне тяжело переносит плохое отношение к животным, не раз наблюдает, как люди бьют лошадей (в гневе, неистово, незаслуженно, и страшнее всего – по глазам). Во сне главный герой возвращается в детство, в беззаботный период, когда рядом с ним отец, а значит он под защитой. Однако во сне Родион не испытывает покоя и едва ли его можно назвать радостным.

Он видит пьяную компанию, которая пытается заставит лошадь ехать “вскачь”. Она маленькая и тощая. Несправедливость ситуации налицо: кобыла не в состоянии сдвинуться с места, а желающих прокатиться всё больше. Мальчику неистово больно оттого, что страдает животное, но окружающие, кажется, не замечают абсурдности ситуации: хлещут кобылу по бокам, стегают по морде и глазам. От вопиющей несправедливости у ребёнка случается истерика, он хочет спасти животное, помочь ему, но не физически, не морально не в состоянии достучаться до убийц.

Значение сна

В толковании сна исследователи творчества Ф.М.Достоевского практически однозначно сходятся во мнении, что его суть – неготовность персонажа преступить закон, проверить свою теорию в действительности. Сон говорит о том, что у Раскольникова слишком много человечности, он не готов к убийству, которое планирует совершить. Душа молодого человека слишком тонкая, он чувствителен и эмоционален. Раскольников готовится проверить свою теорию о том, что все люди делятся на “материал” и тех, кто способен преступить закон, совесть, если это необходимо.

Однако сам герой не относится ко второй категории людей. Он слишком долго доказывает самому себе, что смерть старухи-процентщицы – великое добро по отношению к тем, кто находится у неё в “кабале”. Решение принято, но Раскольников не готов к убийству, он не осознаёт всей сути задуманного. Душа персонажа сопротивляется, она борется с рассудком, именно это и подчёркивает сон о “забитой кляче”. Важно, что сновидение случается накануне задуманного убийства, оно подсказывает герою, что он не тот, кто должен “спасать мир” путём уничтожения зла собственными руками.

Провал теории

Повествование о избиении лошади настолько реалистично, что читатель невольно становится участником изображаемой ситуации. Ему также жалко животное и невыносимо от того, что невозможно остановить толпу. Автор использует много восклицательных предложений, чтобы подчеркнуть ужас, суматоху, атмосферу происходящего. А страшнее всего – общее безразличие к происходящему: никто не пытается помочь животному, лишь робкие реплики напоминают о том, что хозяин поступает не по-человечески. Кровавая расправа над животным, слезы убитой лошади – каждая деталь, увиденная глазами маленького ребёнка – это сигнал о том, что он не принимает убийство никаким образом. Сострадая животному, он собирается убить реального человека – подсознание героя противится этому. Теория Раскольникова терпит крах – он не относится к тем, кто способен убивать.

Дом Раскольникова.
Иллюстрация И. Глазунова

Сон Раскольникова о лошади это один из самых трогательных эпизодов в романе «Преступление и наказание».

Знаменитый критик К. В. Мочульский провел анализ сна о лошади в своей работе «Достоевский. Жизнь и творчество» (1945 г.).

Как известно, до убийства Раскольников разрывается между добром и злом, между преступлением и милосердием. Доброта души Раскольникова борется с его же бесчеловечными идеями.

Критик Мочульский считает, что сон Раскольникова о лошади отражает борьбу добра и зла в его душе.

«. «натура» дает генеральный бой «безобразной мечте». « (К .В. Мочульский)

«. В сне о лошади сосредоточено все сострадание Раскольникова, вся его боль и ужас перед мировым злом. Миколка бьет клячу по глазам оглоблей, приканчивает ее ломом. Герой видит себя ребенком. « (К .В. Мочульский)

Раскольников, будучи еще ребенком, видит своими глазами, как совершается убийство. Раскольников не хочет быть таким же, безжалостным убийцей, как мужик Миколка.

Раскольников отрекается от своего плана и своей теории. Сон о лошади пробуждает в Раскольникове его человечность и милосердие:

«. Мистический ужас перед злодеянием охватывает его. Впервые он видит убийство не как алгебраический знак, а как пролитую кровь — и отшатывается. И он будет убивать, как Миколка… потечет кровь, липкая, теплая кровь. Раскольников отрекается от своего замысла…» (К .В. Мочульский)

«. Сон о детстве воскрешает детскую веру, и безбожник обращается к Господу. Он рос в религиозной семье. » (К .В. Мочульский)

«. «Натура» выбрасывает из себя яд — мысль о преступлении. Раскольников радуется освобождению. « (К .В. Мочульский)

«. победа добра не прочна. Идея уже проникла в подсознание и, после последней вспышки бунта, становится движущей силой, роком. Герой не управляет своей жизнью — он влеком; таинственные случаи неуклонно ведут убийцу к жертве. Случайно попадает он на Сенную и случайно узнает, что завтра в семь часов старуха будет одна. « (К .В. Мочульский)

В результате, Раскольников совершает преступление. Таким образом, его страшные мысли одерживают победу над человечностью.

Критик Н. Д. Ашхарумов в своей работе «О романе «Преступление и наказание»» (1867 г.) также провел анализ сна Раскольникова о лошади:

«. он уснул от утомления. Страшный сон еще мерещится ему наяву. Весь ужас того, что ему предстоит, разом обрисовался в его глазах, и он вдруг решил, что этого быть не может, что этому не бывать. Свобода от этих чар, от колдовства, обаяния, наваждения показалась ему возможна еще. Собрав последние силы, он торжественно отрекся от всего им задуманного и шел уж домой с чувством отрадного успокоения на душе. » (Н. Д. Ашхарумов)

«. вдруг, совершенно нечаянно, он попал на Сенную узнал, что завтра старуха, ровно в семь часов вечера, останется дома одна. Этот ничтожный сам по себе случай стал для него приговором судьбы. «

Сон о лошади исцелил душу Раскольникова, но только на время. Когда Раскольников узнает, что старуха останется завтра одна, он возвращается к своей идее и завтра совершает преступление.

  1. Сочинения
  2. Персонажи произведений
  3. Преступление и наказание
  4. Миколка

Мужик из кошмарного сна, приснившегося Родиону Раскольникову накануне преступления. Снилось, что ему лет семь, он идет с отцом к кладбищу помянуть бабушку и младшего брата, проходят они мимо кабака, из которого вываливает пьяная толпа и садятся-наваливаются в телегу, в которую впряжена была «маленькая, тощая, саврасая крестьянская клячонка». «Садись, все садись! — кричит один, еще молодой, с толстою такою шеей и с мясистым, красным, как морковь, лицом, — всех довезу, садись. » И когда бедная лошаденка не может сдвинуть перегруженную телегу, этот «мясистый» Миколка начинает хлестать ее сначала кнутом, затем оглоблей и, в конце концов, забивает насмерть, уже упавшую, железным ломом. Родион во сне пытается спасти лошадь, а проснувшись весь в поту, восклицает: «Боже! да неужели ж, неужели ж я в самом деле возьму топор, стану бить по голове, размозжу ей череп. буду скользить в липкой, теплой крови, взламывать замок, красть и дрожать; прятаться, весь залитый кровью. с топором. Господи, неужели. »

Всё так и произойдет, причем сон про убитую кроткую лошадь кошмарно как бы осуществится въяве в сцене убийства безответной, большой, похожей на лошадь Лизаветы. А Миколка из сна странным образом персонифицируется в самого Раскольникова, превратившись в красильщика Миколку (Николая Дементьева), который возьмет на себя его преступление. Миколка из сна — как бы двойник-антипод Миколки-красильщика.

© 2012 — 2020 Сетевое издание «Федор Михайлович Достоевский. Антология жизни и творчества»
Свидетельство Роскомнадзора о регистрации СМИ Эл № ФС77-51838 от 7 декабря 2012 г.

Все права на материалы сайта принадлежат редакции и являются ее собственностью. Права на иные материалы, являющиеся объектами авторского права, принадлежат их авторам. При цитировании информации гиперссылка на сайт обязательна.

admin

Наверх