Кто больше бизон или лошадь

На территории Якутии – самого сурового региона нашей страны, в 2010—11 гг. были сделаны сенсационные находки ископаемых млекопитающих так называемой мамонтовой фауны ледникового периода: мамонта-подростка, названного Юка в честь местной родовой общины «Юкагир», растерзанной хищниками ленской лошади и первобытного бизона, отличающегося небывалой сохранностью. В настоящее время идет всестороннее мультидисциплинарное изучение уникальных находок отечественными и зарубежными специалистами

В Якутии – экстремально холодном регионе, где находится полюс холода Северного полушария, – в широко распространенной здесь «вечной» мерзлоте издавна находили сохранившихся в замороженном состоянии вымерших представителей флоры и фауны ледникового периода. Наиболее известный­ из них – шерстистый мамонт, вымерший около 4000 лет назад.

Со времен находки первой якутской палеонтологической сенсации – цельного трупа мамонта, обнаруженного в 1799 г. местными тунгусами (его скелет с остатками шерсти и тканей был отправлен в Петербургскую Академию наук молодым адъюнктом М. Адамсом), на севере Якутии были найдены остатки и других мамонтов, ленской лошади, шерстистого носорога, первобытного бизона, а также росомахи, которые пролежали в толще многолетнемерзлых пород более 10—20 тыс. лет.

Исследования этих находок в свое время позволили получить информацию не только об анатомии и морфологии ископаемых животных, но и об особенностях их питания, а также условиях среды их обитания. А в последние годы остатки животных мамонтовой фауны привлекают внимание микробиологов и молекулярных генетиков. Последним, кстати, уже удалось расшифровать митохондриальный и половину ядерного геномов мамонта.

Поэтому каждая находка останков древних животных, сохранившихся вместе с мягкими тканями в условиях низких температур, представляет огромный научный интерес для палеонтологов и палеогенетиков, палеоэкологов и палеогеографов.

Два прошедших года оказались рекордно «урожайными» для якутских ученых. В июле 2010 г. на южном побережье моря Лаптевых были найдены замороженные остатки ископаемой лошади, а в августе того же года, всего в 50 м от места этой находки, вытаял труп молодого мамонта. Еще год спустя в 100 км юго-западнее, на берегу о. Чукчалах был обнаружен замороженный труп первобытного бизона. Все три находки ископаемых животных были сделаны членами местной родовой общины «Юкагир», которые в летнее время занимаются традиционными видами хозяйственной деятельности (охота, рыбная ловля, сбор бивней мамонта) в этих, одних из самых труднодоступных, суровых и малоосвоенных районах крайнего севера Якутии.

Во время же ледникового периода Яно-Индигирская низменность представляла собой обширное тундро-степное пространство с богатой травяной растительностью, и в этих благоприятных условиях численность млекопитающих могла достигать больших размеров. Об этом свидетельствуют и более ранние находки на землях захоронений этих животных, включая обнаруженное в 1994 г. настоящее кладбище мамонтов (Боескоров и др., 2006).

Согласно укоренившейся среди палеонтологов традиции, найденный в 2010 г. мамонтенок получил собственное имя «Юка» в честь общины «Юкагир». Главная научная ценность этой находки в том, что в распоряжение ученых впервые попали останки мамонта подросткового возраста (4—6 лет).

Шкура Юки хорошо сохранилась, несмотря на повреждения кожных покровов. Практически полностью уцелел хобот, что бывает крайне редко, т. к. эта часть тела была, по-видимому, особенно лакомой для хищников. Хорошо сохранились также большая часть костей и мягких тканей конечностей, а также отдельные части скелета, включая череп, с остатками мягких тканей и связок. Юка оказалась самочкой. Высота ее составляла около 165 см в холке, а длина тела – около 205 см. Вес живого мамонта мог быть около 450—550 кг.

Причина смерти мамонтенка пока не установлена. На его шее, брюхе, холке, задней поверхности ног имеются глубокие царапины, больше всего похожие на следы когтей пещерного льва, однако раны, причиненные когтями этого страшного хищника, не были смертельными.

Этого нельзя сказать в отношении ископаемой лошади. По-видимому, она действительно стала жертвой хищников, скорее всего, тех же пещерных львов. На сохранившихся участках кожи лошади имеются многочисленные рваные отверстия и полосы, которые, по всей видимости, являются следами когтей крупного хищника; передняя часть головы, по-видимому, была откушена, голова с шеей и передние ноги оторваны.

Судя по немногочисленным измерениям, которые удалось снять с останков, это была кобыла возрастом около 5 лет, принадлежащая к низкорослым лошадям, – по-видимому, к вымершей ленской лошади. Несмотря на то, что останки юкагирской лошади значительно пострадали от хищников, она представляет немалый научный и музейный интерес, поскольку является достаточно редким палеонтологическим объектом.

Зато находка ископаемого бизона порадовала прекрасной сохранностью. Тело бизона сохранилось полностью, оно не имеет никаких повреждений и, что особенно важно, у него полностью сохранились все внутренние органы, включая содержимое желудка и кишечника. Все это позволяет отнести его к уникальным палеонтологическим объектам. Остатки трупов ископаемых бизонов редки, до сих пор таковые были обнаружены лишь на Аляске (имеется в виду знаменитый «Голубой бизон», реконструированное чучело которого выставлено в Музее естественной истории г. Фербенкса), а также в бассейне р. Индигирка. Однако сохранность этих находок не идет ни в какое сравнение с сохранностью останков юкагирского бизона.

Перед нами – молодой бык возрастом около 4 лет. Высота бизона в холке составляла около 170 см, вес – около 500—600 кг, а размах рогов достигал 75 см. Причина его смерти пока не установлена, но подогнутые ноги и вытянутая шея демонстрируют типичную «позу смерти» бизонов, умирающих по естественным причинам. Никаких следов повреждений, нанесенных хищниками не было обнаружено.

В первичных исследованиях новых находок, которые были проведены в марте 2012 г. в Институте геологии алмаза и благородных металлов СО РАН (Якутск), приняли участие специалисты разного профиля из Якутска, Москвы, Санкт-Петербурга, а также их зарубежные коллеги из США и Франции. На всех трех особях были проведены морфологические исследования, которые нужны для сравнения их с уже известными находками, а также, как в случае с бизоном и лошадью, – с современными видами.

С останков были также отобраны пробы на микробиологический, радиоуглеродный, молекулярно-генетический и другие виды анализов, на основе которых можно будет впоследствии установить причины и время гибели животных, особенности их питания, состав древней растительности и, соответственно, особенности климата. Кроме того, в содружестве с зарубежными коллегами планируется подвергнуть останки животных сканированию с помощью методов компьютерной томографии, а также провести изотопный анализ зубов животных, что поможет получить данные о жизненных циклах млекопитающих плейстоценового периода.

Микробиологические исследования палеомикрофлоры, в том числе для исключения особо опасных инфекций, будут проведены якутскими исследователями. А сейчас в Якутске исследуются отложения, в которых были найдены замороженные останки, благодаря чему ученые надеются получить информацию об условиях среды, в которых проходило захоронение.

Радиоуглеродный анализ будет проводиться в Университете г. Гронингена (Нидерланды), молекулярно-генетические исследования ДНК – в США, Франции и Дании, а палинологические (исследования пыльцы) и палеоботанические исследования будут выполнены в Институте археологии и этно­графии СО РАН (Новосибирск) и Университете г. Амстердама ¬(Нидерланды).

Новые палеогенетические данные, которые будут получены при изучении ДНК бизона и ископаемой лошади, возможно, помогут разрешить некоторые неясные вопросы систематики этих животных. Так, по мнению известного палеонтолога К. К. Флерова (1977), короткорогий бизон, обитавший в конце позднего плейстоцена на северо-востоке Сибири, есть практически не что иное, как современный канадский лесной бизон, которому Флеров присвоил ранг подвида ископаемого бизона. В то же время данные многих исследователей по морфологии и генетике современных лесного и прерийного бизонов позволяют рассматривать их как два подвида современного американского бизона.

Что касается другой находки, то якутский палеонтолог П. А. Лазарев (1980) допускал, что северные и восточные расы современной якутской домашней лошади, не подвергавшиеся смешению с другими домашними породами, являются прямыми потомками позднеплейстоценовой ленской лошади. Это мнение, казалось бы, подтверждают данные о том, что еще в начале прошлого века в низовьях Колымы обитали дикие лошади, на которых охотились местные жители (Pfizenmayer, 1939).

Однако до настоящего времени считается, что эти лошади были одичавшими домашними, а современная якутская лошадь генетически близка к некоторым центральноазиатским породам (Тихонов и др., 1998). -Морфологическое же сходство древней ленской и домашней якутских лошадей могло явиться следствием сходных адаптаций к суровому климату (Боескоров, 2000).

Пока же факты говорят о том, что плейстоценовые дикие лошади существовали в Восточной Сибири еще 3—4 тыс. лет назад в виде отдельных немногочисленных популяций (Kuznetsova et al., 2001; Boeskorov, 2004). Палеогенетическое исследование юкагирской лошади, возможно, позволит наконец внести ясность в происхождение лошадей на Крайнем Севере Восточной Сибири, в том числе и в отношении домашней якутской -лошади.

Таким образом, исследования новых находок уже идут полным ходом в разных странах. Уже к концу нынешнего года ученые ожидают получить комплексные данные, которые позволят нарисовать достаточно полную картину палеоэкологии этих вымерших видов.

Д. б. н. Г. Г. Боескоров, к. б. н. Е. Н. Мащенко, к. б. н. И. Н. Белолюб­ский, к. г.-м. н. М. Д. Томшин (Институт геологии алмаза и благородных ­металлов СО РАН, Якутск)

Боескоров Г. Г. и др. Условия суще¬ствования Максунуохского мамонта // Наука и образование. 2006. № 2. С. 56—61.

Юкагирский мамонт / Отв. ред.: Боескоров Г. Г., Тихонов А. Н., ¬Сузуки Н. СПб: Изд-во СПбГУ, 2007. 252 с.

Лазарев П. А. Антропогеновые лошади Якутии. М.: Наука, 1980. 190 с.

В публикации использованы фото Г. Г. Боескорова и Е. Н. Мащенко

Биология

Мертвый бизон подружил США и Россию

Российские ученые и их зарубежные коллеги впервые получили в распоряжение неповрежденный замороженный труп бизона из вечной мерзлоты Якутии. Участник исследования рассказал «Газете.Ru» о его первых результатах и дальнейших планах интернациональной команды палеонтологов.

C 2013 группа российских и американских исследователей изучает ископаемого бизона, более 9 тыс. лет пролежавшего в вечной мерзлоте северо-востока Якутии. Замороженный труп бизона в августе 2011 года на берегу озера Чукчалах нашли члены родовой общины «Юкагир». Несколько раньше они же снабдили палеонтологов другими объектами для исследования — замороженными трупами молодого мамонта и древней лошади.

Подробнее:

Одна из находок — мамонт Юка — была представлена на фестивале Русского географического общества в Москве.

Часть трупа лошади и бизон продолжают храниться при температуре -18°C в морозильном контейнере Академии наук Республики Саха (Якутия).

С древними млекопитающими из вечной мерзлоты работают ученые Палеонтологического института РАН, нескольких институтов Якутии, МГУ им. М.В. Ломоносова, Института морфологии человека РАН, Музея мамонтов Хот-Спрингс (США) и других научных учреждений. Предварительные результаты они уже представляли в нескольких научных публикациях, в том числе в Journal of Vertebrate Paleontology, ведущем журнале по палеонтологии позвоночных. 4–7 ноября результаты исследований представлялись на конференции Американского общества палеонтологов в Берлине.

Юкагирский бизон уникален тем, что является первым представителем этого вида полорогих, найденным в полной сохранности, со всеми частями тела и внутренними органами.

Неповрежденными остались даже те части, которые чаще страдают от хищников, — мягкие ткани морды, уши, гениталии и хвост.

Бизон был найден в лежачем положении с подогнутыми под брюхо ногами, вытянутой шеей и лежащей на земле головой. Как пишут биологи, в такой позе копытные обычно спят или пережидают непогоду. С другой стороны, в такой же позе они и умирают естественной смертью.

Геологический возраст находки, определенный по радиоактивному углероду из образца кости, составляет 9310 лет.

Бизон жил в эпоху раннего голоцена. Ученые определили, что это молодой бык возрастом около четырех лет.

Его рога в размахе — 71 см, высота в холке — 170 см, а весил он предположительно 500–600 кг.

О значении находки и первых результатах исследования «Газете.Ru» рассказал участник работы, старший научный сотрудник Палеонтологического института РАН Евгений Мащенко.

«Это первый труп бизона, где полностью сохранилась топография и морфология большинства внутренних органов. Поэтому находка уникальна. Не могу пока сказать, будут ли еще такие. Другие два бизона, с Чукотки и из Восточной Якутии, не такие полные, они достаточно сильно повреждены», — отметил Мащенко.

По его словам, бизон будет исследован всеми возможными методами, которыми располагает современная наука.

Предварительный анализ генома показал, что животное принадлежит к одной из ветвей евроазиатских бизонов.

Вообще бизоны — это большая группа парнопалых (парнокопытных) млекопитающих, причем американские бизоны более однородны, а евразийские по генетике более разнообразны. Будет проведен изотопный анализ, для этого у бизона взяли образцы дентина зубов. Ученых интересуют даже паразиты, обитающие на древнем копытном: сейчас специалисты исследуют пробы его тканей, и вскоре должны быть результаты.

«В первую очередь мы ждем заключение о составе растений из желудка, — продолжает Евгений Мащенко. — Там было около 40 кг растительной массы. Я надеюсь, что ее уже разобрали, и какие-то предварительные результаты скоро будут. Это может указать на время года, в которое животное погибло».

Исследователи уже провели сканирование мозга бизона, сохранившегося в черепной коробке.

Но более детальные исследования мозга предстоят, когда бизон будет вывезен из Якутии и доставлен специалистам Института морфологии человека.

Что палеонтологам пока совершенно неясно, так это причина смерти бизона.

Они не обнаружили на трупе никаких повреждений, а во внутренних органах — никаких серьезных патологий, которые могли бы привести к смерти. Исследования не показали следов опасных бактерий. Возможно, ситуацию прояснит изотопный анализ или состав растений из желудка: вдруг там было что-то ядовитое.

Ученые ожидают, что подробное изучение замороженного бизона и других млекопитающих из вечной мерзлоты даст представление не только об их образе жизни, но и о ландшафте и климате той далекой эпохи.

Что касается других находок, то

мамонт Юка, найденный летом 2010 года на южном берегу пролива Лаптева, — это первая находка замороженного трупа мамонта пубертатного возраста.

Он попал в вечную мерзлоту более 34 300 лет назад. В распоряжении палеонтологов оказались шкура, части конечностей, часть туловища с мягкими тканями, череп с зубами и бивнями и часть осевого скелета. Это самка, а по степени стирания зубов ученые определили, что ей было от шести до девяти лет. Ее высота в холке — 161-167 см, а длина тела — около 210 см. На затылке, горле, брюхе и задних ногах обнаружены глубокие царапины, которые, очевидно, были оставлены когтями хищника. Скорее всего, когтями плейстоценового льва.

Юкагирская лошадь — это остатки трупа взрослой кобылы возрастом около пяти лет.

От нее сохранились оторванные от туловища голова с шеей, часть туловища с внутренними органами, задними ногами и хвостом. Лошадь жила, по результатам радиоуглеродной датировки, 4630 лет назад. Она была низкорослой, на ее ногах сохранились темно-коричневые волосы длиной от 45 до 70 мм. Крупное копыто говорит о том, что лошадь паслась на мягких грунтах тундры. По повреждениям и царапинам можно сделать вывод, что она стала жертвой хищников. А еще эта находка подтверждает, что дикие лошади обитали на крайнем севере Восточной Сибири до среднего и даже позднего голоцена (4–2 тыс. лет назад).

Оттаивание вечной мерзлоты в Арктике из-за постепенной смены климата чревато выделением больших объемов парниковых газов. Оно, в свою очередь, еще сильнее разгонит глобальное потепление. Исследование Университета Гамбурга показало, что в борьбе с резкой потерей объемов мерзлоты могут помочь стада крупных копытных — лошадей, бизонов и северных оленей.

Профессор Кристиан Бир говорит, что теоретически 80% всех почв с вечной мерзлотой в мире можно сохранить до 2100 года. Однако, если не предпринимать никаких мер, к этому времени как минимум половина мировой вечной мерзлоты уже будет утрачена. Исследователи рассмотрели несколько нетрадиционную контрмеру: переселение очень больших стад крупных травоядных.

Более 20 лет назад ученые Сергей и Никита Зимовы переселили в район Плейстоценового парка, расположенного в районе поселка Черского (северо-восток Якутии), стада бизонов, зубров, оленей и лошадей. Все это время проводятся наблюдения за влиянием этих животных на почву.

Температура почвы зимой в этих краях существенно выше, чем температура воздуха. При этом слой пушистого снега действует как теплоизолятор, не давая холодному воздуху достигать мерзлоты. Оказалось, когда пасущиеся копытные топчут и разрывают снег на обширных пространствах, это сильно снижает изоляционные свойства покрова, увеличивая охлаждение вечной мерзлоты. «Этот тип естественных манипуляций в экосистемах, которые особенно актуальны для климатической системы, до сих пор едва исследованной, но обладающей огромным потенциалом», — объясняет Бир.

Длящиеся много лет эксперименты свидетельствуют, что при заселении стада всего в сотню голов на пространство размером в один квадратный километр толщина снежного покрова становится в среднем примерно вдвое меньше. Команда Бира планировала выяснить, как это скажется, если такой подход применить ко всем арктическим почвам с вечной мерзлотой. Сможет ли воздействие животных хотя бы в теории смягчить интенсивность потепления и снизить оттаивание мерзлоты?

Задействовав климатическую модель, Бир и его коллеги смоделировали температурные процессы, происходящие в течение всего года. Оттаивание половины вечной мерзлоты с указанной выше скоростью произойдет, если выбросы будут расти без принятия необходимых мер (что соответствует сценарию RCP 8.5 по последнему Отчету об оценке Межправительственной группы экспертов по изменению климата). Тогда температура вечной мерзлоты станет выше на 3,8 градуса Цельсия. Это плохой, но не абсолютно нереалистичный сценарий.

Применение метода с переселением стад понизит нагревание до 2,1 градуса, что на 44 процента меньше и могло бы быть достаточным для сохранения 80% мерзлоты, как показывает модель.

Настолько хорошие результаты едва ли удастся получить на практике, так как вряд ли выйдет переселить стада во все районы с вечной мерзлотой. Но результаты показывают, что даже меньшее количество заселенных копытных произведет охлаждающий эффект.

Команда также оценила потенциальные побочные факторы «лошадиного эксперимента». Например, летом кормящиеся стада разрушают покров мха, который тоже работает как теплоизолирующий слой, но на этот раз со знаком плюс: он не дает мерзлоте нагреваться. Этот аспект тоже учли при моделировании, но плюсов от эффекта зимой в несколько раз больше. В будущей работе исследователи планируют совместную работу с биологами: это поможет выяснить динамику переселенных стад.

Как сообщал «Вокруг Света. Украина», вечная мерзлота Арктики тает быстрее, чем прогнозировали ученые. Новое исследование показывает, что в Арктике тают слои мерзлоты, которые должны были оставаться замороженными еще десятки лет.

Уникальные находки общины Юкагир: предстоит изучение

Евгений Мащенко, Геннадий Боескоров, Альберт Протопопов (Палеонтологический институт им. А. А. Борисяка РАН, Москва; Институт геологии алмаза и благородных металлов СО РАН, Якутск; Академия наук Республики Саха (Якутия), Якутск).

Сразу три якутские находки замороженных млекопитающих — молодого мамонта, древнего бизона и древней лошади — стали предметом обсуждения на состоявшемся недавно международном научном семинаре в Якутске. Древние животные предположительно конца плейстоценового периода сохранились вместе с мягкими тканями и представляют огромный научный интерес не только для зоологов, палеонтологов, но и для геологов, палеоботаников, микробиологов.

Замороженную тушу молодого мамонта нашли в конце августа 2010 года на южном побережье моря Лаптевых, в местности Ойогосский яр, в 30 км к западу от устья реки Кондратьево. В том же году всего в 150 м от места находки замороженного мамонта обнаружили остатки древней лошади. А год спустя на берегу озера Чукчалах (север Яно-Индигирской низменности), в 115 км к юго-западу от Ойогосского яра, нашли древнего бизона. Отметим, что район находок — один из самых труднодоступных, суровых и неосвоенных мест крайнего севера Якутии. Он находится в зоне тундры, и период, когда можно проводить поиски, не превышает двух месяцев. Все три находки древних животных сделали местные жители, члены родовой общины Юкагир, занимающиеся в летнее время традиционными видами хозяйственной деятельности — охотой, рыбной ловлей, сбором бивней мамонта.

За мамонтом с Ойогосского яра (он оказался самкой) закрепилось имя Юкка — производное от названия общины Юкагир. Это первый молодой мамонт (4—6 лет), сохранившийся в вечной мерзлоте и попавший в руки учёных. Наибольшую ценность представляют данные о соотношении размеров его тела и индивидуального возраста, который определяется у слонов и мамонтов по зубам. Учёные пока не установили, от чего умерла Юкка: обнаруженные на её теле раны, причинённые когтями льва, не могли стать причиной смерти.

Найденный первобытный бизон ещё не получил собственного имени. Прекрасная сохранность этой находки позволяет отнести её к уникальным палеонтологическим объектам. От чего умер бизон плейстоценового периода, также пока не известно, но есть основания предполагать, что эта смерть произошла по естественным причинам.

В отличие от бизона найденная древняя лошадь, возраст которой определили в пять лет, пала жертвой хищников ледникового периода (скорее всего, пещерных львов) — об этом говорят многочисленные раны, отсутствие передних конечностей, живота, груди, мягких тканей на передней части морды и части внутренностей. Как и две другие находки, юкагирская лошадь представляет собой редкий палеонтологический объект, имеющий значительный научный и музейный интерес, — ведь на сегодняшний день найдено всего несколько замороженных останков ископаемых лошадей.

Палеонтологи уже провели морфологические исследования всех трёх находок, необходимые для сравнения с ранее найденными древними животными и современными (бизонами и лошадями). Впереди микробиологический, радиоуглеродный, палинологический, молекулярно-генетический, литологический и другие виды анализов, которые «расскажут» о времени гибели животных, их питании, составе растительности в период их жизни, их родстве с близкими видами и формами, особенностях климата.

Одно из важных исследований (которое, скорее всего, будет проведено совместно с зарубежными коллегами из США и Франции) — компьютерная томография останков древних животных. Её частью станет анализ состава изотопов из зубов и бивней мамонта, на основании которого учёные рассчитывают получить новые данные о жизненных циклах этих млекопитающих — например, как они росли — быстро или медленно — в разное время года.

В Академии наук Якутии будут исследовать состав пыльцы растений и определят растения, части которых сохранились в желудке бизона.

Исследование ДНК древнего бизона, возможно, разрешит некоторые вопросы систематики этих животных. Например, по мнению известного палеонтолога К. К. Флёрова (1904—1980), короткорогий бизон Bison priscus occidentalis Lucas, обитавший в конце позднего плейстоцена на северо-востоке Сибири, есть практически не что иное, как современный канадский лесной бизон. Флёров придавал ему ранг подвида ископаемого бизона B. priscus athabascae Rhoads. В то же время данные многих исследователей по морфологии и генетике современных лесного и прерийного бизонов позволяют их рассматривать в ранге двух подвидов вида B. bison.

Данные по юкагирской лошади, возможно, предоставят новые сведения по систематике и происхождению лошадей на крайнем севере Восточной Сибири, в том числе и современной домашней якутской лошади. Палеонтолог П. А. Лазарев (1936—2011) допускал, что северные и восточные расы домашней якутской лошади, не подвергавшиеся смешению с домашними породами, — это сохранившиеся доныне потомки позднеплейстоценовой ленской лошади. Это мнение, казалось бы, подтверждали сведения зоолога и палеонтолога Е. В. Пфиценмайера (1869—1941) о том, что в начале ХХ века в низовьях Колымы обитали дикие лошади, на которых охотились местные жители, но по сей день считается, что это были не дикие лошади, а одичавшие. Предполагается, что генетической преемственности между этими лошадьми нет, а современная якутская лошадь — порода, близкая к некоторым центральноазиатским.

Материал подготовлен при поддержке гранта РФФИ 12-04-98510-р_ восток_а.

Бизон — вид полорогих млекопитающих из трибы быков подсемейства Bovinae. Он очень близок к зубру.
Бизон достигает 2,5-3 метров в длину и до 2 метров в высоту. Густая шерсть его серо-бурого цвета, на голове и на шее чёрно-бурого. Передняя часть тела покрыта более длинной шерстью. Голова массивная, с широким лбом; короткие толстые рога расходятся в стороны, концы же их заворачиваются внутрь; уши короткие и узкие; глаза большие, темные, шея короткая.
Туловище с горбом на загривке; задняя часть его развита значительно слабее передней. Хвост короткий, с длинной густой кисточкой волос на конце. Ноги низкие, но очень сильные. Самки значительно меньше самцов, достигающих массы 1270 кг. Бизон очень похож на европейского зубра, и некоторые учёные полагают, что он не составляет отдельного вида, а есть лишь видоизменение зубра.
Прежде бизон, или буффало, как его называют североамериканцы, был распространен почти по всей Северной Америке, теперь же встречается только к северу и к западу от Миссури.
В XIX веке популяция американских бизонов подверглась массовому истреблению в коммерческих целях. Индейские племена, получив огнестрельное оружие и лошадей, начали убивать больше бизонов, чем им требовалось для пропитания и шкур, продавая излишек американским торговцам. Огромное количество американских охотников убивали сотни тысяч бизонов ежегодно ради шкур, которые пользовались большим спросом как в США, так и в Европе. Американские скотоводы уничтожали бизонов, чтобы освободить территорию и ресурсы для своей живности. Мясом бизонов питались солдаты армии США из расположенных на равнинах постов, а также строители железных дорог. Охота на бизонов также стала популярным развлечением, привлёкшим даже Великого князя Алексея Александровича во время его посещения Северной Америки в 1872 году. Власти США неохотно шли на принятие мер для защиты популяции бизонов, осознавая пагубное влияние истребления на жизнь индейцев, которых правительство не без проблем пыталось переселить в выделенные в резервациях земли. По оценкам исследователей, в 1800 году численность бизонов составляла 30-40 млн животных, а к концу века они были почти поголовно истреблены: осталось менее одной тысячи. Создание национального парка Йеллоустон в 1872 году было первым событием, позволившим избежать полного исчезновения вида. Тем не менее, законы тех времён запрещали лишь коммерческую охоту на федеральных землях, что использовалось браконьерами для ухода от ответственности. Военные патрули не были в состоянии положить конец браконьерству, и только в 1894 году был принят закон, полностью запретивший любую несанкционированную руководством парка охоту на всех животных.

Первоначально завотделом археологии, этнографии, регионального искусствоведения Александр Шлюшинский и завотделом естественной истории МВК Евгения Хозяинова планировали провести разведку места. Однако в итоге ученые привезли из экспедиции немалую коллекцию костей мамонта, бизона, древней лошади, дикого оленя, пополнили ботаническую коллекцию музея растениями Среднего Ямала. Кроме того, сотрудники окружного музея на берегу Мыса Каменного обнаружили скелет белухи (вид зубатых китов. — Прим. ред.).

— Ожидания от поездки были разные. После того, как в 2007 году мы обнаружили мамонтенка Любу (наиболее сохранившийся экземпляр в мире. — Прим. ред.), мы жаждем найти что-то подобное. С другой стороны, мы предполагали, что череп мамонта может и вовсе оказаться черепом моржа, к примеру. Поэтому результат поездки нас очень порадовал, — рассказал корреспонденту «РГ» Александр Шлюшинский.

Эксперты установили, что ранее мамонт и другие представители фауны находились в зоне вечной мерзлоты. Затем останки вымыло из земли рекой, и они оказались в озере.

— Несколько лет тундровики посещали это озеро, они говорили, что от воды пахло мертвечиной. На месте мы обнаружили не только кости, но и органические соединения. Это значит, что изначально туша мамонта была целой. К сожалению, он длительное время провел под водой, поэтому мы нашли только кости. Но рады и этому, — рассказывает Александр Шлюшинский. — Большой проблемой для нас является то, что некоторые местные жители смотрят на кости мамонта как на золотые слитки. Они думают, что кости стоят миллионы, поэтому предпочитают раскапывать останки сами и перепродавать. Для науки же интересно и ценно в том числе место, где были обнаружены скелеты. К примеру, мы можем восстановить растения, которые существовали тогда, когда млекопитающее погибло. Мы можем сказать, какое было время года, определить, в болотах ли застрял представитель фауны, погиб в степи или же утонул. Люди не замечают этого, они хватают бивни и идут продавать, к примеру, по 300 рублей за килограмм.

Поэтому в рамках поездки ученые провели просветительскую работу в двух стойбищах на тему «Мамонтовая фауна» с демонстрацией фильма о мамонтенке Любе и ее значении для мировой науки.

Ученые говорят, что коллекция, привезенная из экспедиции, богата. К примеру, обнаружены останки древней лошади.

— Это очень интересный экземпляр. Все знают о мамонтах, но мало кто знает, что в то время существовали древние лошади. О них собрано мало сведений. До сих пор во всем мире не был найден ни один полный скелет этого животного, — рассказывает Александр Шлюшинский. — Мы смогли найти только пару костей от скелета.

Все находки будут детально изучены. Пока же останки очищаются и консервируются реставраторами МВК им. И.С. Шемановского. После этого к работе будут привлечены эксперты, которые займутся анализом находок.

Опубликовано: 08/05/2018 — 19:55

В самой отдаленной части Сибири, на берегу реки Колымы, двое российских ученых, отец и сын, пытаются возродить экосистему ледникового периода. Для борьбы с глобальным потеплением они создали Плейстоценовый парк, где сейчас живут уже более ста травоядных животных — лошади, олени, лоси и зубры. Десять тысяч лет назад одним из ключевых видов в этой экосистеме был бизон. Чтобы привезти 12 бизонов из Аляски в Сибирь, Никита и Сергей Зимовы запустили краудфандинговую кампанию. Плейстоценовый парк существует без какой-либо государственной поддержки или частных грантов, только на энтузиазме самих ученых. Анна Строганова поговорила с директором парка Никитой Зимовым о том, как животные могут помочь в борьбе с изменением климата, а также о том, как в России постепенно меняется отношение к этой проблеме.

RFI: Что такое Плейстоценовый парк?

Никита Зимов: Плейстоцены — это эпоха, которая началась два миллиона лет назад и закончилась порядка 14 650 лет назад. На планете тогда доминировали различные степи, самая крупная из которых — мамонтовая. Она простиралась от Испании до Канады и от Новосибирских островов до Китая. Это была гигантская, мощнейшая экосистема, которая с окончанием плейстоцена полностью исчезла за достаточно короткие сроки. Мы обвиняем в этом человека, который с потеплением климата расселился по планете, у него появились улучшенные охотничьи навыки: по сути появился новый хищник, существование которого эта экосистема не выдержала. Она существовала на протяжении многих ледниковых и межледниковых циклов — потепление климата никак не влияло на нее в прошлом, а с появлением человека все это закончилось.

Плейстоценовый парк — попытка восстановить эту экосистему. В данном случае — на ограниченной территории, у нас на Крайнем Севере. Экосистема не только сама существовала в ледниковом климате, она его еще и формировала. Степи на севере позволяли охлаждать климат, сохранять мерзлоту — это особенно важно в свете глобального потепления, которое сейчас идет уже семимильными шагами. На Севере влияние [глобального потепления] уже очень заметно. Мы доказываем, что восстановление экосистемы этого периода будет безусловным благом как для местных животных и населения, так и для глобального климата и человечества в целом.

Это проект держится на двух энтузиастах — на вас и вашем отце, российском экологе Сергее Зимове. Как я понимаю, эта идея пришла ему в голову еще лет 20-30 назад.

Первые эксперименты он начал в 1988 году, еще в Советском Союзе. Нашел небольшую территорию, завез туда лошадей, купил овсянку во всех магазинах по талонам. Тогда, в Советском Союзе, это было проще — опубликовал какую-то статью о том, что животные влияют на растительность, пришел в местный исполком со статьей, сказал «давайте, помогите нам», и ему быстро помогли — Север был тогда очень богатый, и все делалось легко. Через два года Советский Союз развалился, и животных пришлось отдать. Тогда стоял вопрос — как прокормить семью. Народ либо бросал заниматься наукой, либо уезжал за границу. Мой отец был энтузиастом, но поддерживать парк никаких возможностей не было.

Следующую попытку он предпринял в 1996 году. Выбил какую-то территорию, завез туда десять лошадей и думал, что они там будут ходить, а они тут же сбежали. Потом он начал огораживать территорию. Все это держалось на личном энтузиазме, полновесной масштабной программы не было, все развивалось потихоньку. Мы уже 22 года этим занимаемся. В 2004 году подключился я — окончил школу и университет, вернулся на Север и влился во всю эту семейную деятельность.

Основная деятельность у нас, конечно, научная — у нас исследовательская станция (Северо-Восточная научная станция РАН, директором которой является Сергей Зимов. — RFI). Это наша работа, наш бизнес, на этом мы делаем научное имя и зарабатываем деньги. А все, что зарабатываем, мы пускаем в это хобби — кто-то собирает марки, а кто-то строит экосистемы.

Сколько животных живет на этой территории? Как я понимаю, у вас там уже есть лошади, олени, лоси, зубры.

Порядка 100–120. По лосям у нас учета нет, я не знаю, сколько их, они ходят отдельно — скажем, 10–15. Олени тоже плохо поддаются учету, сложно оценить. Весной у нас родились четыре-пять жеребят: получается, 30 лошадей. Овец в прошлом году завезли — они тоже начали давать приплод, их уже где-то 35. Это мелкие травоядные, которые у нас должны бороться с сорняками. Яков в прошлом году привозили. Это был первый опыт, когда мы не за свои деньги это делали, а организовали кампанию на Kickstarter, собрали деньги на яков и на бизонов. Яков привезли, а с бизонами сейчас вот мучаемся.

Вам нужно привезти 12 бизонов?

В прошлом году мы запланировали ввезти десять яков и шесть бизонов. Я нашел где-то в Перми частный зоопарк, где было шесть самок бизонов. Я с ними списался, они ответили «да-да, хорошо», я запустил кампанию по сбору средств — как раз этих денег бы хватило. А когда я уже запустил кампанию, выяснилось, что владельцы бизонов вообще где-то в бегах, бизоны арестованы, какая-то очень мутная история, и бизонов уже не шесть, а четыре, и взять их нет никакой возможности.

Тогда я начал искать альтернативные варианты по привозу бизонов. Обыскал всю страну, ничего не нашел — бизонов в принципе в стране очень мало. Бизон бизону рознь — у них и генетика разная, и акклиматизация. Начали искать в Канаде и на Аляске. И нашли на Аляске в районе города Фэрбенкс — в паре часов езды местные индейцы содержат бизонов, у них стадо, и они согласились нам их продать. Мы начали все это организовывать. Часть средств у нас осталась с прошлого года, я еще своих планировал столько же докинуть. Мы начали все это прорабатывать, получили разрешение, поставили животных на карантин. С транспортом была куча планов и схем, которые мы прорабатывали, — авиакомпании говорили, что они могут за столько, потом говорили, что, к сожалению, не могут, или цена возрастала.

Соответственно, все это постепенно усложнялось, дорожало, и в какой-то момент я понял, что своих денег у нас уже не хватает. Мы экстренно запустили вторую кампанию, чтобы собрать еще сколько-то денег. Осталось еще девять дней, она идет ни шатко, ни валко. Нам бы еще удвоиться относительно того, что мы собрали, и было бы достаточно.

Для чего нужны животные? Как они могут способствовать восстановлению экосистемы ледникового периода?

Бизон был ключевым видом в этой экосистеме. Раньше здесь, на территории Якутии, жили мамонты, бизоны, лошади и северные олени — четыре главных травоядных животных. По биомассе бизоны были самым большим видом: на одного мамонта приходилось шесть бизонов. Лошадей приходилось восемь (на одного мамонта), но лошади заметно меньше, чем бизоны.

В чем идея? У нас на севере в отсутствие животных трава неконкурентоспособна против мхов, лишайников, кустарников и лиственничного леса. Если нет животных, и вы на голой площадке высадите траву, то через несколько лет она проиграет конкуренцию, все забьется мхом и кустарниками, и трава исчезнет. Животные помогают траве расти — травоядные ее поедают, значительно ускоряют биокруговорот, а параллельно вытаптывают все кустарники. Трава — эволюционно самая молодая растительность, которая в какой-то момент перестала тратить время на высокие стволы, на яды и все кинула в рост. Грубо говоря, 20 тысяч лет назад степи были практически по всей планете, территория лесов была в десять раз меньше, чем сейчас. То есть леса появились уже в голоцене — когда животных на планете стало меньше, везде появились леса.

Почему это важно? У нас идет глобальное потепление, и есть ряд экологических факторов — глобальное потепление влияет на них, а эти факторы в ответ еще больше ускоряют глобальное потепление. Допустим, таяние мерзлоты — одно из крупнейших раскрученных явлений. Мерзлота — на глубине 15 метров, ее толщина — порядка 600 метров, но верхние 40 метров, где ее температура была минус шесть–минус семь градусов еще лет 30–40 назад, очень богаты органикой и льдом. Эта экосистема, которая существовала сотни тысяч лет, сумела накопить в мерзлоте огромное количество органики — по сути корней трав. За 40 тысяч лет только у нас в Якутии там накопился углерод, количество которого сопоставимо с общим количеством углерода в атмосфере. Мерзлота — крупнейшее наземное хранилище углерода. Когда мерзлота начинает таять, оттаивает вся эта органика, микробы просыпаются, начинают органику поедать и в огромном количестве вырабатывают парниковый газ — метан и углекислый газ. Климат теплеет, потому что в атмосфере больше парникового газа, а мерзлота начинает оттаивать еще сильнее. Это эффект самоусиления.

Каким образом можно приостановить этот процесс? Зоны мерзлоты каким-то образом надо охладить. Либо летом их чем-то укрыть, защищая от жары. Либо зимой, наоборот, раскрыть, чтобы земля лучше промерзала. Зимой, особенно в последние годы, у нас все укрыто метровым, а то и чуть больше, слоем снега. Это шикарная шуба: на улице может быть минус 50, трескучие морозы, но под снегом будет максимум минус десять. Соответственно, почва промерзает плохо. Можно сгребать снег бульдозерами. Для этого нужны десятки тысяч бульдозеров, и эффект для глобального потепления будет только отрицательным от такого количества техники. А можно сделать все environmentally friendly. Животные хотят есть круглый год. Всю зиму они копаются в этом снегу и ищут себе еду. Копаясь в снегу, они очень сильно его вытаптывают, и из метрового пушистого слоя снег превращается в плотный покров, который теряет свои теплоизоляционные свойства. Этот эффект позволяет на 2-4 и даже, может быть, на 5-6 градусов понизить температуру почвы и сохраняет мерзлоту еще на несколько десятилетий.

Есть ли у вас какая-то поддержка от государства, учитывая то, что в России достаточно скептично относятся к проблеме глобального потепления?

Государство выделило нам большую территорию (где-то 14 тысяч гектаров) и полностью избавило от налогов на нее, что, в нашем случае, немало.

Понимание проблемы глобального потепления в России сейчас меняется. Еще буквально лет пять назад похолодание климата было государственной доктриной. Академики из РАН утверждали и продолжают утверждать, что сейчас климат начнет холодать, это все цикличность и, в общем-то, [глобальное потепление] — это фигня. Так как это все-таки наши академики, кого еще властям слушать? Последние годы становится очевидным, что они неправы: ситуация меняется коренным образом.

Я в прошлом году обратил внимание, что МЧС — организация, которая у нас в стране первой страдает от глобального потепления, — признала его. Сейчас происходит какой-то перелом в сознании. Путин подписал Парижское соглашение по климату. Не знаю, насколько он в него верит, но, как минимум, с радостью играет на этом поле.

При этом поддержки и финансирования от государства вы не получаете?

Поддержки и финансирования нет. Запрос и интерес со стороны общества появились в последние годы, когда просить денег у государства достаточно сложно. В России, безусловно, очень тяжелая финансовая ситуация с санкциями и с кризисом, денег не хватает на образование и медицину, поэтому мы даже и не лезем. Но такого, чтобы мы писали письма с просьбой нас поддержать, мы никогда не делали. Мы всегда старались сами крутиться.

Дело еще в том, что Россия, верит она в глобальное потепление или нет, скорее всего в наименьшей степени от него пострадает. Часть вины от глобального потепления, конечно, лежит на России. Сколько мы за последние сто лет углекислого газа выбросили в атмосферу? Но по сравнению с Китаем и с США — это все равно незначительно.

Мы говорим, что хуже, чем минус 50, ничего быть не может. Если от минус 50 начинает теплеть, то большинство людей скажет: «ну и замечательно, ура, ура». Россия — очень северная страна, где большинство ресурсов тратится на поддержание тепла. Да, на севере у нас мерзлота потечет, разрушится инфраструктура, но по сравнению с теми проблемами, которые будут в Калифорнии, в Иране или, например, в Мексике, где, по самым пессимистичным прогнозам, просто будет нельзя жить, Россия пострадает от этого в меньшей степени. Поэтому я считаю, что создавать парк за счет государственной поддержки было бы даже не совсем правильно.

А поддержка со стороны международных научных фондов и вообще со стороны международного научного сообщества у вас есть?

Есть люди, которые поддерживают нас идейно. Но финансово нет. У нас есть наша станция, которая занимается исследованиями в Арктике. Это одна из крупнейших арктических станций в мире: и по количеству ученых, которые ее посещают, и по количеству статей в ведущих научных журналах. Это определенный бизнес, благодаря которому мы сами зарабатываем деньги и вкладываем их практически полностью либо в саму станцию, либо в парк.

Чем для вас, человека, выросшего с отцом, увлеченным идей создания такого парка, является этот проект?

В первые годы, когда я только приехал, мотивация у меня была меньше. Я работал на отца, а потом отец стал приближаться к пенсионному возрасту, от проблем станции и парка отошел. Сейчас и станция, и парк на мне. У отца сейчас новое увлечение, он себе завел еще один парк в Тульской области. Как я шучу, мужчины в кризисе среднего возраста покупают спортивную машину, а папа купил себе новую экосистему. Я — человек достаточно упертый. Мы уже начали это делать, и если я в какой-то момент брошу, это будет значить, что мы все эти годы потратили впустую. Я хочу довести экосистему до состояния, когда я ей уже буду не нужен. Для меня это будет успехом. Пускай это будет на ограниченной территории, но это будет экосистема, которая сможет существовать без моего участия. Это, значит, что мы трансформируем растительность, создадим пастбища, плодородные почвы, завезем животных, которые сумеют адаптироваться, и хищников. И тогда, через сто лет, мы, возможно, обнаружим, что территория увеличилась в разы, все растет и готово существовать без нас.

РассылкаПолучайте новости в реальном времени с помощью уведомлений RFI

admin

Наверх