Как по-японски лошадь

Copyright © 2013 — 2020. Igor Katsev. Все права защищены.

Лошадь по-японски

Погонщик! Веди коня

Вон туда, через поле!

Там кукушка поет.

Лошадь никогда не была коренным обитателем Японии. Она была завезена с материка, и появление на острове резвых кобыл чрезвычайно высоко оценили местные жители. Первые упоминания об использовании лошадей в Японии относятся к источникам эпохи Кофун (конец III-VI веков нашей эры). Именно с этого времени по всей стране началось распространение лошадей, привезенных из Восточной Азии. В средние века лошадей использовали преимущественно как вьючных животных, основной тягловой силой в сельском хозяйстве были быки, а верхом на лошади ездили только представители высшего общества. «Искусство быть всадником» являлось одним из наиболее ценных качеств воина, и только благородные самураи могли позволить себе роскошь иметь лошадь и входить в состав феодальной конницы.

Но вместе с тем они были необыкновенно выносливы, могли быстро и достаточно ловко передвигаться, что было особенно важно в условиях пересеченного рельефа Японии. На протяжении нескольких столетий в Японии происходило формирование аборигенных пород лошадей, приспособленных к местным условиям. Все они были относительно мелкорослыми (130–150 сантиметров в холке), поэтому многие правители, пытаясь улучшить породу, добавляли кровь других лошадей в кровь аборигенов. Начиная с эпохи Эдо (1607–1867 годы) среди подарков голландских купцов, которые они преподносили сёгуну, постоянно упоминаются некие «персидские» жеребцы, которые в действительности, скорее всего, были арабскими или туркменскими. Импорт лошадей значительно увеличился в период «реставрации Мэйдзи» (1868– 1912 годы), когда императорское правительство начало активно поощрять крестьян использовать лошадей в хозяйственных целях. Были организованы специальные учебные классы и курсы, на которых фермерам внушали мысль о необходимости выращивания более крупных пород лошадей, таких, которые были бы годны еще и для военных нужд. В целях обеспечения выполнения этой задачи из Европы и Северной Америки ввозилось большое количество производителей, среди которых преобладали чистокровные верховые, арабские и англо- арабские жеребцы. Кроме того, в Японию привозились и тяжеловозы, в особенности бельгийцы и бретонцы.

Искусство ябусамэ

Наряду с ябусамэ в боевые искусства самураев вошло так называемое ину-о-моно – упражнение по преследованию собак на лошади. Ину-о-моно так же, как и ябусамэ, вырабатывало у воина отличные способности управлять лошадью и при этом быстро и метко стрелять из лука на скаку. Эти качества, бесспорно, являлись неоспоримым преимуществом для буси в многочисленных конных сражениях. Ину-о-моно, в отличие от стрельбы по неподвижной мишени, преследовало цель попасть в двигающийся объект. В манеж выпускали небольшого размера собаку, и всадник, поддерживая движение галопом или резвой рысью, должен был попасть в пса тренировочной стрелой с деревянным наконечником.

Зачастую тем же названием именовали стрельбу из лука по лисе во время охоты.

До нашего времени сохранились лишь две школы конной стрельбы из лука – Такеда и Огасавара. Основателями обеих считают известного воина и стратега Минамото но Ёсимицу.

Полный доспех воина.

День обезьяны и дикие монгольские парни

У воинов была еще одна возможность тренировки в верховой езде. Во время традиционного отлова диких лошадей, который каждый год в середине пятого месяца, в день обезьяны (12-й день по циклическому отсчету), проводился при участии все тех же синтоистских священников. В средневековье такие своеобразные охоты устраивались на равнине Канто, и именно с их помощью конюшни пополнялись новыми и боевыми лошадьми, а заодно охота позволяла выявить лучшего всадника (или группу всадников) дружины князя. Понятно, что это были тренировки в бадзюцу для воинов, причем крайне сложные и напряженные, включавшие в себя и скачки по пересеченной местности, и преодоление препятствий. Мало того, погоня за дикими лошадьми осуществлялась в полном снаряжении: в шлемах, доспехах, с боевыми знамёнами (набори). Позднее этот обычай тоже превратился в синтоистский праздник и получил название “намаон” – полевые манёвры конницы. Назначение праздника – вдохновлять юношей и взрослых буси, прививать им храбрость, и эта идея вполне оправдала себя: наблюдая за этим опасным и крайне эффектным зрелищем, сыновья самураев были не прочь поучаствовать в скачках. Основным моментом охоты являлись собственно сами скачки, разнообразные виды преследований, а также борьба за захват знамени среди двух групп участников.

Естественно, что подобные тренировки, максимально приближенные к боевым условиям, давали неплохой результат. Самурайская конница являла собой отлично тренированное формирование, умевшее воевать практически в любых условиях и мастерски использовать оружие.

В бою при сближении с противником, самураи начинали скакать по зигзагообразной траектории, что сбивало с толку вражеских лучников. В ближнем бою в ход шли копья и мечи.

Еще одну интересную деталь отмечают историки: в XIII веке японцы, впервые столкнувшиеся с монгольскими завоевателями, испытали настоящий шок. Оказывается, монголы, в отличие от благородных самураев, не имели привычки представляться противнику перед боем, они просто шли в атаку, стремясь задавить числом, нежели уменьем. Для самураев такое, вне всяких правил, поведение казалось диким и никак не совпадало с их этическими нормами и кодексом чести.

В полном снаряжении

Идеально выезженная и тренированная лошадь превосходно чувствовала своего хозяина и участвовала в бою наравне с ним – вовремя отскакивала, вставала на дыбы, кусалась, била передом и задом лошадь противника. Лошадей много чему учили, например, преодолевать водные препятствия, которых в Японии было великое множество. Технике форсирования рек и озер обучали на прудах, находящихся у замков местных феодалов.

Уздечку оформляли кисточками. Чтобы бесшумно подкрасться к противнику, уздечку обматывали тканью, а на морду лошади надевали специальный мешок, поверх которого располагался железный намордник кутикаго.

Доспехи для лошадей умаерой появляются лишь в XVII веке. Следует отметить, что это время начала правления сёгунов из династии Токугава, завершивших объединение Японии. Период многочисленных феодальных войн и междоусобиц отошел в прошлое, поэтому легко можно предположить, что доспехи теперь предназначались исключительно для парадного выхода, а не для ведения боевых действий. Многие детали доспехов были сшиты из кожи или сделаны из папье-маше, хотя вставки из железа тоже применялись. В большинстве случаев доспехи изготавливались из посеребренных и нашитых на ткань маленьких чешуек кожи.

На голову лошади надевалось умадзура – специальное наголовье, выполненное в форме головы коня, оленя или дракона и для усиления эффекта зачастую украшенное усами, ветвистыми рогами или другими вставками. Впечатлениям рядового пехотинца, когда на него галопом на оскаленном коне с рогами, мчался всадник, завидовать не приходится…

Кирилл Трубицын, Марина Горячева, кафедра археологии исторического факультета МГУ

Материал размещен с разрешения правообладателя — журанала «My horse» («Моя лошадь»).

Полезная информация:

Можно вывести несколько последних кандзи или слов


Загрузка модуля
Случайный иероглиф.

Дождитесь загрузки модуля, или нажмите кнопку «Обновить сейчас»

Пишем по-японски. Азбука Катакана
Предлагаемое пособие представляет собой рабочую тетрадь для .

Пишем по-японски. Азбука Хирагана
Предлагаемое пособие представляет собой рабочую тетрадь для .

Подготовка к квалификационному экзамен .
Вашему вниманию предлагается книга для подготовки к .

Сборник упражнений для подготовки к кв .
Настоящее издание представляет сборник упражнений для .

Учим кандзи. Часть 2
Вашему вниманию предлагается вторая часть книги «Учим .

Если вам хоть раз доводилось рассматривать фотографии традиционных японских храмов или даже посчастливилось побывать в одном из них, то вы наверняка обращали внимание на стенды, увешанные маленькими деревянными табличками эма (?? «рисунок лошади»). Они выступают своеобразными посредниками между простыми людьми и богами и представляют собой письма с просьбами или желаниями.

Традиция эма имеет невероятную популярность и на сегодняшний день: у особо знаменитых храмов выстраиваются целые очереди желающих передать свое послание. Однако как же зародился этот обычай общения с богами и причем здесь лошади? Ответ на вопрос придется поискать в глубокой японской древности.

Зарождение и трансформация традиции эма

Иероглиф лошадь ? (uma) в слове эма действительно использован неспроста. Все дело в том, что лошадь издревле почиталась как священное животное синтоизма – национальной японской религии. «Священная лошадь» или «лошадь бога» (?? shinme, kami-uma) преподносилась в подарок высшему божеству. Такую лошадь ни в коем случае не приносили в жертву – напротив, она содержалась при храме отдельно от других лошадей и находилась в особых условиях.

Считалось, что бог (?? Kami-sama) седлал этого коня, чтобы отправиться на нем в мир людей. Такие лошади оказывались в храмах и святилищах благодаря императору: когда тот посещал храм для прочтения молитвы, он приносил живую лошадь в дар. В зависимости от просьбы к божеству менялась масть лошади: конь с серым окрасом – к ясной погоде, гнедая – к обильным дождям и т.д.

Однако время шло, и изначальный облик традиции стал меняться. В храмы преподносили уже не настоящее животное, а фигуры, изготовленные из дерева или земли и воплощающие собой живое существо. Зарождение традиции деревянных табличек с рисунками лошади относят к эпохе Хэйан (VIII-XII вв.). Постепенно менялось и содержание прошений к богам – оно принимало менее глобальный характер, становилось практичным. Чтобы угодить божествам, богачи заказывали рисунки на эма у именитых художников, а сами таблички достигали гигантских размеров. Служители храма применяли изобретательность в вопросе хранения этих огромных деревянных панно: они выставляли их в павильоны и демонстрировали прихожанам.

Вы наверняка слышали о великом японском художнике Кацусика Хокусае (1760-1849)? Он тоже приложил руку мастера к изготовлению эма! В эпоху Эдо (XVII-XIX вв.), когда жил Хокусай, появилась настоящая профессия создания и росписи эма. Произошло это, потому что в то время прошения на деревянных табличках стали доступны простому люду и приобрели немалую популярность. Просили о благополучии семьи, хорошей торговле и везении в делах. Правда, уже тогда эма перестали быть исключительно «рисунками лошадей»: большая часть населения была неграмотна и не обладала навыками письма, поэтому свою просьбу божеству передавали так, как могли – рисунками. Теперь картинки изображали само божество, к которому направлено послание, или же условное обозначение проблемы: рисунок собаки – для легкого разрешения при родах, рисунок груди – для молока младенцу и т.д.

Эма сегодня

Сегодня среди изображений на табличках эма, помимо уже упомянутых условных картинок и традиционных рисунков лошадей, можно увидеть самые необычные сочетания: от божеств данного святилища (богиня-лисица в Фусими Инари, Киото), местного популярного животного (хвостокол в храме Нагата, Кобэ) до персонажей анимэ и их коронных реплик. Последнее зачастую происходит в случае того, если в анимэ данный храм промелькнул в одной из серий или вовсе стал местом действия.

Как вы уже могли догадаться, традиция написания эма приносит храмам хороший доход. Японцы обращаются к богам в маленьких святилищах по дороге на работу, ходят в большие храмы перед ответственными событиями или в серьезные моменты жизненного распутья и даже по всяким пустякам.

Давайте посмотрим на подборку типичных эма из японских храмов:

Пусть улучшится успеваемость!

Kono yo kara usuge-to senso:-to jo:shi-no ijime-ga nakunarimasu-yo:ni

Пусть из этого мира исчезнут облысение, войны и придирки начальника!

Keizai-teki-ni yoyu:-no aru ikemen-to shiriatte kekkon suru

Встретить богатого красавчика и выйти замуж!

Jo:shi-ga atama-ga yoku narimasu-yo:ni

Пусть начальник наберется ума!

(Источники: http://waral.club/tag/votivepicture; https://matome.naver.jp/odai/2138933921159804601)

В общем, вы и сами все видите.

Отправить письмо божеству может не только японец, но и любой иностранец: так, в крупных храмах, популярных у туристов, не составит труда найти таблички на разных языках мира. Но что же, собственно, нужно сделать, чтобы отправить свое послание богам?

Правила написания эма

Мы приготовили несколько общих правил на тот случай, если вы посетите один из храмов Японии.

1. В храме приобретите деревянную табличку эма. В зависимости от храма, она обойдется вам в 500-1000 иен. Обратите внимание на то, что сами таблички могут быть рассортированы «по нуждам», например:

???? – byo:ki heiyu – на выздоровление;

?? – yakuyoke – отвод несчастья, защита;

?? – ho:yoke – на благополучную жизнь в быту;

???? – ryo:en jo:ju – на удачный брак;

?? – anzan – на легкие роды;

???? – go:kaku kigan – на успешную сдачу экзамена;

???? – ryoko: anzen – на благополучное путешествие.

В больших и популярных храмах, скорее всего, будет перевод на английский.

2. Возьмите такую ручку или маркер, чернила которых не размоются в случае дождя – вы же хотите, чтобы ваше послание дошло до божества? Кроме того, храмы сами часто предоставляют письменные принадлежности (бесплатно) – вы найдете их рядом с лавкой продажи эма. В таком случае крайне рекомендуется использовать именно храмовые письменные принадлежности.

3. Напишите свое послание на чистой, не занятой рисунком стороне. Формируйте его четко и сжато. Не пускайтесь в длинные приветствия типа «Здравствуй, дорогой бог!» – божествам приходят тысячи посланий в день, экономьте их время!

Не печальтесь, если еще не знаете японский, и пишите послание на родном вам языке.

4. В конце обязательно напишите свои имя, фамилию и дату написания послания. Если пишете на японском, не забудьте, что дата по-японски пишется наоборот – год/месяц/день. Раньше на табличках было принято писать дату рождения и адрес, но в век огромной доступности информации к личным данным стали относиться бережнее.

5. Повесьте табличку на стенд. Готово!

Разберем пример написания эма:

?????????? Shiawase-ni narimasu-yo:ni Пусть я стану счастливой!

Обратите внимание, что японцы крайне часто используют конструкцию V?????(Vmasu-yo:ni), когда загадывают желание. Она носит значение «пусть исполнится/сбудется».

И еще пара популярных вопросов

  1. Можно ли забирать эма?

Если вы турист и у вас блестят глаза на все «традиционно-японское», то у вас точно появится желание забрать с собой кусочек традиционного японского храма. На самом деле в этом нет ничего предосудительного, однако помните: желание, написанное на эма, сможет быть доставлено божеству только в пределах храма. Почему? Ответ прост: в каждом храме по прошествии времени проводится ритуал сжигания табличек – именно так, по мнению японцев, желания отправляются к богам.

  • Можно ли читать чужие эма?
  • Соблазн всегда велик! К тому же, нет правила, запрещающего чтение чужих посланий. Некоторые даже считают, что читать послания нужно, потому что это увеличивает их силу, – однако, скорее всего, это лишь поверье, оправдывающее любопытных.

    Читать вам никто не запретит, но все же помните, что при написании эма вам стоит сосредоточиться на своем желании, вложить в него свои истинные энергию и волю. И разумеется, не забудьте, что если сидеть сложа руки, даже самая огромная табличка эма пользы не принесёт! 🙂

    Теперь вы точно знаете, как отправить свое желание японскому божеству. Хотите сделать это на японском языке, чтобы послание было доставлено наверняка? Обязательно загляните в нашу школу японского языка!

    А пока в можете начать самостоятельное изучение азбуки хирагана с нашим бесплатным курсом. Чтобы получить курс, заполните форму нижеv


    Японские скачки совершенно уникальны, как уникально многое в этой стране, избравшей свой особенный путь, в том числе и в коннозаводстве.

    Солнечным майским утром двое молодых людей обживают место перед входом на Токийский ипподром — расстилают газеты, расставляют складные стулья и переносной вентилятор, включают радиоприемник. Судя по всему, они собираются обосноваться здесь надолго. Преуспевающий агент по продаже недвижимости Хидекацу Кавамура и его жена Маки пришли сюда для того, чтобы оказаться первыми в очереди желающих попасть на японское скаковое Дерби. Еще только понедельник, а значит, до скачки остается целых шесть дней, но если вы хотите занять хорошее место у паддока, то лучше поторопиться, потому что к утру воскресенья перед ипподромом растянется неимоверно длинный хвост из многих сотен людей, которые будут прибывать на протяжении всей недели.

    Японских поклонников скачек не спутаешь ни с какими другими в мире. Большинство их составляет молодежь, куда больше похожая на завсегдатаев модных дискотек, чем на обычных лошадников или клиентов букмекерских контор. Стильно одетые, восторженные и шумные, но традиционно последовательные в своем увлечении, юноши и девушки являются наиболее активными членами фан-клубов знаменитых скаковых лошадей — таких, например, как Эль Кондор Паса, завершившего карьеру в конце 1999 года. Второму призеру Триумфальной Арки были устроены такие пышные проводы, каких удостаивается редкая звезда футбола или поп-музыки. В день Кубка Японии скаковая программа была специально прервана на целый час, полностью посвященный прощанию публики со своим героем. Под оглушительные приветствия семидесятипятитысячной толпы жеребец появился на выводном кругу и прошел легким галопом перед трибунами, после чего стал главным действующим лицом торжественной церемонии, на которой чествовали всех, кто принимал непосредственное участие в его скаковой карьере — от владельца до помощника тренера, от постоянного жокея до конюха. Сам Эль Кондор Паса получил от устроителей праздника огромный морковный венок и в последний раз вернулся в ипподромную конюшню.

    В Японии лошадь появилась значительно позже, чем на территории материковой Азии. Полной ясности в этом вопросе нет до сих пор, однако, большинство исследователей склоняется к точке зрения, согласно которой на протяжении всего палеолита, мезолита и неолита (то есть вплоть до II тысячелетия до нашей эры) лошадей на Японских островах не существовало вовсе. Первые документальные свидетельства об их использовании человеком относятся к эпохе Кофун (конец III — VI веков нашей эры). С этого времени лошади, изначально ввезенные с континента, распространились по всей Японии. В средневековье они преимущественно служили как вьючные животные — основной тяговой силой в сельском хозяйстве страны были быки, а верховая езда оставалась исключительной привилегией высших сословий. Искусство всадника входило в число наиболее высоко ценившихся качеств самурайского воина.

    На протяжении столетий в Японии сформировалось несколько аборигенных пород, а точнее, отродий лошадей, приспособленных к местным условиям. Все они были относительно мелкорослыми, и это обстоятельство вынуждало многих правителей принимать меры по улучшению существующего поголовья путем прилития крови выводных лошадей. Начиная с эпохи Эдо (1607 — 1867) среди подарков, преподносимых сёгуну голландскими купцами, постоянно упоминаются «персидские» жеребцы, которые в действительности, по всей очевидности, являлись арабскими либо туркменскими. Импорт значительно увеличивается в период реставрации Мейдзи (1868 — 1912), когда императорское правительство поощряло широкое использование лошадей в крестьянском хозяйстве. Были организованы специальные учебные классы для фермеров, целью которых было внушить населению необходимость выращивать более крупных лошадей, которые оказались бы пригодны и для нужд армии. Чтобы обеспечить выполнение этой задачи, из Европы и Северной Америки ввозилось большое количество производителей, среди которых преобладали чистокровные верховые, арабские и англо-арабские жеребцы. Кроме того, импортировались и представители некоторых тяжеловозных пород, в особенности бельгийской и бретонской.

    Хоккайдо — остров лошадей

    В настоящее время на территории Японии насчитывается чуть более 3 500 лошадей восьми местных пород. Подавляющее большинство существующего поголовья — около 3-х тысяч — относится к породе острова Хоккайдо Вашу, также именуемой Досанко, а остальные семь носят названия провинций, где они были выведены (Мисаки, Токара, Мияко, Нома, Кисо, Тайшу и Йонагуни), представлены числом от двадцати до ста с небольшим голов, то есть находятся на грани фактического исчезновения.

    Все эти лошади имеют небольшой рост (от 110 до 140 см) и отличаются некоторыми сходными чертами типа и экстерьера. Для большинства из них характерны крупные массивные головы, низко поставленные шеи, густые гривы и хвосты, а также прочный копытный рог. Как правило, полностью отсутствуют белые отметины, зато на спине заметен черный «ремень», характерный для аборигенных пород. За исключением представителей породы кисо, в типе которых заметны следы скрещивания с западными тяжелоупряжными жеребцами, местные японские лошади не несут в себе сходства с культурными породами Европы и Азии.

    Большинство поголовья находится в полудиком состоянии, подобно американским мустангам, и только раз в год подвергается профилактическим ветеринарным процедурам. Небольшое число лошадей, содержащихся на фермах, используются в упряжи и под седлом (следует заметить, что многие досанко — прирожденные иноходцы). Однако основное их предназначение — служить наглядным пособием для японских школьников, которые давно лишены возможности увидеть живую лошадь в повседневной жизни.

    Скачки —дело государственное

    Скачки в их современном спортивном смысле появились в Японии вместе с англичанами, которые примерно в 1861 году на территории современной Йокогамы основали первый скаковой клуб. В 1880 году на ипподроме этого города была впервые разыграна старейшая традиционная скачка Японии — Императорский Кубок (Tenno Sho), носивший тогда название Вазы Микадо. С 1905 года приз победителю официально вручался от имени императора Мейдзи, а с осени 1937 года за скачкой, перенесенной в Токио, закрепилось существующее название. В наши дни Императорский Кубок проводится дважды в год — в апреле на 3200 метров на ипподроме в Киото и в октябре на 2200 метров в Токио (дистанция второго приза была сокращена для того, чтобы привлечь к участию трехлеток).

    К началу ХХ столетия скаковые ипподромы появились уже во всех крупнейших городах Японии, а в 1906 году правительство взяло на вооружение политику «негласного одобрения продажи тотализаторных билетов». Отчисления с прибыли, полученной от процветавшего тотализатора, обеспечивали вложение больших сумм в развитие скакового спорта, однако уже через два года взаимные пари были запрещены, и государство обратилось к системе выдачи ипподромам прямых субсидий на обеспечение призовых сумм и оплату других издержек. Уже с этого времени правительственные структуры Японии начинают обращать большое внимание на скаковое дело, оказывая ему всестороннюю поддержку. Эта тенденция сохранилась и по сей день.

    В 1923 году было создано одиннадцать скаковых клубов, которые были вскоре подчинены новообразованному Императорскому скаковому обществу. Были разработаны официальные правила проведения испытаний, утвержден порядок регистрации скаковых цветов, введено обязательное лицензирование жокеев и осуществлена программа специальной подготовки тренеров. С 30-х годов прошлого столетия японские скачки приняли вполне европеизированный вид. В 1932 году на центральном ипподроме страны в Токио было впервые проведено Японское Дерби, которое выиграл внук Гэйнсборо Вакатака, а в скором времени учредили и остальные классические скачки. Первым «трижды венчанным» Японии стал в 1941 году Ст. Лайт, рожденный от выводного из Англии Диолита. За пять лет до этого был принят закон «О конных скачках», юридически закрепивший основные положения системы испытаний, а с 1954 года начала свою деятельность Японская Скаковая Ассоциация (JRA), которой были переданы руководящие и контролирующие функции по проведению скачек на территории страны.

    На протяжении значительной части своей истории японские скачки, были оторваны от остального скакового спорта — единственной связью с внешним миром оставался импорт производителей и, в меньшей степени, кобыл. Первым гастролером из Страны Восходящего Солнца, появившимся на зарубежном ипподроме, был Хакучихара, который на протяжении 1958-59 годов семнадцать раз стартовал в Соединенных Штатах и не снискал ровным счетом никаких лавров, несмотря на то, что был признан у себя на родине Лошадью Года. В 60-х годах японцы время от времени привозили своих лучших лошадей для участия в Триумфальной Арке и Вашингтонском Интернациональном призе, но те ни разу не добивались за границей хотя бы относительного успеха, вчистую проигрывая европейским, американским и, между прочим, советским участникам.

    Начало новой эпохи в истории японских скачек принято связывать с учреждением в 1981 году Кубка Японии — первого приза, открытого для иностранных участников. Появившаяся возможность регулярно встречаться с зарубежными соперниками «на своем поле» стала сильнейшим стимулом для местных коневладельцев, тренеров и жокеев. В то время даже второклассные по европейским меркам гастролеры были значительно сильнее доморощенных японских лошадей — имена Мэйрзи Доатс, Хаф Айсд и Станерры, выигравших три первых розыгрыша Кубка, мало что говорят современному любителю скачек. Хотя приз получил статус первой группы, поначалу в Японию ехали не за славой, а за деньгами, поскольку организаторы скачки обеспечивали огромный призовой фонд. Зато уже через какие-нибудь десять с небольшим лет на токийском ипподроме блистали такие европейские звезды, как Ландо, Сингспил и Пилсудски, к которым все ближе подбирались японские участники, класс которых рос буквально на глазах. Первой лошадью, нарушившей гегемонию иностранцев в Кубке Японии, стал в 1985 году Катсураги Эйс, а за последующие годы приз оставался на родине еще восемь раз, причем с 1998 года японцы не проигрывали вовсе!

    Процветание чистокровного коннозаводства Японии напрямую связано с общим здоровым состоянием экономики и постоянным ростом, начиная с 1985 года, курса йены относительно основных европейских валют. Развитие скакового дела в большой степени стимулировали возросшие призовые суммы, которые в настоящее время являются самыми высокими в мире, а это стало возможно благодаря значительному увеличению отчислений от высокоприбыльного тотализатора. Начиная с 1986 года число импортируемых чистокровных лошадей постоянно увеличивалось — в 1990 году было ввезено 300 голов, а после 1995 года ежегодно поступало от 500 до 600 голов. В 2000 году эти цифры несколько сократились, что связывается не только с замедлением темпов экономического роста, но и с насыщением внутреннего рынка продукцией собственных конных заводов. Вплоть до недавнего времени вся чистокровная индустрия Японии строилась на использовании высококлассных выводных производителей, однако теперь, как говорит владелец знаменитого завода Шадаи Теруя Йошида, «даже самые лучшие американские лошади могут быть недостаточно хороши для нас», тем более, что «для того, чтобы купить жеребца, теперь достаточно знать всего лишь один язык — японский».

    Потомки Нортерн Дансера в Стране самураев

    Первым по-настоящему выдающимся производителем страны стал ирландский дербист 1949 года Хиндостан (Буа Руссель — Сонибай от Соларио) из завода деда нынешнего Ага Хана. В 60-х годах он семь раз признавался чемпионом производителей Японии и дал среди прочих второго «трижды венчанного» страны Шинзана. Следующее десятилетие, а особенно его завершение, прошло под знаком имени Теско Боя от Принсли Гифта, хорошо скакавшего на милю в Англии, где он выиграл Куин Энн Стэйкс. Лучшим производителем 80-х годов в соответствии с духом времени стал сын Нортерн Дансера — победитель приза де ла Форе во Франции Нортерн Тэйст. Этот жеребец, стоявший на племенной станции Шадаи, дал большое количество победителей крупнейших японских призов, а в настоящее время возглавляет рейтинг отцов заводских маток.

    На протяжении второй половины 80-х и всех 90-х годов японцы покупали едва ли не львиную долю победителей Эпсомского Дерби и Триумфальной Арки — то есть тех скачек, которые они признавали наиболее престижными в мире. В конных заводах страны используются представители практически всех прогрессивных современных линий — потомки Нортерн Дансера Ламмтарра (Дерби, Триумфальная Арка) от Нижински, Карнеги (Гран При де Сен-Клу, Триумфальная Арка) и Дрим Уэлла (Французское, Ирландское Дерби) от лучшего производителя Европы Сэдлер’с Уэллса.

    Широко использованы также производители из молодой линии М-р Проспектора: введенный в 1995 году Форти Найнер, уже успевший зарекомендовать себя в США, его сыновья Твайнинг и павший этим летом Энд Свип, американская Лошадь Года — 91 Блэк Тай Эффейр от Мисваки, дети Вудмэна Тимбер Кантри (чемпион двухлеток), Хэнсел (Прикнесс Стэйкс, Белмонт Стэйкс), классный спринтер Хиши Акебоно и другие.

    Для того, чтобы должным образом обеспечить выращивание и подготовку молодняка, полученного от столь классного племенного поголовья, были созданы новейшие тренировочные центры, где лошади, как правило, находятся от отъема до двухлетнего возраста. Всю работу здесь ведут профессионалы, прошедшие обучение и практику в Европе и США. В 1999 году была завершена постройка крупнейшего из таких центров — Bloodhorse Training Centre в Уракаве, введенного в строй еще в 1993 году. Он занимает территорию около 14 кв.км, полученную посредством правительственного земельного гранта, а вокруг него расположились многочисленные частные тренотделения.

    Подобная концентрация усилий не могла не принести свои плоды. Уже в 1995 году Фудзияма Кензан добился первого успеха за пределами Японии, выиграл Интернациональный Кубок (Группа 2) в Гонконге, а через три года состоялся и европейский прорыв. Четырехлетняя кобыла Сикинг Зе Голд выиграла во Франции приз Морис де Гист (Группа1), а ее одногодок Таики Шаттл финишировал первым в призе Жака Ле Маруа (Группа 1), считающемся одной из центральных майлерских скачек Европы. Нельзя не заметить, что все эти лошади были куплены годовиками в США, однако выращивались и проходили тренинг исключительно в Японии. Более того, многие крупные успехи 2001 года были достигнуты уже полностью «доморощенными» силами.

    «Они атакуют со всех сторон!» — воскликнул жокей «Годолфина» Фрэнки Деттори, чей Тобугг уступил японскому Эгнес Дигитал в Кубке Гонконга с более чем полуторамиллионным призовым фондом. В тот день японцы выиграли на ипподроме Ша Тин все три скачки первой группы, причем Гонконгская Ваза — вторая из них по престижности — досталась семилетнему победителю Дубаи Шима Классик Стэй Голду, рожденному от Санди Сайленса и «японки» Голден Сэш, а в «битом поле» снова оказалась «годолфиновская» лошадь — Экраар. Тремя неделями раньше японские участники заняли пять первых мест в Кубке Японии, выигранном Джангл Покетом, и все семь — в его аналоге, разыгранном по грунтовой дорожке. Об уровне призовых сумм можно судить по двум цифрам — 1 миллион 457 тысяч английских фунтов стерлингов достались победителю, а 86 с лишним тысяч фунтов стерлингов — финишировавшему восьмым американскому гастролеру Уайт Харту. Не во всех европейских скачках первой группы такие деньги можно заработать даже за победу.

    «Золотой век» скачек

    Япония переживает настоящий скаковой бум. Телевизионный канал Green Channel ведет трансляции с ипподромов всего мира 19 часов в сутки, а видеоигра Derby Stallion с виртуальными скаковыми лошадьми, «выведением» которых занимаются сами игроки, была распродана шестимиллионным тиражом. Люди за неделю выстраиваются в очередь, чтобы попасть на Дерби, и при этом могут позволить себе не тратить ни минуты на услуги тотализатора — ставки в Японии легко сделать прямо по мобильному телефону.

    Тем временем приезжающие в Токио на Кубок Японии и в Накаяму на Гранд Джамп англичане только качают головами, глядя на окружающее их великолепие и сравнивая его со своими прославленными в столетиях ипподромами. Им уже не кажется абсурдным высказанное на страницах британской спортивной прессы предположение о том, что произойдет, если скаковая индустрия Страны Восходящего Солнца продолжит развиваться теми же темпами еще лет десять. А журналисты, между прочим, считали весьма вероятным, что примерно к 2015 году сравнения между японским и английским чистокровным коннозаводством могли стать настолько не в пользу последнего, насколько сегодня это справедливо для автомобильной промышленности обеих стран.

    Все мы с детства знаем, что кошка мяукает, собака гавкает, а корова мычит. Однако, оказывается, в каждой стране животные издают различные по звучанию звуки. Из сегодняшней статьи вы узнаете, как кричат животные по-японски.

    Как гавкают собаки по-японски

    Wan Wan / Ван ван (по-японски)

    Woof Woof / Вуф вуф (по-английски)

    Как мяукают кошки по-японски

    Nyao или NyaNya или Nya / Няо или Няня или Ня (по-японски)

    Meow / Мяу (по-английски)

    Как кудахтают курицы по-японски

    Kokekokko / Кокекокко (по-японски)

    Куд-кудах или ко-ко-ко-ко (по-русски)

    Cock-a-doodle-doo / Кок-э-дудл-ду (по-английски)

    Как хрюкают свиньи по-японски

    Bu Bu / Бу-Бу (по-японски)

    Snort Snort / Снорт-Снорт (по-английски)

    Как мычат коровы по-японски

    Moo / Му (по-японски)

    Moo / Му (по-английски)

    Как ржёт лошадь по-японски

    Как крякают утки по-японски

    Ga ga / Га-га (по-японски)

    Quack Quack / Куак-Куак (по-английски)

    Какие звуки издают овцы по-японски

    Mee / Меее (по-японски)

    Baaa / Бааа (по-английски)

    Как рычат львы по-японски

    Gao / Гао (по-японски)

    Roar /Роарр (по-английски)

    А чтобы вам было ещё понятнее, посмотрите данное видео:

    Японские породы лошадок все обладают набором характеристик общего типа. Например, они все имеют отношение к пони, так как рост их, зачастую не может достигнуть свыше ста сорока семи сантиметров. Японские аборигенные лошади имеет головы довольно-таки крупные.

    Окрас

    Шейки будут нестись горизонтальным образом, а гривы ниспадающего типа, очень густые и толстые. Самые частые окрасы – , а также чалая. Белоснежные отметины на головах и ножках не присутствуют, но зачастую могут быть в наличии, черные полоски на спинках.

    Совершенно всех животных подобного плана японских пород, отличает завидное упорство и удивительная способность к выживанию в самых экстремальных условиях. Известен факт, что лошадки вовсе не проживали на Японских островах во временной период неолита, палеолита и мезолита. Помимо всего этого, прекрасным образом является известным, что животные эти на данных островах оказались, попав туда именно из Азии в самые разнообразные времена и разными путями-дорожками.

    Определенным образом домашние лошадки находились в Японии с шестого века. А, вполне возможно, что и раньше вовсе. Еще в четвертом веке нашей эры. С тех самых пор, лошадки и стали наделенными важнейшей ролью во всей японской культуре, в целом. По сути, широким образом их могли применять не только для , но и в военных целях.

    Японские аборигенные лошади на выпасе

    Собственно, вплоть до того, что было изобретено специальное огнестрельное оружие, к концу шестнадцатого века. А одним из самых главных качеств, ценившихся во всех бравых воинах, которым довелось основать знаменитый класс самураев, было именно умение общаться с такой вот лошадкой. Японские аборигенные лошади и в сфере японской религии, роль играли немалую. Даже, на нынешнее время, в местечках святынь, до сих пор, содержат белоснежных лошадок. Но занятнее всего тот момент, что в сельскохозяйственной отрасли, японцы и не собирались использовать этих зверушек!

    В отличие от всех остальных людей по всему свету, которые своих лошадей эксплуатировали, как угодно. Например, лошадь мисаки, которая ведет собственное происхождение, прямиком из префектуры Миазаки, относится к японским лошадкам. Нынче табун данной породы, насчитывает восемьдесят восемь зверей. А в холке высота их, от ста тридцати до ста тридцати пяти сантиметров.

    Порода японские аборигенные, старинная, так как первое упоминание о ней в источниках исторического вида, было еще в 1697 году. А лошадки токара, на текущий день, встречаются сразу в нескольких парках префектуры Кагошима. Также у японцев есть и лошадки мияко. Вся порода в целом, восходит, аж к тринадцатому столетию! Известна еще и лошадка досанко либо Хоккайдо. И лошади данные происхождение ведут от нескольких пород собственной родной местности. Затем можно назвать лошадку нома. Это самая японского происхождения с невероятной привлекательности. Они больше похожи на игрушки, так как рост их составляет, лишь сто десять сантиметров.

    Интересное название лошадиной породы кисо, сразу заставляет вспомнить об обыкновенных котах. Собственно, упоминания об этой японской лошадиной породы, восходят к шестому веку, хоть и сложно в это кому-нибудь будет поверить. А название, нисколько с котами не связано. Просто Родиной породы животных, является регион с названием Кисо префектуры Нагано. Далее можно назвать лошадей таишу. Данная порода крох развитие имела на холмистой территории Тсушимы в известной префектуре Нагаски, в коей разведение лошадок, стартовало, уже с восьмого века!

    Японские аборигенные лошади

    Характеристика

    Ну и нельзя будет не упомянуть о такой японской лошадиной породе, как йонагуни. Довольно-таки типичное японское название на слух, зная их необыкновенный для русского восприятия, язык. Данная порода лошадок особей включает немыслимо маленьких. Ведь высота в холке, всего лишь сто пятнадцать сантиметров.

    • Перейти в оглавление раздела: * Все о лошадях
    • Читать дополнительно: Карликовая лошадка

    Японские аборигенные лошади

    Перейти в оглавление раздела: Породы пони

    Все японские породы лошадей обладают характерным рядом общих черт, и в частности, все они относятся к пони, поскольку их рост не превышает 147 см. Их головы относительно крупные, а свои шеи они несут горизонтально. Гривы у японских пород лошадей толстые, густые и ниспадающие. Наиболее широко распространенные окрасы тела у японских лошадей — гнедой и чалый. На голове и ногах, как правило, белых отметин нет, зато на спине часто присутствует черная полоса.

    Все японские породы славятся своим упорством, а также способностью выживать в самых экстремальных и неблагоприятных условиях.

    Специальными исследованиями установлено, что лошади на Японских островах в период палеолита, мезолита и неолита не жили. Они попадали на Японские острова из Азии различными путями и в различные времена. Достоверно известно, что уже в 6-м веке домашние лошади обитали в Японии, а может быть, даже в 4-м веке.

    Японские аборигенные лошади широко использовались для военных целей вплоть до изобретения огнестрельного оружия в конце 16-го века. Поэтому в те годы умение обращаться с лошадью было одним из важнейших качеств, которое ценилось в воинах, основавших класс самураев. Именно с тех времен лошади играют важную роль в японской культуре и в японской религии, и поэтому даже в наше время в местах нахождения святынь японского народа, держат белых лошадей.

    Интересен тот факт, что лошади в сельском хозяйстве японцев не использовались. А на полях вместо них широко использовался крупный рогатый скот. Его же также запрягался в кареты и повозки. А лошади выполняли роль вьючных животных и их использовали для переноса грузов в труднодоступных горных областях. На лошадях верхом только ездили люди, принадлежащие к высшему сословию.

    Со времени, на Японских островах начали развиваться различные породы лошадей, которые были хорошо приспособлены к местным условиям окружающей среды. Но в целом, все эти лошади были относительно маленьких размеров. Поэтому, многие правители и вожди предпринимали попытки путем отбора и селекции увеличить их размеры, скрещивая их с импортируемыми иностранными лошадьми.

    Записи, которые относятся к эпохе Эдо, свидетельствуют о важной роли в этом процессе голландских лошадей, которые были переданы в дар императорскому двору. И так как эти лошади упоминаются под названием «персидские», то это могли быть лошади арабской или туркменской породы. Таким образом несколько «улучшенных» пород, как например, породы намбу, мигару и тоса — стали особенно популярными в Японии. А в результате систематического скрещивания, основанного на аборигенных японских породах, в 1932 году привело к появлению породы куширо, которая на сегодняшний день практически полностью исчезла.

    В течение эпохи Мей из Европы и Северной Америки импортировались крупные чистокровные лошади с целью увеличения размера японской лошади и для того, чтобы сделать ее более пригодной к военным целям. Кроме того, японское правительство по всей стране ввело специальные обучающие курсы, с целью увеличения использования лошадей в сельском хозяйстве. Это было направлено на поощрение японских фермеров на разведение крупных лошадей с возможной последующей их поставкой для нужд армии.

    В разные годы иностранные заводчики экспортировали в Японию различные породы лошаде: английскую чистокровную, англо-арабов, гакне и несколько упряжных пород, таких как бельгийская и бретонская упряжные породы. В результате скрещивания представителей местных пород с крупными европейскими лошадьми, появились такие японские породы как кандачи, юрури, хоккайдо. В результате многочисленных скрещиваний с завозлыми породами большинство аборигенных японских пород практически исчезло, за исключением отдаленных островов страны.

    На сегодняшний день в Японии существует восемь официально признанных пород лошадей, каждая из которых относится к определенному региону и отличающихся друг от друга как по окрасу, так и размеру и другим характеристикам. Вместе с тем, японские породы лошадей обладают рядом общих характеристик и все они славятся своим упорством и способностью выживать в экстремальных условиях.

    Японские скачки совершенно уникальны, как уникально многое в этой стране, избравшей свой особенный путь, в том числе и в коннозаводстве.

    Солнечным майским утром двое молодых людей обживают место перед входом на Токийский ипподром — расстилают газеты, расставляют складные стулья и переносной вентилятор, включают радиоприемник. Судя по всему, они собираются обосноваться здесь надолго. Преуспевающий агент по продаже недвижимости Хидекацу Кавамура и его жена Маки пришли сюда для того, чтобы оказаться первыми в очереди желающих попасть на японское скаковое Дерби. Еще только понедельник, а значит, до скачки остается целых шесть дней, но если вы хотите занять хорошее место у паддока, то лучше поторопиться, потому что к утру воскресенья перед ипподромом растянется неимоверно длинный хвост из многих сотен людей, которые будут прибывать на протяжении всей недели.

    Японских поклонников скачек не спутаешь ни с какими другими в мире. Большинство их составляет молодежь, куда больше похожая на завсегдатаев модных дискотек, чем на обычных лошадников или клиентов букмекерских контор. Стильно одетые, восторженные и шумные, но традиционно последовательные в своем увлечении, юноши и девушки являются наиболее активными членами фан-клубов знаменитых скаковых лошадей — таких, например, как Эль Кондор Паса, завершившего карьеру в конце 1999 года. Второму призеру Триумфальной Арки были устроены такие пышные проводы, каких удостаивается редкая звезда футбола или поп-музыки. В день Кубка Японии скаковая программа была специально прервана на целый час, полностью посвященный прощанию публики со своим героем. Под оглушительные приветствия семидесятипятитысячной толпы жеребец появился на выводном кругу и прошел легким галопом перед трибунами, после чего стал главным действующим лицом торжественной церемонии, на которой чествовали всех, кто принимал непосредственное участие в его скаковой карьере — от владельца до помощника тренера, от постоянного жокея до конюха. Сам Эль Кондор Паса получил от устроителей праздника огромный морковный венок и в последний раз вернулся в ипподромную конюшню.

    Подарки сёгуну

    В Японии лошадь появилась значительно позже, чем на территории материковой Азии. Полной ясности в этом вопросе нет до сих пор, однако, большинство исследователей склоняется к точке зрения, согласно которой на протяжении всего палеолита, мезолита и неолита (то есть вплоть до II тысячелетия до нашей эры) лошадей на Японских островах не существовало вовсе. Первые документальные свидетельства об их использовании человеком относятся к эпохе Кофун (конец III — VI веков нашей эры). С этого времени лошади, изначально ввезенные с континента, распространились по всей Японии. В средневековье они преимущественно служили как вьючные животные — основной тяговой силой в сельском хозяйстве страны были быки, а верховая езда оставалась исключительной привилегией высших сословий. Искусство всадника входило в число наиболее высоко ценившихся качеств самурайского воина.

    На протяжении столетий в Японии сформировалось несколько аборигенных пород, а точнее, отродий лошадей, приспособленных к местным условиям. Все они были относительно мелкорослыми, и это обстоятельство вынуждало многих правителей принимать меры по улучшению существующего поголовья путем прилития крови выводных лошадей. Начиная (1607 — 1867) среди подарков, преподносимых сёгуну голландскими купцами, постоянно упоминаются «персидские» жеребцы, которые в действительности, по всей очевидности, являлись арабскими либо туркменскими. Импорт значительно увеличивается в (1868 — 1912), когда императорское правительство поощряло широкое использование лошадей в крестьянском хозяйстве. Были организованы специальные учебные классы для фермеров, целью которых было внушить населению необходимость выращивать более крупных лошадей, которые оказались бы пригодны и для нужд армии. Чтобы обеспечить выполнение этой задачи, из Европы и Северной Америки ввозилось большое количество производителей, среди которых преобладали чистокровные верховые, арабские и англо-арабские жеребцы. Кроме того, импортировались и представители некоторых тяжеловозных пород, в особенности бельгийской и бретонской.

    Обширное поглотительное скрещивание привело к почти полному исчезновению исторически сложившегося типа японской лошади, который сохранился только в отдаленных горных районах и на небольших островах. Неизбежная в эпоху технического прогресса повсеместная механизация сельского хозяйства и отказ от конной тяги довершили этот процесс.

    Хоккайдо — остров лошадей

    В настоящее время на территории Японии насчитывается чуть более 3 500 лошадей восьми местных пород. Подавляющее большинство существующего поголовья — около 3-х тысяч — относится к породе острова Вашу , также именуемой Досанко , а остальные семь носят названия провинций, где они были выведены (Мисаки , Токара , Мияко , Нома , Кисо , Тайшу и Йонагуни ), представлены числом от двадцати до ста с небольшим голов, то есть находятся на грани фактического исчезновения.

    Все эти лошади имеют небольшой рост (от 110 до 140 см) и отличаются некоторыми сходными чертами типа и экстерьера. Для большинства из них характерны крупные массивные головы, низко поставленные шеи, густые гривы и хвосты, а также прочный копытный рог. Как правило, полностью отсутствуют белые отметины, зато на спине заметен черный «ремень», характерный для аборигенных пород. За исключением представителей породы кисо , в типе которых заметны следы скрещивания с западными тяжелоупряжными жеребцами, местные не несут в себе сходства с культурными породами Европы и Азии.

    Большинство поголовья находится в полудиком состоянии, подобно американским мустангам, и только раз в год подвергается профилактическим ветеринарным процедурам. Небольшое число лошадей, содержащихся на фермах, используются в упряжи и под седлом (следует заметить, что многие досанко — прирожденные иноходцы). Однако основное их предназначение — служить наглядным пособием для японских школьников, которые давно лишены возможности увидеть живую лошадь в повседневной жизни.

    Скачки -дело государственное

    Скачки в их современном спортивном смысле появились в Японии вместе с англичанами, которые примерно в 1861 году на территории современной Йокогамы основали первый скаковой клуб. В 1880 году на ипподроме этого города была впервые разыграна старейшая традиционная скачка Японии — Императорский Кубок (Tenno Sho), носивший тогда название Вазы Микадо. С 1905 года приз победителю официально вручался от имени императора Мейдзи, а с осени 1937 года за скачкой, перенесенной в , закрепилось существующее название. В наши дни Императорский Кубок проводится дважды в год — в апреле на 3200 метров на ипподроме в и в октябре на 2200 метров в Токио (дистанция второго приза была сокращена для того, чтобы привлечь к участию трехлеток).

    К началу ХХ столетия скаковые ипподромы появились уже во всех крупнейших городах Японии, а в 1906 году правительство взяло на вооружение политику «негласного одобрения продажи тотализаторных билетов». Отчисления с прибыли, полученной от процветавшего тотализатора, обеспечивали вложение больших сумм в развитие скакового спорта, однако уже через два года взаимные пари были запрещены, и государство обратилось к системе выдачи ипподромам прямых субсидий на обеспечение призовых сумм и оплату других издержек. Уже с этого времени начинают обращать большое внимание на скаковое дело, оказывая ему всестороннюю поддержку. Эта тенденция сохранилась и по сей день.

    В 1923 году было создано одиннадцать скаковых клубов, которые были вскоре подчинены новообразованному Императорскому скаковому обществу. Были разработаны официальные правила проведения испытаний, утвержден порядок регистрации скаковых цветов, введено обязательное лицензирование жокеев и осуществлена программа специальной подготовки тренеров. С 30-х годов прошлого столетия приняли вполне европеизированный вид. В 1932 году на центральном ипподроме страны в Токио было впервые проведено Японское Дерби, которое выиграл внук Гэйнсборо Вакатака, а в скором времени учредили и остальные классические скачки. Первым «трижды венчанным» Японии стал в 1941 году Ст. Лайт, рожденный от выводного из Англии Диолита. За пять лет до этого был принят закон «О конных скачках», юридически закрепивший основные положения системы испытаний, а с 1954 года начала свою деятельность Японская Скаковая Ассоциация (JRA) , которой были переданы руководящие и контролирующие функции по проведению скачек на территории страны.

    Неудачный дебют и стремительный взлет

    На протяжении значительной части своей истории японские скачки , были оторваны от остального скакового спорта — единственной связью с внешним миром оставался импорт производителей и, в меньшей степени, кобыл. Первым гастролером из Страны Восходящего Солнца, появившимся на зарубежном ипподроме, был Хакучихара, который на протяжении 1958-59 годов семнадцать раз стартовал в Соединенных Штатах и не снискал ровным счетом никаких лавров, несмотря на то, что был признан у себя на родине Лошадью Года. В 60-х годах японцы время от времени привозили своих лучших лошадей для участия в Триумфальной Арке и Вашингтонском Интернациональном призе, но те ни разу не добивались за границей хотя бы относительного успеха, вчистую проигрывая европейским, американским и, между прочим, советским участникам.

    В конце концов, наступил момент, который сейчас уже можно с полным основанием назвать историческим, когда в Японии пришли к осознанию того, что существующее положение не устраивает ни руководство спортом, ни ведущих коннозаводчиков, и для его исправления требуется принять самые решительные меры. В конце 70-х годов JRA выдвинула широкомасштабную программу по повышению скакового класса японских лошадей и достижению их конкурентоспособности на высшем мировом уровне.

    Начало новой эпохи в истории японских скачек принято связывать с учреждением в 1981 году Кубка Японии — первого приза, открытого для иностранных участников. Появившаяся возможность регулярно встречаться с зарубежными соперниками «на своем поле» стала сильнейшим стимулом для местных коневладельцев, тренеров и жокеев. В то время даже второклассные по европейским меркам гастролеры были значительно сильнее доморощенных японских лошадей — имена Мэйрзи Доатс, Хаф Айсд и Станерры, выигравших три первых розыгрыша Кубка, мало что говорят современному любителю скачек. Хотя приз получил статус первой группы, поначалу в Японию ехали не за славой, а за деньгами, поскольку организаторы скачки обеспечивали огромный призовой фонд. Зато уже через какие-нибудь десять с небольшим лет на токийском ипподроме блистали такие европейские звезды, как Ландо, Сингспил и Пилсудски, к которым все ближе подбирались японские участники, класс которых рос буквально на глазах. Первой лошадью, нарушившей гегемонию иностранцев в Кубке Японии, стал в 1985 году Катсураги Эйс, а за последующие годы приз оставался на родине еще восемь раз, причем с 1998 года японцы не проигрывали вовсе!

    Процветание чистокровного коннозаводства Японии напрямую связано с общим здоровым состоянием экономики и постоянным ростом, начиная с 1985 года, курса йены относительно основных европейских валют. Развитие скакового дела в большой степени стимулировали возросшие призовые суммы, которые в настоящее время являются самыми высокими в мире, а это стало возможно благодаря значительному увеличению отчислений от высокоприбыльного тотализатора. Начиная с 1986 года число импортируемых чистокровных лошадей постоянно увеличивалось — в 1990 году было ввезено 300 голов, а после 1995 года ежегодно поступало от 500 до 600 голов. В 2000 году эти цифры несколько сократились, что связывается не только с замедлением темпов экономического роста, но и с насыщением внутреннего рынка продукцией собственных конных заводов. Вплоть до недавнего времени вся чистокровная индустрия Японии строилась на использовании высококлассных выводных производителей, однако теперь, как говорит владелец знаменитого завода Шадаи Теруя Йошида, «даже самые лучшие американские лошади могут быть недостаточно хороши для нас» , тем более, что «для того, чтобы купить жеребца, теперь достаточно знать всего лишь один язык — японский» .

    За последние 20 лет в Японию было импортировано немало лучших западных скакунов, хотя, конечно, основа современного генофонда была заложена гораздо раньше.

    Первым по-настоящему выдающимся производителем страны стал ирландский дербист 1949 года Хиндостан (Буа Руссель — Сонибай от Соларио) из завода деда нынешнего Ага Хана. В 60-х годах он семь раз признавался чемпионом производителей Японии и дал среди прочих второго «трижды венчанного» страны Шинзана. Следующее десятилетие, а особенно его завершение, прошло под знаком имени Теско Боя от Принсли Гифта, хорошо скакавшего на милю в Англии, где он выиграл Куин Энн Стэйкс. Лучшим производителем 80-х годов в соответствии с духом времени стал сын Нортерн Дансера — победитель приза де ла Форе во Франции Нортерн Тэйст. Этот жеребец, стоявший на племенной станции Шадаи, дал большое количество победителей крупнейших японских призов, а в настоящее время возглавляет рейтинг отцов заводских маток.

    На протяжении второй половины 80-х и всех 90-х годов японцы покупали едва ли не львиную долю победителей Эпсомского Дерби и Триумфальной Арки — то есть тех скачек, которые они признавали наиболее престижными в мире. В конных заводах страны используются представители практически всех прогрессивных современных линий — потомки Нортерн Дансера Ламмтарра (Дерби, Триумфальная Арка) от Нижински, Карнеги (Гран При де Сен-Клу, Триумфальная Арка) и Дрим Уэлла (Французское, Ирландское Дерби) от лучшего производителя Европы Сэдлер’с Уэллса.

    Широко использованы также производители из молодой линии М-р Проспектора: введенный в 1995 году Форти Найнер, уже успевший зарекомендовать себя в США, его сыновья Твайнинг и павший этим летом Энд Свип, американская Лошадь Года — 91 Блэк Тай Эффейр от Мисваки, дети Вудмэна Тимбер Кантри (чемпион двухлеток), Хэнсел (Прикнесс Стэйкс, Белмонт Стэйкс), классный спринтер Хиши Акебоно и другие.

    Безусловно лучшим производителем 90-х годов стал Санди Сайленс, победитель Кентакки Дерби, Прикнесс Стэйкс и Бридерс Кап Классик. Этот темно-гнедой, почти вороной сын Хало из восходящей к Неарко линии Терн-Ту был, по мнению экспертов, одной из двадцати лучших американских лошадей прошедшего столетия и создал целую эпоху в японском коннозаводстве. По окончании карьеры он был выкуплен одним из его совладельцев Зенией Йошидой, хозяином Шадаи, и с 1995 по 2001 год становился чемпионом по выигрышу потомства, среди которого девять чемпионов и четыре дербиста. К сожалению, 16-летний Санди Сайленс пал от ламинита, оставив на племенной станции Шадаи 13 своих молодых сыновей и еще 17 производителей в других конных заводах страны.

    Школа Чемпионов

    Для того, чтобы должным образом обеспечить выращивание и подготовку молодняка, полученного от столь классного племенного поголовья, были созданы новейшие тренировочные центры, где лошади, как правило, находятся от отъема до двухлетнего возраста. Всю работу здесь ведут профессионалы, прошедшие обучение и практику в Европе и США. В 1999 году была завершена постройка крупнейшего из таких центров — Bloodhorse Training Centre в Уракаве, введенного в строй еще в 1993 году. Он занимает территорию около 14 кв.км, полученную посредством правительственного земельного гранта, а вокруг него расположились многочисленные частные тренотделения.

    «Они атакуют со всех сторон!» — воскликнул жокей «Годолфина» Фрэнки Деттори, чей Тобугг уступил японскому Эгнес Дигитал в Кубке Гонконга с более чем полуторамиллионным призовым фондом. В тот день японцы выиграли на ипподроме Ша Тин все три скачки первой группы, причем Гонконгская Ваза — вторая из них по престижности — досталась семилетнему победителю Дубаи Шима Классик Стэй Голду, рожденному от Санди Сайленса и «японки» Голден Сэш, а в «битом поле» снова оказалась «годолфиновская» лошадь — Экраар. Тремя неделями раньше японские участники заняли пять первых мест в Кубке Японии, выигранном Джангл Покетом, и все семь — в его аналоге, разыгранном по грунтовой дорожке. Об уровне призовых сумм можно судить по двум цифрам — 1 миллион 457 тысяч английских фунтов стерлингов достались победителю, а 86 с лишним тысяч фунтов стерлингов — финишировавшему восьмым американскому гастролеру Уайт Харту. Не во всех европейских скачках первой группы такие деньги можно заработать даже за победу.

    Погонщик! Веди коня

    Вон туда, через поле!

    Там кукушка поет.

    Японские лошади коренным образом отличались от своих континентальных собратьев, были они низкорослыми и лохматыми и от рождения имели весьма злобный нрав.



    Историки отмечают одну интересную особенность. Как правило, в Японии в средние века на лошадь садились не слева, а справа. Во время езды поводья обычно держали обеими руками, но в бою самурай цеплял повод за кольца, расположенные на нагрудной пластине доспеха, и управлял конем исключительно шенкелями и корпусом. Стреляли с лошади точно так же.

    Техника стрельбы из лука с лошади известна под разными названиями. Впервые об этом виде стрельбы упоминают «Нихонги» («Анналы Японии» 720 года), в которых и рассказывается об ума-юми. Позднее стрельба с лошади в исторических источниках стала называться «ябусамэ». Наивысшего расцвета ябусамэ достигла в период Камакура, когда верховая езда, называемая бадзюцу, в сочетании со стрельбой из лука стала обязательным видом боевых искусств для самураев высшего ранга. Стрельба из лука с лошади была одним из любимых видов состязаний самураев, когда они объединялись в команды для соревнований по конному спорту. Как правило, крупные турниры проходили на скаковом кругу в храме Цуруга ока Хатиман, который находился в городе Камакура (теперь префектура Канагава), или на берегу моря, во время синтоистских праздников. В качестве главного распорядителя и судьи состязаний выступал синтоистский священник. Мишень или доспехи воина (в период Камакура) ставили вертикально около манежа, и стрелок, мчась на лошади по кругу, должен был выстрелить по цели три раза с интервалом в десять секунд. Лук всадник держал перпендикулярно линии движения, натягивая его рывком над головой и опуская так, чтобы стрела находилась на уровне глаз.

    Времени на прицел оставалось крайне мало, стрельба шла практически навскидку.

    Ябусамэ продолжает существовать и в настоящее время, но уже в качестве развлекательного зрелища. По традиции соревнования в стрельбе из лука с лошади проводятся 15–16 сентября на территории города Камакура.

    Наряду с ябусамэ в боевые искусства самураев вошло так называемое ину-о-моно – упражнение по преследованию собак на лошади. Ину-о-моно так же, как и ябусамэ, вырабатывало у воина отличные способности управлять лошадью и при этом быстро и метко стрелять из лука на скаку. Эти качества, бесспорно, являлись неоспоримым преимуществом для буси в многочисленных конных сражениях. Ину-о-моно, в отличие от стрельбы по неподвижной мишени, преследовало цель попасть в двигающийся объект. В манеж выпускали небольшого размера собаку, и всадник, поддерживая движение галопом или резвой рысью, должен был попасть в пса тренировочной стрелой с деревянным наконечником.

    Полный доспех воина.

    День обезьяны и дикие монгольские парни

    Как правило, самураи старались вклиниться в отдельные группы врага, чтобы внести раскол в их стан. Иногда бой разбивался на индивидуальные поединки. В XII веке существовал так называемый обычай нанори, смысл которого заключался в следующем: прежде чем вступить в бой, самурай должен был представиться другому самураю. В те времена сражения скорее напоминали гигантские турниры, нежели бои без правил. Но уже в XIII веке этот обычай отошел в небытие, и массовые столкновения конницы стали обычным делом.


    В полном снаряжении

    Комплект конного снаряжения назывался багу и был заимствован главным образом у китайцев. Он включал в себя седло, уздечку и конские доспехи. Уздечка называлась ацубуса, она состояла из удил куцува, нащечников ханагава, нахрапников кангамаита и по водьев куцу-вадзура, которые изготавливались из шелкового или хлопкового шнура и красиво украшались.

    Для управления лошадью был необходим еще один важный предмет – гибкий прут мути, ставший аналогом современного хлыста. Шпор самураи не использовали.

    Седло называлось кура и имело высокие переднюю и заднюю луки, которые располагались под прямым углом к седалищу. Оно было деревянным с металлическими украшениями и довольно высоким: под него клали потник кицукэ и специальную подушечку намэ. Также седло нередко украшали лентами, на концах которых звенели колокольчики. Экономить на украшениях у самураев считалось дурным тоном. Существовавшие тогда рекомендации прямо говорили о том, что самураям не стоит чрезмерно увлекаться убранством, да и в нарядах отдавать предпочтение простым льняным тканям. Но на картинах и гравюрах той эпохи нередко можно увидеть настолько богато украшенную сбрую, что за ней с трудом угадывается лошадь – кругом расшитые поводья, вальтрапы, нагрудники…



    Японские стремена абуми несколько отличались от своих европейских аналогов. Первоначально они имели закрытый носок и удлиненную подножку сзади, позднее они были модернизированы – боковины носка были убраны, после чего стремя приобрело форму, просуществовавшую все средневековье вплоть до XIX века. Обычно стремена делались целиком и полостью из железа, но встречались экземпляры, имеющие железный каркас с деревянными вставками. Некоторые стремена имели отверстие в подножке для слива воды, которая попадала туда при преодолении водных преград, а также стержень, предохранявший ногу от соскальзывания вбок.

    Комплект доспехов состоял из накрупника, пластин, защищавших шею и бока лошади, которые часто были красиво и богато оформлены резьбой, подвесками и лентами.

    Кирилл Трубицын, Марина Горячева, кафедра археологии исторического факультета МГУ

    Материал размещен с разрешения правообладателя — журанала «My horse» («Моя лошадь»).

    Эта статья также доступна на следующих языках: Тайский

    admin

    Наверх