Глаза лошадь девушка

Беседуя с Грушницким в самом начале повести «Княжна Мери», Печорин с основательностью знатока оценивает внешность княжны:

«-Эта княжна Мери прехорошенькая, — сказал я ему. – У неё такие бархатные глаза – именно бархатные, я тебе советую присвоить это выражение, говоря об её глазах: нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в её зрачках. Я люблю эти глаза без блеска, они так мягки, они будто бы тебя гладят… — Впрочем, кажется, в её лице только и есть хорошего… А что, у неё зубы белы? Это очень важно.

-Ты говоришь об хорошенькой женщине, как об англинской лошади, — сказал Грушницкий с негодованием.

-Mon cher, — отвечал я ему, стараясь подделаться под его тон: — je meprise les femmes pour ne pas les aimer, car autrement la vie serait un melodrame trop ridicule» [Милый мой, я презираю женщин, чтобы не любить их, потому что иначе жизнь была бы слишком смехотворной мелодрамой].

Конечно, Печорин «шутит» с Грушницким, нарочито цинично отзываясь о девушке, привлёкшей внимание приятеля и будущего врага. Но в наигранно-пышной фразе о презрении к женщинам, не случайно произнесённой по-французски (на языке, предписанном светским этикетом и отмеченном условностью, литературностью), может заключаться и вполне серьёзная мысль. В конце концов, разве в том, как лермонтовский герой ведёт себя с женщинами и отзывается о них, нет хотя бы малой толики презрения? Ну, например: «Одно мне всегда было странно; я никогда не делался рабом любимой женщины; напротив, я всегда приобретал над их волей и сердцем непобедимую власть, вовсе об этом не стараясь. Отчего это? – оттого ли, что я никогда ничем очень не дорожу и что они ежеминутно боялись выпустить меня из рук? или это – магнетическое влияние сильного организма? или мне просто не удавалось встретить женщину с упорным характером?

Надо признаться, что я, точно, не люблю женщин с характером: их ли это дело. »

Или разве совсем уж несерьёзен Печорин, когда делает такое заключение, отнюдь не свидетельствующее об уважительном отношении к прекрасному полу: «Чего женщина не сделает, чтоб огорчить соперницу? Я помню, одна меня полюбила за то, что я любил другую. Нет ничего парадоксальнее женского ума: женщин трудно убедить в чём-нибудь, надо их довести до того, чтобы они убедили себя сами; порядок доказательств, которыми они уничтожают свои предубеждения, очень оригинален; чтоб выучиться их диалектике, надо опрокинуть в уме своём все школьные правила логики. Например, способ обыкновенный:

Этот человек любит меня – но я замужем, — следовательно, не должна его любить.

Я не должна его любить – ибо я замужем, — но он меня любит, — следовательно… тут несколько точек, ибо рассудок уж ничего не говорит, а говорят большею частию язык, глаза и, вслед за ними, сердце, если оное имеется.

С тех пор, как поэты пишут и женщины их читают , их столько раз называли ангелами, что они в самом деле, в простоте душевной, поверили этому комплименту, забывая, что те же поэты за деньги величали Нерона полубогом…»

И Печорин, женщин, по собственному признанию, любящий более всего на свете, сейчас не иронизирует: « Ведь я не в припадке досады и оскорблённого самолюбия стараюсь сдёрнутьс них то волшебное покрывало, сквозь которое лишь привычный взор проникает. Нет, всё, что я говорю о них, есть только следствие –

Ума холодных наблюдений

И сердца горестных замет.»

В подкрепления собственного нелицеприятного и не очень лестного суждения о дамах Григорий Александрович ссылается на мнение доктора Вернера: «Кстати: Вернер намедни сравнил женщин с заколдованным лесом, о котором рассказывает Тасс в своём «Освобождённом Иерусалиме». «Только приступи, — говорил он, — на тебя полетят со всех сторон такие страсти, что боже упаси: долг, гордость, приличие, общее мнение, насмешка, презрение… Надо только не смотреть, а идти прямо; мало-помалу чудовища исчезают, и открывается перед тобой тихая и светлая поляна, среди которой цветёт зелёный мирт, — зато беда, если на первых шагах сердце дрогнет, и обернёшься назад!»

Итак, у читателя есть некоторые основания полагать, что в отношении Печорина к женщинам заключена доля цинизма и что, соответственно, Григорий Александрович может отзываться «о хорошенькой женщине, как об англинской лошади» не только чтобы побесить Грушницкого. Не оценивает ли и вправду Печорин женскую прелесть по цвету глаз и размеру зубов? (Хотя, конечно, конечно не только таким образом – но и таким – тоже!)

Впрочем, соотнесение женщины с лошадью обнаруживается не только в описании этой беседы Печорина с Грушницким. Эта параллель повторяется в романе Лермонтова столь часто, столь настойчиво (почти «навязчиво»), что её никак нельзя счесть случайною.

В «Бэле», первой главе «Героя нашего времени» простодушный Максим Максимыч, восхищённо вспоминает коня Казбича Карагёза, сравнивая глаза скакуна с глазами прекрасной горской княжны; как тут не вспомнить рассуждения Печорина о глазах княжны Мери, вызывающие возмущение Грушницкого: «А лошадь его славилась в целой Кабарде, — и точно, лучше этой лошади ничего выдумать невозможно. Недаром ему завидовали все наездники и не раз пытались её украсть, только не удавалось. Как теперь гляжу на эту лошадь: вороная как смоль, ноги – струнки, и глаза не хуже, чем у Бэлы ».

Этот взгляд, позволяющий обнаружить общее в лошади и женщине, роднит Максима Максимыча с «естественными людьми» – горцами. В песне, которую поёт Казбич, конь сравнивается с прекрасной женщиной, и сравнение это не в пользу красавицы: «Долго, долго молчал Казбич; наконец, вместо ответа, он затянул старинную песню вполголоса:

Много красавиц в ауле у нас,

Звёзды сияют во мраке их глаз.

Сладко любить их – завидная доля;

Но веселей молодецкая воля.

Золото купит четыре жены,

Конь же лихой не имеет цены:

Он и от вихря в степи не отстанет,

Он не изменит, он не обманет.»

Это были прямые сопоставления. Но в «Герое нашего времени» немало и сходных событий, ситуаций, в которых сходная роль отведена женщинам и лошадям. Первый приходящий на память пример – похищение Бэлы. Азамат привозит Бэлу Печорину в обмен на помощь в похищение Казбичева коня. Получается простая схема из курса политэкономии: «товар (Бэла) = товар (Карагез)». Обмениваемые товары, как известно, должны быть эквивалентны…

Лошадь и Бэла ещё раз встретятся в одном и том же эпизоде романа. Рассказывает Максим Максимыч: «Смотрю: Печорин на скаку приложился из ружья… …Выстрел раздался, и пуля перебила заднюю ногу лошади; она сгоряча сделала ещё прыжков десять, споткнулась и упала на колени. Казбич соскочил, и тогда мы увидели, что он держал на руках своих женщину, окутанную чадрою… Это была Бэла… бедная Бэла! – Он что-то нам закричал по-своему и занёс над нею кинжал… Медлить было нечего: я выстрелил в свою очередь, наудачу . Когда дым рассеялся, на земле лежала раненая лошадь и возле неё Бэла ».

Ранение лошади Печориным предшествует кинжальному удару Казбича, более того, именно выстрел, сделанный лермонтовским героем, побуждает похитителя убить свою жертву. Григорий Александрович оказывается невольным убийцей горянки; от ран мучаются и лошадь, и женщина. Обе лежат рядом…

Ещё одно преследование, ещё одна неудачная погоня: Печорин скачет вслед уехавшей Вере. Возлюбленную он не настиг, а коня загнал насмерть.

Одинаково реагирует Григорий Александрович на реплику Максима Максимовича, бестактно напомнившего о Бэле, и на увиденный им у дороги труп своего загнанного коня. Пример первый: «-А помните наше житьё-бытьё в крепости? А Бэла.

Печорин чуть-чуть побледнел и отвернулся…

-Да, помню! – сказал он, почти тотчас принуждённо зевнув…».

Пример второй: «За несколько вёрст от Есентуков я узнал близ дороги труп моего лихого коня; седло было снято – вероятно, проезжим казаком, — и вместо седла на спине его сидели два ворона. – Я вздохнул и отвернулся. »

Оба раза – вздохнул и отвернулся…

И ещё одна цитата. Печорин, желая досадить княжне Мери, покупает ковёр, который желала приобрести княжна Мери, и покрывает им, как попоной, свою лошадь: «Вчера я её встретил в магазине Челахова; она торговала чудесный персидский ковёр. Княжна упрашивала свою маменьку не скупиться: этот ковёр так украсил бы её кабинет. Я дал 40 рублей лишних и перекупил его; за это я был вознаграждён взглядом, где блистало самое восхитительное бешенство. Около обеда я велел нарочно провести мимо её окон мою черкесскую лошадь, покрытую этим ковром. Вернер был у них в это время и говорил мне, что эффект этой сцены был самый драматический. Княжна хочет проповедовать против меня ополчение; я даже заметил, что уж два адъютанта при ней со мною очень сухо кланяются, однако всякий день у меня обедают».

Параллель несомненная: ковёр, который не достался княжне, получила лошадь; княжна взбешена — она словно ревнует к черкесскому скакуну, как к женщине-сопернице.

В чём же смысл этой соотнесённости? Очевидно, она указывает на такую нравственную черту главного героя, как пренебрежение свободой и ценностью другого человека, особенно женщины. Печорин привык женщин подчинять, властвовать над ними, управлять ими: похитил, разлучив с родными, Бэлу, ради жестокой игры предпринял психологический эксперимент, влюбив в себя княжну Мери; измучил своей любовью Веру. Лошадь покорна человеку, Печорин добивается, чтобы женщины были покорны ему.

В пренебрежении женской душой, её миром Печорин похож на горцев. Кстати, лермонтовский герой желает походить на горца и щеголяет своей «черкесской» посадкой и щегольской горской одеждой: «Я думаю, казаки, зевающие на своих вышках, видя меня скачущего без нужды и цели, долго мучились этою загадкой, ибо, верно, по одежде приняли меня за черкеса. Мне в самом деле говорили, что в черкесском костюме верхом я больше похож на кабардинца, чем многие кабардинцы. И точно, что касается до этой благородной боевой одежды, я совершенный денди: ни одного галуна лишнего, оружие ценное в простой отделке, мех на шапке не слишком длинный, не слишком короткий; ноговицы и черевики пригнаны с всевозможной точностью; бешмет белый, черкеска тёмно-бурая. Я долго изучал горскую посадку: ничем нельзя так польстить моему самолюбию, как признавая моё искусство в верховой езде на кавказский лад. Я держу четырёх лошадей: одну для себя, трёх для приятелей, чтоб не скучно было одному таскаться по полям; они берут моих лошадей с удовольствием и никогда со мной не ездят вместе».

Кстати, и кличка любимого коня Печорина – Черкес.

Но «черкесский» облик лермонтовского героя – не более чем видимость и модничанье. Настоящий горец одет совсем не по-щегольски: «Бешмет всегда изорванный, в заплатках, а оружие в серебре».

Различно и отношение русского офицера, с одной стороны, и горцев, с другой, к скакунам. Горцы привязаны к своим лошадям, как самым дорогим друзьям, и владение лошадью – абсолютное счастье. Так счастлив Азамат, получив Карагеза, и так раздавлен горем Казбич, его лишившийся. Для Печорина лошадь – всё-таки средство передвижения, и не более. Он не может любить лошадь как горцы – беззаветно, пылко и яростно. Так он не может любить, кажется, и женщин. Обычно их любовь быстро наскучивает Григорию Александровичу. Так, он быстро охладел к Бэле. Горцу же Азамату – натуре цельной и страстной — украденный у Казбича конь, уж верно, не наскучит. Так что «товарообмен» между русским офицером и горским юношей оказался все-таки неэквивалентным…

На некоторые из параллелей между людьми и лошадями в лермонтовском романе обратила внимание Э.Г. Ге6рштейн. Сближение это охватывает не только женщин, но и мужчин. В частности, исследовательница обратила внимание на реакцию Печорина при виде трупов убитого им Грушницкого и загнанного главным героем коня: «Вот два трупа: человека и коня. Оба — жертвы Печорина. Они предстают ему в сходной ситуации: он проходит или проезжает мимо.

“Спускаясь по тропинке вниз, я заметил между расселинами скал окровавленный труп Грушницкого. Я невольно закрыл глаза…

Отвязав лошадь, я шагом пустился домой. У меня на сердце был камень. Солнце казалось мне тускло, лучи его меня не грели”.

Жест ужаса — “невольно закрыл глаза” — объяснён далее подробным описанием тяжёлого душевного состояния Печорина после убийства человека. На долю животного достаётся, однако, только вздох:

“За несколько вёрст от Есентуков я узнал близ дороги труп моего лихого коня; седло было снято – вероятно, проезжим казаком, — и вместо седла на спине его сидели два ворона. – Я вздохнул и отвернулся. ”

Как тонко здесь отмечена разница между отношением европейца к человеку и животному!» (Герштейн Э.Г. «Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова. М., 1976. С. 73-74).

Параллель подмечена точно, но с выводами известной исследовательницы творчества и биографии Лермонтова согласиться трудно. Конечно, Печорин не привязан к своему коню так, как Казбич к Карагёзу, и убийство Грушницкого для него, пусть и безмерно далёкого от христианской любви к ближнему, значит много больше, чем смерть коня. Однако это банальность, самоочевидность (да, отношение европейца к смерти человека и животного различно!), констатация которой в романе была бы абсолютно излишней. Показательно и небанально, «информативно» как раз сходство реакций, телодвижений. Мёртвое тело человека Печорину неприятно, как и труп павшего коня; в обоих случаях лермонтовский герой не желает видеть своих жертв.

Интересно, однако, что и в самом Печорине сторонний взгляд обнаруживает и женственные черты, и «породу». Сам Григорий Александрович соотнесён и с женщиной, и с лошадью. Эти ассоциации были отмечены А. Ханзен-Лёве в статье на немецком языке, перевод заглавия которой по-русски звучит так: «Печорин как женщина и лошадь и прочее о романе Лермонтова “Герой нашего времени”» (журнал «Russian Literature». 1992. Vol. 31. No 4; vol. 33. No 4).

Действительно, наблюдательный и любопытствующий мнимый автор романа (обычно именуемый «странствующим офицером») находит в Печорине «какую-то нервическую слабость; он сидел, как сидит Бальзакова тридцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала». Кожа Печорина «имела какую-то женскую нежность». Наконец, «несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были чёрные — признак породы в человеке, так, как чёрная грива и чёрный хвост у белой лошади». Смысл этих наблюдений, по-видимому, таков: в Печорине, несмотря на железную силу воли, храбрость и холодный ум, присутствуют и женственный нарциссизм, и незащищённость перед жизнью. Он, стремящийся подчинить себе других, сам несвободен: ни от собственного «несносного характера» и страстей, ни от стесняющих его обстоятельств. Его жертвы — преимущественно женщины: Бэла, княжна Мери, Вера; им загублен конь. Из мужчин в романе жертвой печоринской мстительности оказывается только Грушницкий, в поведении и в описании внешности которого отчётливо просматривается женственность: «он хорошо сложён, смугл и черноволос», рисуется и любуется собой, экзальтирован. Печорин — персонаж, как бы фокусирующий, вбирающий в себя черты большинства других героев романа, и даже с Грушницким у него есть нечто общее. Печорин любил подвергать других жестокому анализу и холодной оценке. И вот он сам становится предметом такого отношения, и в нём самом выявляются черты, приписываемые им другим, прежде всего женщинам.

В субботу, 25 мая, 14-летняя Кристина вместе с подругой Таней (редакция 66.RU изменила имена несовершеннолетних) пришли в конный клуб «Талисман» на Походной. Таня занималась верховой ездой несколько месяцев. Кристина решила научиться следом за ней, и девочку пригласили на бесплатный вводный урок, рассказала 66.RU ее тетя. После курса школьницы пошли в конюшню, чтобы почистить лошадь. Потом девочки вывели животное из стойла и повели его на манеж. Лошадь вырвалась — и ударила копытом по лицу Кристины, говорит женщина.

В этот момент, утверждают родственники пострадавшей, инструкторов и сотрудников клуба рядом с подростками не было. Когда взрослые прибежали на крик, Кристине дали салфетки и вывели окровавленную девочку за периметр. В скорую никто не звонил.

Мария Владимировна, тетя Кристины:

Родственники сами привезли девочку в больницу. Врачи диагностировали рваные раны носа («нос напополам разъехался»), разрыв верхней губы, переломы. В девятой детской ей провели три операции: хирурги сшили ткани и попытались восстановить нос, говорит тетя. До 29 мая Кристина была в реанимации, в среду школьницу перевели в обычную палату. В Горздраве отказались рассказывать о состоянии пациентки без согласия законных представителей.

В клубе не могут объяснить, что случилось. Вот фрагмент разговора корреспондента 66.RU с Анастасией Вострокнутовой, руководителем «Талисмана»:

— …можете объяснить, почему так произошло?

— Не могу. Лошадь стояла дома, а меня вообще не было. Я ничего не знаю. Я до сих пор не знаю, что это за ребенок, чей это ребенок. [Никаких уроков не было], это было не на территории [клуба], а на улице. Кто-то взял лошадь без разрешения. Никто никому ничего не сказал.

— А как можно зайти с улицы и взять коня.

— Я не могу объяснить — сама ничего не знаю, как и вы. Вы, наверное, знаете больше. Что говорят родители девочки?

Родителей у Кристины нет — мама умерла после рождения ребенка, отец права не заявлял, поэтому девочку воспитывают бабушка и тетя. Родственники намерены встретиться с руководителем клуба 29 мая и поговорить об условиях решения конфликта. Если мирным путем решить проблему не получится, то семья обратится в суд за взысканием компенсации физического вреда здоровью и морального ущерба.

Таня, которая была вместе с Кристиной, бросила трубку, когда услышала, что ей звонят журналисты. На второй звонок ответил молодой человек и посоветовал 66.RU узнать точку зрения конного клуба.

В ближайшее время пострадавшей потребуется пластическая операция. «Кристина все время свои фотографии смотрит и плачет, и мы вместе с ней», — говорит тетя. По некоторым данным, на восстановление потребуется 150—300 тысяч рублей, а то и больше. Таких денег у семьи нет. Сбор средств и реквизиты родственники пока не объявляют, потому что нет направления от врачей. В конном клубе говорят, что согласны помочь семье, но сумму не называют.

В школе, где учится ребенок, готовы объявить сбор средств на операцию.

Роскомнадзор убил Telegram-бота 66.RU.
Подписывайтесь на резервный канал.

Please complete the security check to access pixabay.com

Why do I have to complete a CAPTCHA?

Completing the CAPTCHA proves you are a human and gives you temporary access to the web property.

What can I do to prevent this in the future?

If you are on a personal connection, like at home, you can run an anti-virus scan on your device to make sure it is not infected with malware.

If you are at an office or shared network, you can ask the network administrator to run a scan across the network looking for misconfigured or infected devices.

Cloudflare Ray ID: 583c448918598e2f • Your IP : 176.212.160.27 • Performance & security by Cloudflare

admin

Наверх