Что такое мокрицы у лошади

Нередко такие животные, как лошади, сталкиваются с различными заболеваниями, которые нужно своевременно излечивать, дабы сохранить их ценные умения, таланты и трудоспособность. Главное правило лечения любого недуга — поиск причин возникновения и их устранение.

Такое заболевание, как мокрец, провоцируется нарушением обмена веществ и является подвидом кожной экземы. И любой опытный конник знает, что подавленный обмен веществ приводит к распространению экземы, а усиление обмена сопутствует уменьшению мокреца. Поэтому все ветеринары и специалисты связывают курс лечения мокреца со специально составленным рационом питания.

Причины появления

Первое, о чем нужно напомнить — мокрецом могут поражаться части тела любых лошадей. Провоцирующие развитие этой болезни паразитирующие микроорганизмы могут находиться в земле, передаваться лошади через мух и прочих насекомых, жизнедеятельность которых напрямую связана с кровью. Помимо этого уже болеющий конь может поделиться мокрецом со здоровой особью.

Одна из бактерий мокреца Dermatophiluscongolensis располагается в эпидермисе и микрофлоре многих копытных животных. И пока она не располагается на кожном покрове лошади, она не считается вредоносной и опасной здоровью.

Но кроме этого ветеринары выделяют список факторов, провоцирующих появление мокреца и его развитие:

  • Слабая иммунная защита лошади. Если до текущего времени лошади перенесла другое заболевание, ее иммунитет не способен выстоять перед новым «вирусом», естественная защита эпидермиса значительно снижена. Привести к такому падению защиты можно бесконтрольным приемом препаратов и антибиотиков.
  • Долговременное пребывание во влажной почве. Под воздействием влаги кожный покров животного становится мягче и доступнее для воздействия патогенных микроорганизмов. Если до этого они свободно проживали на теле животного, то под воздействием влаги они попадают в подкожный слой и начинают паразитировать. К таким последствиям может привести чрезмерное потение лошади. Ее владелец должен постоянно следить за сухостью кожи.
  • Трещины и царапины на коже конечностей. Через открытые раны микроорганизм легко проникают внутрь организма животного и начинают вести вредоносную жизнедеятельность.
  • Паразиты, инфекционные болезни. Если лошадь подвергается воздействию гельминтов, клещей, лишая, провоцируется развитие мокреца, который лечат только устранением предпосылок к нему.
  • Неправильные меры личной гигиены. Конюшня лошадей должна соответствовать санитарным нормам лошадь нельзя мыть чаще положенной нормы, что пересушивает кожу и делает менее защищенной от паразитов.
  • Генетика. В случае, когда у лошади родители часто подвергались воздействию мокреца, потомство также будет страдать от этого заболевания. Тогда мокрецы будут проявляться на светлых непигментированных участках кожи.
  • Симптомы болезни

    Прежде чем начать поиски ответов на вопрос «как бороться с мокрецом», нужно определить стадию развития заболевания согласно картине симптомов. Чем раньше будет диагностирована такая проблема, тем легче и быстрее будет процесс лечения и выздоровления животного. Первичные места дислокации болезни — бабки и пяточные бугры. Здесь нужно искать первые признаки мокреца.

    На начальной стадии мокрецы предполагаю ряд симптомов:

    • в месте дислокации болезни выпадают волосы;
    • здесь же проявляется покраснение кожи;
    • кожа шелушится от чрезмерного пересыхания;
    • место поражение накрывается пленкой.
    • Изначально данное заболевание не причиняет вреда животному, но спустя какое-то время приносит болезненные ощущения. И только тогда, когда пораженное место становится 5 см по диаметру, симптоматика мокреца становится явной.

      Проявляются такие симптомы:

    • лошадь начинает хромать;
    • появляются трещины на ногах, она углубляются;
    • на ногах образовываются корочки, из-под которых заметны липкие выделения;
    • конечность с мокрецом отекает;
    • в редких случаях может проявляться выделение крови и гноя.

    Спустя время кожа в данном месте уплотняется, становится грубой. После этого в месте дислокации мокреца могут появиться наросты, мозоли, которые будут доставляться лошади не только дискомфорт, но и боль.

    Как лечить мокрецы у лошадей

    Привести к катастрофе может самолечение и отказ от медицинской помощи. Помогать животному нужно своими силами, безусловно, но при партнерстве в таком деле с ветеринаром. Только такой специалист сможет обозначить диагноз и степень развития мокреца, соответственно подобрать лекарственные препараты. Как только у владельца лошади закрались сомнения по поводу такого заболевания, следует немедленно обратиться за помощью ветеринара.

    Помимо этого от развития заболевания можно застраховать животное следующим способом:

    1. Запрещено мыть ноги лошади простой водой. Загрязнение и возможные струпья нужно устранять, используя детское мыло или вазелин. Таким образом, кожа станет мягче, и болезненные симптомы станут менее ощутимыми. Часто владельцы лошадей путают мокреца с мокнущей экземой, в данном случае раны промывают приготовленным раствором воды с вяжущим средством, но не пересушивают кожный покров.
    2. В деннике лошади должна быть чистая подстилка, так как несоблюдение правил гигиены провоцирует аллергию. В свою очередь, аллергические реакции могут привести к развитию мокреца. Регулярно нужно проверять денник и грунт.
    3. После проведения диагностики только ветеринар сможет выбрать подходящий вариант противогрибковых, антибактериальных мазей. Любые народные средства и домашнее лечение могут только усугубить ситуацию.

    В зависимости от того насколько болезнь усугубилась, длительность курса лечения может быть различной. На ранних стадиях вылечить болезнь можно только путем создании благоприятных условиях содержания лошади. Сложные стадии мокреца могут лечиться 2-3 месяца.

    Профилактика — залог здоровья

    Гораздо легче предотвратить появление и развитие мокреца у лошади, нежели потом лечить заболевание.

    Для этого достаточно свести к минимуму все факторы риска:

    • Влеваде, куда выводят лошадей для прогулок на свежем воздухе, должна быть сухая почва. После дождей или других осадков лучше подождать с выгулом.
    • Если после выгула у лошади грязные конечности, их промывают водой из ведра либо шланга. Обязательно после этого ноги нужно насухо промочить полотенцем.
    • В деннике должна быть подстилка для лошади, которая всегда сохраняется сухой и чистой.
    • Перед прогулками ноги лошади обрабатывают касторовым маслом, вазелином, чтобы защитить кожу от попадания грязи. Но прежде чем провести такие процедуры, нужно убедиться в сухости и чистоте ног.
    • Как только появятся первые признаки заболевания, нужно сразу же обратиться за помощью и консультацией ветеринара. Первичные меры в данном случае следующие: обработка теплым несильным раствором марганца, выстригание волосяного покрова, высушивание кожи, нанесение типичной цинковой мази. Полезными будут теплые припарки отрубями. Если ранки выделяют жидкость, их нужно просушить порошком угля. Размягчать корочки призвано конопляное масло.

      Дождевой ожог

      Разновидностью мокреца может стать такое заболевание, как дождевой ожог. В данном случае экземы мокреца могут поразить все тело лошади, а не сугубо ее конечности. Чаще всего такие мокрецы выбирают себе спину лошади, проявляясь специфическими проплешинами, визуально схожими со стригущим лишаем.

      Название подвида мокреца говорит за себя. Чаще всего лошадь подвергается болезни после длительного пребывания под дождем, обладая слабым иммунитетом. Дождевая вода отнимает у кожи защитный слой жира, пересушивает ее, что является предпосылкой к дерматофилозу. В целом остальная картина симптомов идентична с признаками мокреца.

      Дерматит (воспаление кожи) в путовой области, или в просторечье «мокрецы», «подседы» – это чрезвычайно распространенная кожная болезнь лошадей во всех конных клубах, и особенно в сырое время года.

      В большинстве случаев дерматит регистрируют на парных конечностях, но могут встречаться и самые разные варианты его проявления – одна, все четыре, диагональные и т.д.

      Считается, что если у лошади есть на ногах белые отметины, то это увеличивает шансы заболеть. При поверхностном дерматите кожа пораженной области краснеет, шелушится, трескается и покрывается корочками, а волосяной покров может местами даже выпадать. Если таких «фокусов» на области пута немного и они не более 1 см в диаметре, то отека конечности и хромоты, как правило, нет. Поэтому, такую стадию мокрецов не всегда своевременно выявляют и лечат, особенно, если лошадь живет без ежедневных гигиенических процедур (чистки, раскрючковывания и т.д.).

      В запущенных случаях проигнорировать мокрецы становится практически нереально. Когда трещины кожи настолько глубоки и обширны и затрагивают почти всю сгибательную поверхность пута – это вызывает у лошади сильную болезненность, и она обязательно начинает хромать. Пораженные участки (а иногда и почти вся конечность) отекают и покрываются плотными корками, из-под которых периодически сочится липкий экссудат, иногда даже с примесью гноя и крови. В дальнейшем, если и эта стадия остается без должного внимания, кожа вокруг патологического очага утолщается, становится малоподвижной, появляются различные наросты и мозоли, что является характерным признаком веррукозного дерматита.

      Конечно, не везде проблема стоит так остро, и на ряде конюшен поражены лишь отдельные животные, однако в некоторых случаях врачам приходится сталкиваться и с массовым распространением заболевания за короткий период времени.

      Природа заболевания

      В целом причин для возникновения дерматита путовой области у лошади может быть очень много. Если брать массовые случаи мокрецов, то в первую очередь стоит подозревать инфекционную и паразитарную природу заболевания: трихофития или микроспория (лишай), клещи, личинки гельминтов. Если у лошади поражены только непигментированные (белые) участки конечностей, то можно предполагать генетический или иммуноопосредованный тип заболевания.

      Нередки ситуации, когда за мокрец принимают кожную опухоль – саркоид или старый рубец, рану. Однако как бы мы не старались дальше продолжать список таких явных «медицинских» проблем, он все равно будет проигрывать причинам, связанным с содержанием и работой лошади. Конечно, неудовлетворительные зоогигиенические условия в наше время на конюшнях встречаются все реже и реже, но даже на суперсовременных комплексах все равно хватает «благоприятных» факторов для развития мокрецов. Причем, если о предрасполагающей роли влаги и грязи в прогулочных левадах никто не спорит, то вот с нашим с вами влиянием все не так просто.

      Чистота – залог здоровья?

      На практике чистота ног не всегда идет во благо лошади и чрезмерное усердие владельцев, отмывающих до блеска ноги лошади по 2 раза на день с щеточками и шампунями приводит к гораздо худшим последствиям, чем просто не смытая грязь.

      Дело в том, что кожа на каудальной (задней) поверхности пута у лошади тонкая и эластичная, на ее поверхности имеется специальный защитный липидный (жировой) слой. У многих пород лошадей эта область еще также защищена длинным волосом щеток. Частое мытье удаляет липидный слой, а кожа при этом пересыхает и трескается, ровно, как и руки у людей от частого мытья посуды или стирки. Но это еще не все, представьте себе, что с такой сухой кожей лошадь идет каждый день работать в манеж или плац, засыпанный абразивным материалом – песком, щепой, опилками. Фактически, конечности лошади при этом еще регулярно подвергаются самому настоящему пилингу! Нетрудно догадаться, что со временем кожа от такого контакта настолько пересохнет и ослабнет, что на месте потертостей возникнут более глубокие трещины и ранки, так что заражение банальной микрофлорой из окружающей среды не заставит себя долго ждать. Проблем добавится, если к тому же ноги лошади постоянно мажут косметическими и лечебными средствами, большинство из которых при попадании на поврежденную кожу вызывают отек и воспаление.

      Изобретательность самолечения

      Что касается диагностики и лечения, то зачастую, если мокрецы проявляются в неагрессивной форме – в виде единичных небольших сухих корочек или болячек, владельцы, ни во что не углубляясь, стараются полечиться самостоятельно. На конюшнях всегда найдется «опытный и бывалый люд», готовый поделиться чудодейственными рецептами на все случаи жизни. Чего ведь только не придумали наносить на ноги лошадей, начиная от спиртовых вытяжек из трав, антибактериальных и противогрибковых мазей и гипертонических растворов солей и заканчивая «заряженной» водой или целебной грязью. Сложности некоторых таких «конюшенных» смесей может позавидовать любой опытный фармацевт со стажем. Некоторым особо продвинутым владельцам не лень даже уринотерапией заниматься. Что касается результатов, то иногда, несмотря на такое, мягко говоря, странное лечение, некоторые лошади все-таки умудряются выздоравливать. В основном это относится, конечно же, к простым ранкам, которые, скорее всего вообще бы могли пройти самостоятельно, без какого либо нашего вмешательства. Однако у большинства животных проблема после такого лечения никуда не исчезает, а только катастрофически усугубляется.

      Агрессивная форма

      С учетом того, что к доктору у нас принято обращаться только в запущенной стадии болезни, когда лошадь «дойдет» до крайне агрессивной формы мокрецов, разобраться уже в том, что было для нее первопричиной, практически невозможно. В этом случае к обследованию врачи подходят комплексно. Могут понадобится специальные анализы с пораженной области – соскобы на паразитов, посевы на бактерии и грибы с подбором эффективных препаратов для лечения. Иногда требуются общие анализы крови и биопсия кожи, если у врача есть основания предполагать, что мокрецы – это всего лишь местное проявление системного заболевания (контактная аллергия, аутоиммунные васкулиты, фотосенсибилизация при патологии печени).

      Передай другому

      Подход к лечению, в общем, сводится к тому, что надо устранить первопричину. Если это инфекция – например, лишай, то требуется введение вакцины в лечебной дозе, а также местное нанесение противогрибковых средств. Однако стоит напомнить, что заниматься самолечением при любой инфекционной проблеме нельзя, так как многие болезни, и лишай в том числе, опасны для нескольких видов животных и человека. Возможно, ваша лошадь заразилась от кошки или собаки, или даже коровы, козы, и в этом случае лечить и вакцинировать будет нужно всех животных одновременно, не забывая о защите окружающей среды. Тот же подход к лечению должен соблюдаться и при клещевой инвазии.

      Условия содержания и работы

      Если проблема мокрецов связана с условиями содержания и работы лошади, то в первую очередь надо обратить внимание на грунт, по которому она работает, а также на подстилку в деннике. Иногда, на время всего лечения будет лучше перевести лошадь с работы в манеже на прогулки по сухим лесным тропинкам, а при отсутствии таких условий – просто на шаг по асфальту. Что касается денника, то важно учитывать, что некоторые опилки, полученные со строительных или мебельных комбинатов, могут содержать лакокрасочные соединения, фрагменты стекловолокна, которые могут вызывать контактную аллергию. Проверить это несложно, такие опилки имеют характерный запах, а при разминании в руке вызывают зуд и покалывание.

      Нет воде! или боремся с проблемой

      Также, на время лечения необходимо отменить замывание водой и нанесение всяких лечебных и косметических гелей, мазей, растворов для ухода за сухожилиями и копытами. Очищать конечности в области пута при необходимости можно только с вазелиновым или детским маслом. Чтобы безболезненно удалить сухие корочки, их также можно предварительно размягчить маслом. В тех же случаях, когда мокрецы наоборот, выглядят скорее как мокнущая экзема, очищать участки от корочек можно с водными растворами подсушивающих и вяжущих средств – борной кислоты, спитой чай. Подойдут и традиционные дезинфицирующие растворы: 0,05% водный хлоргексидин и 0,5% повидон-йод (1% концентрации могут оказаться чересчур агрессивными при каждодневном нанесении на кожу). При этом надо быть очень внимательными и не переусердствовать, чтобы не пересушить кожу вокруг ранок.

      После очищения поверхность ран и трещин смазывают либо смягчающей мазью («Хелосан», «Зорька» и др.), если дерматит по большей степени сухой; либо подсушивающей мазью («Цинковая», «Гамабиол» и др.), если на ноге преобладают экссудативные явления.

      Местное использование антибактериальных и грибковых мазей должно быть всегда обосновано предшествующими лабораторными исследованиями, тем более их системное применение. Кратность обработок в день зависит от состояния конечностей лошади, но, как правило, бывает достаточно двух раз, при отсутствии контакта с влагой и грязью. Если этого, по каким-либо причинам добиться сложно, обрабатывать придется чаще.

      Также надо продумать защитные повязки с гелевыми субстанциями или использовать специальные жирные крема. Идеальное средство на отечественном рынке – крем защитный для доения «Зорька». Толстый слой крема, нанесенный на очищенную поверхность за 20-30 минут до выхода в манеж или на улицу в большинстве случаев оказывается достаточной защитной мерой.

      Продолжительность лечения дерматита путовой области очень вариабельна и зависит от первичной причины, давности и тяжести процесса. У некоторых лошадей состояние заметно улучшается уже только при коррекции окружающей среды, отмене раздражающих втирок и мазей, в то время как на лечение других случаев может уходить и два, и три месяца.

      Что касается аутоиммунных поражений, и особенно на белых конечностях, то эффективны мази, а также местные инъекции кортикостероидов, но такое лечение должно всегда осуществляться только совместно со специалистом – ветеринарным врачом. ЗМ

      Это выдержка из темы «Вопросы — ответы». Есть еще где-то в темах, поищите.

      Мокрецы или подседы, которые образуются от влаги и сырости, вылечиваются довольно просто при условии сухой подстилки в деннике и сухого грунта, где лошадь работает. Достаточно аккуратно снять отшелушивающиеся корочки и обработать: мазью «Ям», цинковой мазью или спреем, чеми-спреем. Если процесс осложнён грибковой инфекцией применяются: кубатол, мазь Хелосан, медицинские мази Микосептин и пр.
      В случае осложнений и образования наростов рекомендую тёплые креолиновые, лизоловые ванны. Добавляя тёплой воды в ванну, осторожно пальцами отслоить корочки, которые отслаиваются без усилий. Тщательно высушить и обработать одним из вышеперечисленных средств. Как варианты могу предложить те препараты, которые описывала в теме «Гниение стрелки». Ваготил, ваготил 1:1 с АСД 3 фракция, йодоформенный эфир.

      Есть масса других спреев в спец. магазинах и аптеках.

      Мокрецы — это очень распространенная форма дерматита, которая преимущественно поражает конечности лошадей в районе щеток. Болезнь провоцируют бактерии рода Dermatophilus congolensis, обитающие в почве. При поражении ног лошади, недуг вызывает массу дискомфорта у животного и может даже быть причиной хромоты.

      Избавиться от симптомов мокрецы можно быстро, но полноценное лечение – это долгий и трудоемкий процесс. Даже если болезнь осталась позади, соблюдение профилактических мер избавит лошадь от повторных мучений.

      Причины

      Важно понимать, что мокрецами может заразиться абсолютно любая лошадь. Микроорганизмы, вызывающие заболевание, обитают в почве, но могут и переноситься мухами, клещами и другими насекомыми, питающимися кровью. Таким образом, мокрецы поражают даже тех, за гигиеной которых тщательно следят и которые не контактируют с уже зараженными животными.

      Стоит добавить, что бактерия Dermatophilus congolensis входит в состав микрофлоры эпидермиса не только лошадей, но и многих других копытных животных. Она не несет никакого вреда здоровью до тех пор, пока не попадет под кожу. И все же существует ряд факторов, увеличивающие риски подхватить заболевание. К ним можно причислить:

    • Ослабленный иммунитет. В связи с уже перенесенной болезнью, естественная защита эпидермиса снижается, и животное неспособно противостоять недугу. Ослаблению иммунитета также способствует бесконтрольный прием антибиотик или других лекарств.
    • Длительные прогулки по влажной почве. Из-за чрезмерной влаги кожа на ногах у лошади размягчается и становится подверженной негативному влиянию патогенных микроорганизмов. Как уже было сказано, они естественным образом обитают на поверхности эпидермиса, однако постоянная влажность делает организм подверженным им. То же происходит, если животное сильно потеет. Именно поэтому при лечении мокрец важно контролировать сухость кожи лошади.
    • Царапины на ногах. Через нарушенный эпидермис, бактерии проникают в тело животного, после чего начинается болезнь.
    • Несоблюдение правил гигиены. Антисанитарные условия в современных конюшнях редкость, но при пренебрежительном отношении к чистоте животного риски подхватить мокрецы увеличиваются. Слишком часто мыть лошадь тоже не стоит, ведь это спровоцирует еще большие проблемы, так как кожа пересушивается.
    • Инфекция или паразиты. Мокрецы появляются у лошадей больных, клещами, гельминтами или трихофитией (лишаем). В этом случае лечение без устранения первопричины будет неэффективным.
    • Генетическая предрасположенность. Если родители лошади страдали от постоянных мокрец, шансы подхватить недуг у молодого животного увеличиваются. Чаще всего при генетической предрасположенности мокрецы поражают белые (непигментированные) участки ног животного.
    • Симптоматика болезни

      Симптомы на ранней стадии и на запущенных этапах болезни отличаются. Конечно, лучше диагностировать проблему как можно раньше, когда она легко лечится. Мокрецы сразу поражают область пяточных бугров и бабок. Именно там и следует искать первые проявления. Вначале, недуг характеризуется следующими признаками:

    • Выпадают волосы в месте поражения.
    • Появляется покраснение.
    • Кожа пересыхает и начинает шелушиться.
    • Возникают маленькие трещины.
    • Пораженный участок покрывается корочкой.
    • Возникают следующие признаки:

    • Хромота.
    • Ноги покрываются многочисленными корочками.
    • Трещины становятся глубокими.
    • Пораженные участки, а иногда и вся конечность отекают.
    • Из-под корочек выделяется липкая жидкость.
    • Иногда выделяется еще и гной с кровью.

    • Если и в этом случае болезнь проигнорируют, кожа на ногах у лошади станет толще и грубее. На ней появятся мозоли и наросты, доставляющие животному сильные и постоянные боли.

      Лечение

      Важно помнить, что любое самолечение может катастрофически усугубить ситуацию. Мокрецы следует лечить только совместно с опытным ветеринаром, который сумеет назначить подходящие препараты. Если появились подозрения, необходимо неотлагательно обращаться к доктору. При запущенном заболевании очень сложно выявить первопричину, а без ее устранения любые действия будут малоэффективными. Существует несколько правил, которые ускорят выздоровление и застрахуют остальных животных от недуга.

    • Нельзя омывать конечности животного обычной водой. Грязь и струпья удаляют только вазелином или детским маслом. Они размягчат кожу и купируют болезненные ощущения на определенный период. Иногда пораженные участки напоминают мокнущую экзему. Тогда раны следует промыть водным раствором вяжущих средств, но при этом стараться не пересушивать кожу вокруг, чтобы не допустить распространение болезни.
    • Содержать подстилку в деннике в чистоте. Из-за несоблюдения норм гигиены у животного может появиться аллергия, которая провоцирует развитие болезни. Также следует проверить грунт и денник.
    • Подобрать противогрибковые или антибактериальные мази может только ветер
      инар на основе проведенной диагностики. Не стоит мучить лошадь домашними средствами и народными рецептами, которые в большинстве случаев неэффективны.
    • Лечение может быть как быстрым, так и длительным в зависимости от запущенности состояния и причины недуга. Иногда достаточно улучшить содержания животного, чтобы болезнь прошла сама. В некоторых случаях лошадь должна лечиться 2-3 месяца.

      +1 интересует
      соседу по конюшне с подобной штукой поставили диагноз -вобщем это чтото непроходящее,будет всегда -то больше,то меньше,даже если его вырезать операбельно =то швы не заживут полностью,а снова останется чтото вроде такого же рубца
      кто о таких штуках знает?

      Книга

      Сюжеты

      Ирина Лебедева

      пт, 11 апр. 2008 00:00:00

      Ася Кравченко. «Здравствуй, лошадь!» (издательство «ОГИ», 2008) Предположим, дети без ума от лошадиной темы. Предположим, дети пошли в школу и там растеряли былую легкость в общении. Предположим, просто не хватает детской — детской! —.

      Ася Кравченко. «Здравствуй, лошадь!» (издательство «ОГИ», 2008)

      Предположим, дети без ума от лошадиной темы. Предположим, дети пошли в школу и там растеряли былую легкость в общении. Предположим, просто не хватает детской — детской! — книжки про дружбу, чтобы никаких там моралей и личностного роста.

      И тут появляется сочувствующий автор — Ася Кравченко. С ярко-зеленой книжкой про невысокого рыжего коня Кабачка и его подружку, девочку Соню.

      Соня пришла заниматься в секцию верховой езды и выбрала Кабачка. Они быстро нашли общий язык, то есть в первый же день знакомства прыгнули через барьер, так, невзначай, в ходе легкой беседы. И с той поры эта парочка — Соня и Кабачок — ни дня не провели без приключений. Они сходили в музей, поболтали с конем Юрия Долгорукого (у коня и Юрия не сложилось таких вот доверительных отношений, как у Сони с Кабачком, — они все ссорились), залезли на крышу, спустились с нее, снялись в фильме, позировали художнику, зажгли в полуночном лесу бенгальские огни. Все остальные — Сонин папа, конюшенная кошка и ее отпрыски Поперечный и Полосатый, другие лошади, милиционер, директор музея — со сказочной доброжелательностью к их шалостям отнеслись.

      В музее Кабачок узнал, что есть крылатая лошадь Пегас. Не узнал бы — как тогда пришло б ему в голову стать поэтической лошадью с крыльями и забраться на крышу?! Ну, а чтобы снимать лошадей и маленьких девочек с крыш — на то есть папы.

      Кабачок съел голландские тюльпаны, цветочница плачет? Не беда, на это тоже есть папы. Соня звонит папе и говорит, чтобы приезжал поскорее. Папа оплачивает тюльпаны, все счастливы, прохожие устраивают флеш-моб: покупают цветы и кормят ими Кабачка. Кабачок счастлив: он сходил в цветочный ресторан.

      Признаюсь, я с опасением отношусь к говорящим животным в детской литературе, особенно в последнее десятилетие. Иногда появляется ощущение, что детскими писателями становятся, преследуя терапевтические цели. Автор сочиняет историю, например, про мышку. Все в ней хорошо, но в этой мышке и в каждом ее приключении сильно выпирает авторское «Я». Это «Я» преодолевает трудности общения, взаимопонимания, взросления, преодолевает некий рубеж, и — вуаля! — автор исцелен. Подразумевается, что и читатель вместе с ним.

      Так вот, это писательское «Я» в книге Аси Кравченко про Соню и Кабачка присутствует деликатно. Читатель летит, как крылатая лошадь Пегас, сквозь страницы легких бесед и веселых приключений. Удивляясь все же, откуда берутся сообразительные девочки, похожие на Соню.

      Ох, уж эта Соня! Быть такой девочкой, которой можно остаться на ночь в конюшне, чтобы отметить весеннее полнолуние, да чтобы мама с папой позволили — это, знаете ли. Так что, строгие родители, будьте готовы что-то менять в строгих правилах, если в руки вам попадет эта книжка. Надеюсь, не придется снимать лошадь с крыши. Хотя шанс невелик — тираж-то всего 2 тысячи экземпляров.

      Игрушка

      «Искусный наездник».Для детей от шести лет («Полет навигатора», 2008)

      Обо всех детях этого не скажешь, однако многие дети лошадей обожают. Кому-то достаточно один раз почувствовать тепло лошадки, сделав один круг по парку на флегматичном пони. А дальше начинается родительский кошмар: отпускать или не отпускать ребенка учиться верховой езде. Ну да, шлем обязателен, но вдруг что-то случится? А тем временем стены в детской обклеены табунами из настенных календарей, а отпрыск фантазирует на ходу о том, как верный конь поселится на балконе.

      Может, страсть к лошадям со временем пройдет. Но не зря же дети тянутся к лошади: животное это умное и честное, а бывает — хитрое и коварное тоже. То есть — настоящее. Ездить на лошади верхом — тяжелый труд и большое удовольствие.

      В том, что это дело непростое, убедит без труда игра-симулятор.

      В игре «Искусный наездник» несколько этапов. Обучающий — самый сложный и нудный. Кнопок управления всего четыре: вверх, вниз, налево, направо. Загвоздка в том, чтобы вовремя на них нажать. Лошадь можно ускорить или замедлить, но нужно следить, чтобы она не утомилась.В прыжке нужно держать равновесие. Не отклонившись вовремя назад, можно вылететь из седла. Смотреть, как твой наездник летит вверх тормашками, как минимум неприятно. И тут же строгий тренер говорит тебе, что ты можешь лучше.

      Освоив прыжки, шаги, равновесие и ритм, игрок выбирает лошадь и приступает к главному: карьере. Ну, а тут все как в любой «карьерной» игре: соревнования все сложнее, амуниция все лучше, наград все больше. Только лошадь ведь живая: необходимо соблюдать режим тренировок. Если пропускать тренировки, смысл игры потеряется.

      Потому что конный спорт — это не только романтика. Дисциплина, концентрация, опыт. Если даже симулятор не отвадит ребенка от мечты стать наездником — ну что ж, тогда придется узнавать, где ближайший конный клуб.

      Толковый словарь

      Влад Буйнов, сейчас 3 года.

      Словарь составлен в возрасте 1 год 10 месяцев — 2 года

      Сказал на днях бабушке: «Привет, ослиная голова». Видимо, позаимствовал из мультика. Бабушка очень удивилась.

      акуянто — аккуратно
      абу — автобус
      гагу — грузовик
      аданте — обратно
      сафо — светофор
      наляху — наверху
      махлёпки, хохлёпки — мокрицы
      ужо — еще и уже
      ихолетовый — фиолетовый

      Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли

      А вдали от Мокрица, в темноте во всех ее мыслимых проявлениях, включая метафизические, в пещере, которая парадоксальным образом то искрилась, то была погружена во мрак, в зависимости от того, под каким углом смотреть, принимались решения. Пещера освещалась одинокой свечой, огонек которой, как говорится, лишь подчеркивал темноту. И все же ее крошечное дрожащее пламя преломлялось в россыпи драгоценных камней, которые (даже если сложить вместе их бледное переливчатое мерцание) давали значительно меньше света, чем скромная сальная свечка.

      Короче говоря, это был свет, который прятался от света, и у него были все основания это делать. Вот и невезучий гном, неловко сидящий сейчас в центре пещеры, был бы рад где-нибудь спрятаться и оказаться где угодно, лишь бы не здесь. «Не здесь» было ключевым, ведь любое место было бы лучше этой пещеры.

      Вот только его держал священный долг. Впервые он услышал о нем, еще сидя на коленках у отца, а может, у матери, потому что он никогда не видел их отчетливо, и голоса их всегда звучали приглушенно, поскольку тишина считалась среди грагов такой же добродетелью, как и темнота. Вспомнив этот неоспоримый факт, он почти отважился все бросить и убежать, но одернул себя в последнюю секунду, потому что ему было негде спрятаться. Он слишком высоко зашел! 40 Никакому гному нельзя заходить так высоко, вот граги и раскусили его.

      Поговаривали, что они знали десятки способов убийства в полной темноте и даже умели перемещаться из одной темноты в другую, не выходя на назойливый свет. Ах, сколько о них всего говорили, но чаще – шептали. А он совершил столько грехов: ел говядину, покупал жене яркие сережки, а хуже всего, подружился с Роки Обломом, который был, о ужас, троллем и славным малым в придачу, с которым они частенько сидели рядом, когда ехали на работу, и вместе болели за футбольный клуб Сестричек Долли, и вместе ходили на матчи, а если вы болеете за одну команду – это значит, что вы друзья, ведь так?

      Они и были друзьями. Но глубоко в подкорке у него сидел демон из детства и тихо нашептывал обрывки старых песен, которые затягивали только по особым поводам, мелочные замечания, возведенные в степень святости оттого, что их многократно повторяли правильные люди, сидя вокруг одного костра. Это было в те дивные дни, когда он еще не подрос настолько, чтобы что-то понимать, и его бедный мозг не был напичкан правилами, которым, как в глубине души ему всегда казалось, нельзя следовать, – о том, например, чтобы не жать руку троллю. Но теперь те, кто застукал и поймал его, стояли между ним и его надеждой на новую жизнь после смерти. Они владели ключами от иного мира и в два счета могли вышвырнуть его в беспредельную пучину гинунгагапа, где ждали страшные существа, истязатели, обладавшие безграничной изобретательностью и долготерпением.

      Нога затекла. Он пошевелился и сказал:

      – Прошу вас. Я знаю, что натворил много плохого и сбился с пути, и может, я недостоин называться гномом, но если вы дадите мне шанс, я все искуплю. Пожалуйста, умоляю вас, снимите с меня оковы, и я обещаю сделать все, что вы попросите.

      Тишина в пещере стала гуще, плотнее, как будто набиралась сил. Сколько времени он здесь провел? Годы? Секунды? В этом был самый ужас темноты. Она все поглощала, превращала в аморфную субстанцию, в которой все переплеталось, вспоминалось, а затем терялось.

      – Хорошо, – произнес голос. – Мы заглянули в твою нечистую душу и готовы дать тебе последний шанс. Но имей в виду: других не будет. – Голос чуть смягчился и добавил: – Так следит за тобой. Можешь поесть, еда прямо перед тобой. А затем ступай прочь и знай, что Так пребудет с тобой. Помни, что отвернувшимся от Така не будет пощады. А когда Таку понадобится твоя помощь, с тобой свяжутся.

      После редкого, тяжким трудом заработанного вечера, проведенного наедине с женой, Мокриц на следующее же утро пустился в путь на глиняной лошади, в компании Из Сумерек Темноты, уцепившегося за его спину.

      Они скакали галопом, и что-то в големе-лошади беспокоило Мокрица фон Липвига. Такой лошади не было цены, когда требовалось быстро достичь места назначения. Если, конечно, смириться с тем, что стремена ни капли не спасали, и всаднику оставалось только цепляться изо всех сил до окончания поездки – в сущности, простая задача. Даже править было необязательно – за тебя все делал коннавигатор: назови ему место назначения, и он благополучно доставит тебя куда надо. Глиняное существо не издавало ни звука, не требовало воды и овса, а когда в нем не было необходимости, просто стояло и терпеливо ожидало.

      Но тут Мокриц догадался, что его смущало. Он брал и ничего не отдавал взамен. Мокриц вообще-то особо не вникал в концепцию кармы, но он слышал об этом и сейчас чувствовал, как давит на него ее многотонный груз. Лошадь только отдавала, а он – только брал… «Нет, чушь собачья, – одернул он себя. – Ложка ведь не ждет, пока ты скажешь ей спасибо, верно?» «Да, – возразил Мокриц сам себе, – но ложка все же кусок железа, а глиняная лошадь – лошадь». Мокриц погрузился в размышления. И подумал: «Интересно…»

      Вскоре после пересечения границы они добрались до того места, где заканчивался железнодорожный путь. Облегченно выдохнув, Мокриц и гоблин слезли с лошади, и внезапный порыв подтолкнул Мокрица задать существу вопрос.

      – Ты разговариваешь? – спросил он, чувствуя себя как-то глупо.

      И услышал ответ, прозвучавший не из лошадиного рта, а прямо из воздуха:

      Гоблин хихикнул. Мокриц проигнорировал его и продолжил свой допрос:

      – Ага, уже кое-что. Может, ты хочешь порезвиться на просторе или, как там заведено, травушку-муравушку пощипать, и все такое?

      – Если тебе угодно, – раздался ответ ниоткуда.

      – Но как тебе угодно?

      – Не понимаю, что это значит.

      Мокриц терпеливо вздохнул.

      – Тут неподалеку я приметил ручеек и какие-то заливные луга, и ради спокойствия собственной души я бы хотел, чтобы ты отправилась туда и побегала в свое удовольствие.

      – Конечно, в свое удовольствие, если тебе так угодно.

      – Да ради всего святого, мы же здесь о воле твоей говорим!

      – У лошадей нет ничего святого, господин. И я хочу напомнить, что мне не требуется получать удовольствие.

      – Ну, так сделай это ради меня, пожалуйста, хорошо? Покувыркайся по цветочкам, поржи, поскачи, еще как-нибудь развлекись. Не для твоего удовольствия, а для моего спокойствия, сделай одолжение, ладно?

      Он проводил взглядом лошадь, скрывшуюся в полях.

      За его спиной загоготал Из Сумерек Темноты.

      – Ну ты и фрукт, господин Мокрица, освободитель рабов. Интересно, что его светлость обо всем этом скажет?

      Мокриц пожал плечами:

      – Съязвит, пожалуй, но от пары капель желчи еще никто не умирал. Витинари и сам вполне себе борец за свободу, разве что не за мою.

      Поглядев на железную дорогу, Мокриц удовлетворенно отметил, что рабочие бригады под чутким руководством воспитанников Дика Кекса неуклонно продвигались вперед, укладывая очередной участок дороги в направлении Щеботана.

      Чтобы отправиться дальше, Мокрицу и Из Сумерек Темноты пришлось проехаться на дрезине, которой самозабвенно управляли двое юных железнодорожников, – это была смешная и любопытная конструкция, колеса которой катились по свежеуложенным рельсам, еще не до конца усевшимся в земле.

      Они пересекли границу, сделав лишь короткую остановку, чтобы разобраться с формальностями, которые состояли в том, что они кивнули пограничникам со словами:

      – Мы проедем, да, парни? – после чего те на секунду оторвались от садово-огородных работ, чтобы махнуть им руками и пропустить.

      Там, где заканчивались рельсы, их встречал старик с телегой, готовый доставить их, как и было условлено, до самого шато. Старик не скрывал недовольства насчет присутствия гоблина в своем чистеньком транспортном средстве, хотя речь шла, собственно, о простой телеге.

      Маркиз поджидал их на пороге шато и широко улыбнулся, завидев Мокрица. Но, заметив его спутника, сморщил нос.

      – Кто это? – спросил маркиз тоном светской львицы, которая обнаружила в своей тарелке часть чьего-то щетинистого тельца.

      – Это Из Сумерек Темноты.

      Из Сумерек Темноты нахально салютовал маркизу.

      – Из Сумерек Темноты, господин Мур-Кис. Нехилое местечко ты себе отгрохал. Очччень даже нехилое. А за запах не переживай. Я привыкну.

      После неловкой паузы маркиз промолвил:

      – Не, господин Мур-Кис, какой же я бог, – возразил Из Сумерек Темноты. – Я просто гоблин, лучший из тех, что тут есть, так-то. Я и в хозяйстве пригожусь, – звонко и саркастически продолжал гоблин. – А еще, господин Мур-Кис, я живой. Если меня уколоть – разве из меня не пойдет кровь? Впрочем, если меня уколоть, то в ответ я вам и сам что-нибудь расколю, ничего личного.

      Раскатистый хохот маркиза огласил окрестности. Одного у гоблина было не отнять. Он умел растопить лед. Хоть целый айсберг.

      Маркиз протянул ему руку и сказал:

      – Аншанте, месье Из Сумерек Темноты. Любишь ли ты вино?

      Уже поднимаясь по ступенькам каменного крыльца, маркиз отвечал:

      – Увы, этого у нас в ассортимент нет. Насколько я понимаю, твой народ любит, чтобы в вине плавала улиточка, но, к сожалению, не могу предложить ничего подобного.

      – Не беда, выпью, что нальют, премного благодарен. И чтоб ты знал, господин Мур-Кис, они не мой народ, они твой народ. Я анк-морпоркский паренек. Видел коня с яком 41 , все как положено.

      В предвечернем солнечном свете вид на стланик с террасы открывался изумительный.

      – У вас много гоблинов в Анк-Морпорке, господин фон Липвиг? – полюбопытствовал маркиз, наливая Мокрицу бокал прохладного вина. – Мы, конечно, слышали про милорда Витинари и его знаменитый плавильный котел. Говорят, однако, что многие горожане все еще относятся к ним с подозрением и считают, что связаться с гоблинами – значит запачкать руки! Такие вот предрассудки у твоих земляков. Хотя их самих нельзя назвать особенно чистый. А нам в Щеботан сами боги велели быть чистоплотнее. Ведь Щеботан – родина месье Биде, человека и инструмента для поддержания чистоты! И при этом вы в свой Анк-Морпорк воротите нос от нас и называете грязнулями.

      – Возмутительно, – согласился Мокриц. – Я как-то встречался с месье Биде, правда, так и не пришлось пожать ему руку… Прошу прощения, что-то не так?

      Маркиз вдруг принял обеспокоенный вид.

      – Кто-то наблюдал за нами вон с тот дерево. Наверное, я слишком громко говорил, потому что он, кто бы это ни был, сразу спустился и скрылся в чаще. Кто-то мелкий, но крупнее гоблина – тех на деревьях и не заметишь.

      В воздухе что-то мелькнуло – это Из Сумерек Темноты перемахнул через парапет и скрылся в зарослях внизу. Через секунду он вернулся со словами:

      – Гномье отродье. Удрал, собака. Ну и плевать на него!

      Маркиз подлил Мокрицу вина и переспросил:

      – Гном? Это как-то связано с твоим делом, господин фон Липвиг? Промышленный шпионаж? Казалось бы, гномам должна понравиться железная дорога… они ведь и работники по металлу, и торговцы рудой.

      – Едва ли, – ответил Мокриц. – Несколько месяцев назад экстремистские группировки гномов доставили нам много неприятностей нападениями на семафорные башни, но эта проблема как будто исчерпала себя. Вообще гномы почти не интересуются работой на железной дороге. Это наверняка как-то связано с грагами. Они не любят тех, кто имеет вес в Анк-Морпорке.

      – Ах да, – подхватил маркиз. – Знаменитый Кумский соглашение, вот оно что. Я полагал, конфликт исчерпан.

      – Все так полагали. Но так уж бывает. Всем не угодишь. И уж точно ты не угодишь грагам, как ни старайся.

      Подкрепившись, Мокриц и Из Сумерек Темноты отправились в стланик искать местных гоблинов, которых пора было ввести в курс дела. Может, с точки зрения закона они и не владели землями, через которые должна была пройти железная дорога, но Мокриц считал, что поселенцы на ничейных территориях уж, наверное, имеют на них какое-то право.

      Продираясь сквозь колючие невысокие заросли, Мокриц все соображал, откуда взялся этот гном, шпионивший за ним тут, в Щеботане, где гномов обычно не увидишь. Это, несомненно, значило, что за ним следили, и почти наверняка этот гном был не единственным. В пору шальной юности и, честно говоря, шального третьего десятка, на чем не хотелось заострять особого внимания, Мокриц постарался ознакомиться с методологией шпионажа. Так вот, одинокий шпион не мог как следует охватить все перемещения жертвы. Что здесь делал этот гном? Откуда он взялся? И самое главное, куда он делся?

      Его раздумья прервал Из Сумерек Темноты, который вдруг замер у скалистого выступа, который, по мнению Мокрица, ничем не отличался от остальных, которые они только что миновали. Было жарко. Очень жарко.

      – Жди здесь, – распорядился гоблин. – Я мигом, одна нога тут, другая тоже тут.

      Но прежде чем гоблин вернулся, прошел целый знойный час, и солнце уже начинало садиться за горизонт. Из Сумерек Темноты бежал по рельсам в сопровождении целой стаи щеботанских гоблинов, которая разрасталась по мере приближения, потому что все новые гоблины присоединялись к толпе, выползая из кустов.

      Что касается внешности, выглядели здешние гоблины точь-в-точь как и по ту сторону границы. Однако в отличие от анк-морпоркских щеботанские гоблины придерживались стиля, который можно было назвать почти пижонским. Было в них что-то щеголеватое, недоступное их анк-морпоркским сородичам, некий флер, причиной которому наверняка служил какой-нибудь парфюм д’эскарго 42 . Материалы на вид были, как ни крути, типичные для гоблинов: куски шкур или сразу целые животные, птицы, перья, и все это еще украшали блестящие камушки. Складывалось ощущение, что эти гоблины открыли для себя таксидермию, упустив из виду ту довольно важную – да нет, ключевую деталь, – что кишки надо предварительно выскребать. Но приходилось ли удивляться, что щеботанские гоблины придумали свой собственный от-кутюр?

      Мокриц усмехнулся. Может, дело было в их дерганой развязной поступи или в бодром накось-выкуси, которое читалось в их взглядах, но ему стало понятно, что здешние гоблины по неведомой причине стремились к лучшему.

      В то же время было очевидно, что жизнь изрядно покидала их из огня да в полымя и никакая врожденная бравада не могла скрыть этих ран.

      Мокрицу повезло, что на его стороне был Из Сумерек Темноты, потому как эти обитатели стланика явно не питали теплых чувств к человечеству. Из Сумерек Темноты кособоко подскочил к Мокрицу и ухмыльнулся.

      – Как же им тяжело приходится, – затараторил он. – Гоблины пропадают. Малыши пропадают. Горшки пропадают. Все пропадают. Но они держат нос по ветру, о да. Гоблинам больше никак. Боль. Боль. Боль. А сейчас я толкну речь.

      Из Сумерек Темноты оказался гоблином, по красноречию способным потягаться с самим Мокрицем.

      Мокриц плохо понимал по-гоблински, но не нужно было знать язык, достаточно было взглянуть на эти лица и на экспрессивные жесты Из Сумерек Темноты. Гоблин как будто исполнял номер на сцене.

      Да, Мокриц не мог разобрать слов, но предполагал, что содержание речи сводилось примерно к следующему: «Новая жизнь в Анк-Морпорке, где сколько хочешь крыс, а еще тебе платят». Надежды и обещания – все было здесь, струилось по воздуху.

      И Мокриц был настолько уверен в том, что правильно понял смысл, что нагнулся к гоблину и подсказал:

      – Не забудь добавить, что в Анк-Морпорке гоблины стали полноправными гражданами.

      Мокриц был ужасно доволен, когда тот запнулся и уставился на него.

      – Как ты узнал, что я говорил об Анк-Морпорке, господин фон Липвиг?

      Из Сумерек Темноты продолжал свою речь, а гоблины вовсю таращились на Мокрица. Но в их глазах читались не угрозы, не злоба, а просто… надежда, скупая надежда существ, которые научились пессимизму как технике выживания.

      Потом один гоблин вышел вперед и подозвал Мокрица к себе, явно желая что-то показать. Из Сумерек Темноты подтолкнул его им навстречу. Мокриц опасливо зашагал по россыпи тропок, полускрытых в зарослях терна, мимо луж с ядовитой водой и каменистых нагромождений от давних обвалов. Под ногами что-то похрустывало. Кости, судя по звуку – мелкие косточки. В ушах Мокрица звучали слова Из Сумерек Темноты:

      – Молодые гоблины! Очччень вкусно! Сытный ужин. Так думали разбойники. Но мы держимся, господин фон Липвиг. Держимся.

      Ледяная волна ужаса прокатилась по позвоночнику Мокрица. Из Сумерек Темноты продолжал:

      – Разбойники хотели есть. Маленькие гоблины. Легко ловить.

      – Хочешь сказать, они ели гоблинов? – воскликнул Мокриц, и его гнев не укрылся от Из Сумерек Темноты.

      – Ну да. Легкая добыча. Разбойники все съедят, что поймают. Крыс. Кротов. Землероек. Птиц, даже такую мерзость, как вороны. Все проглотят и не подавятся. Не помет потом, а отрава. А гоблины на вкус как курица. Может, и не чудо природы, но когда разбойники рядом, гоблинам плохо. Гоблинам много не надо, ну и ладно, потому что много и не будет, но такие, как я, согласны на любую работу, если на свежем воздухе. И чтобы жить в таком месте, где нас не будут убивать. Вот! И все было бы тип-топ. А в Анк-Морпорке еда не проблема. Большой Койхрен! Крыс завались!

      – Ясно, господин Сумерек, и что нам делать с этим дальше?

      Гоблин наградил Мокрица циничным взглядом. Такой взгляд дается очень легко, если ты гоблин, потому что ты учишься цинизму с младых когтей и крепко его усваиваешь.

      – Ты меня пол-именем назвал, господин Всех Мокриц. Прощаю, я добрый. На этот раз. И прошу. Больше так не делай. Это очень важно. Пол-имя – оскорбление. За такое на дуэль вызывают. Ты спешишь, знаю. Но не оправдание. Прощаю. Один раз, господин фон Липвиг! Это дружеское предупреждение. Бесплатно.

      Уж кто-кто, а Мокриц фон Липвиг знал цену правильному слову в правильный момент.

      – Господин Из Сумерек Темноты, я исключительно признателен тебе за твою снисходительность.

      Начинался дождь. Липкий, ленивый дождь, который гоблины словно не замечали. Эти создания были самыми стойкими стоиками в мире, хотя и таили в себе много неприятных сюрпризов. Мокриц задавался вопросом, какими они станут, когда решат – а они решат – не терпеть больше такого обращения с собой.

      Из Сумерек Темноты снова усмехнулся Мокрицу и объявил:

      – Эй ты, господин герой и великий воин, ха-ха, между прочим, это дурачье взаправду верит, что ты у нас круче, чем вареные яйца, и солнце светит из твоей задницы.

      Мокриц догадался, что Из Сумерек Темноты, рекламируя гоблинам прелести анк-морпоркской жизни, несколько преувеличил его собственный статус.

      – Что же ты им наплел?

      – Им нужно на что-то надеяться, господин фон Липвиг. Может, ты и не золотой мальчик, но вид делаешь как надо. Я им уже объяснил, что ты великий гражданин Анк-Морпорка и дерешься, как черт.

      – Что ж, – сказал Мокриц, – хоть в чем-то угадал. Но разбойников-то мы уж точно всех распугали. Разве гоблины не могут остаться здесь? Когда тут проложат рельсы, на железной дороге откроются вакансии. Им же понравится такая работа?

      – Разбойники рано или поздно вернутся. Им конца-краю не бывает. А гоблины не летают, господин Мокрица. До анк-морпорской линии отсюда далеко! Они ждут, что ты их заберешь. А я? Я не со страшдественской елки свалился. Смеркается, у тебя даже ножа нет, а мы все еще в стланике. Тут не только разбойники! Тут хуже, сильно хуже! Много зла в стланике, а ты до сих пор без оружия? Так какой будет приказ, господин важная шишка?

      Мокриц помедлил. Он доверял своей интуиции, которая никогда его не подводила.

      – Хорошо. Мы заберем их с собой. Но сперва вытащи нас отсюда.

      – Нет уж, пусть Удивительный фон Липвиг вытащит всех отсюда. А его отважный дружок гоблин будет замыкать с тылу.

      – Правда? Тогда ладно. Главное, укажи верное направление.

      Там было нечто вроде дороги – и сотни крошечных тропок, расходившихся во все стороны. Из-за спины Мокрица Из Сумерек Темноты исподтишка направлял его самого и невеселую, но обнадеженную компанию гоблинов. Из него вышел отличный второй пилот, хотя он и считал Мокрица чуточку болваном. Но все-таки небесполезным болваном.

      Пока они продирались обратно к дороге, которую с некоторыми усилиями можно было отличить на местности, Мокриц думал про себя: конечно, сложно переоценить роль командора Ваймса в освобождении гоблинов, зато он, Мокриц, сможет обеспечить их рабочими местами. Быть гоблином ведь еще не профессия. Так не бывает. Но если бы существовало такое занятие, как профессиональный гоблин, то на эту должность лучше всего подошел бы Из Сумерек Темноты. Это был такой стопроцентный гоблин, что Мокриц не удивился бы, если бы другие гоблины, видя его, хлопали друг друга по спине и приговаривали: «Вот черт! Только глянь на этого гоблина! Скажи, как похож на гоблина, а?»

      Но дела делались, и жизнь не стояла на месте – сами люди не стояли на месте, и у них появлялось чувство собственного достоинства. Оказалось, что гоблинам не было равных не только в семафорном деле, но и в гончарном ремесле, на котором они зарабатывали немалые деньги. Гоблинские горшки, тонкие и переливающиеся, как бабочкины крылья, были произведениями искусства 43 .

      В мысли Мокрица вторгся Из Сумерек Темноты:

      – Эти бедолаги, что плетутся сзади, предупреждают, мол, о тебе гномы справлялись, кореша того гада, которого я с дерева согнал. До чего же шустрые, когда припечет, твари неуемные. Не любят они кремневых топоров! Но некоторые еще поблизости. Ждут, видать, когда мы выйдем на дорогу. Место что надо для засады.

      Мокриц до тех пор приложил немало усилий, чтобы всегда оставаться в стороне от боевых действий, в качестве оружия отдавая предпочтение слову; но когда дела принимали такой оборот, что слов оказывалось недостаточно, он мог пустить в ход и кулаки, и ноги. В настоящий момент он прикидывал, не начать ли незаметно подволакивать ноги, чтобы немного отстать и в случае атаки оказаться в окружении гоблинов. У них ведь у всех каменное оружие, а у него нет – логично? К тому же у гоблинов был бойцовский дух, впитанный с молоком матери, если, конечно, матери кормили их молоком 44 .

      Они настороженно углублялись все дальше в сгущающуюся тьму, стараясь передвигаться бесшумно. Даже малыши гоблинов притихли на подступах к земле обетованной.

      Они обогнули шато и зашагали через лесок в направлении станции. Некоторое время спустя Мокриц услышал на уровне своего локтя шепот Из Сумерек Темноты, напоминавший хруст щебенки:

      – Я отправил пару ребят пошустрее вперед разведать обстановку. Что-то не так на станции. Не смогли подобраться близко и рассмотреть как следует, но говорят, в лесу засела как минимум дюжина гномов, а то и больше. Слышали, как у них там что-то лязгало. Пытаются притаиться, да не больно-то получается. Им бы все молотком стучать да языком чесать. Можно попробовать их обойти – но и они могут зайти сбоку. Я так думаю, лучше всего разобраться с ними прямо сейчас, ты со мной согласен? Не боись, эти лобстеры драться умеют и гордятся тем, что ты ими командуешь… правда же?!

      Это не был вопрос, а настоятельное требование. Мокриц c ужасом заметил, что все беженцы столпились вокруг него. На их непривлекательных лицах виднелась надежда и остатки пищи. Среди них были дети, некоторые – совсем еще младенцы. Мокриц ощущал бремя их веры на своих плечах и понимал, что это чувство было безосновательным и, возможно, даже напрасным. Какой из него вождь? Он не командор Ваймс. Но что сделает Из Сумерек Темноты, если Мокриц возьмет и сбежит? Он мог обогнать любого гнома, добраться до шато… но обгонит ли он гоблина.

      Мокрица передернуло, и он задвинул эту мысль на задворки сознания как раз в тот момент, когда рядом с ним возникла маленькая гоблинка.

      – Ступай в битву с чашечкой чая! – заговорила она. – Особого гоблинского чая! Очень полезного! Заварен в овечьем пузыре! Здорово помогает, когда нужно много бегать! Горячие травы! Ты пей! Пей сейчас же! Ничто так не помогает, как чашечка чая. Он лечебный!

      Из Сумерек Темноты вручил Мокрицу большую гоблинскую дубину.

      – Много, много есть способов умереть, – сказал он с душераздирающей бодростью. – Поверь старому гоблину: этот способ лучше прочих! Держимся! Держимся вместе.

      Мокрица не смутил этот довольно неприятный намек. Ему было знакомо это традиционное гоблинское приветствие: держимся вместе, говорило оно, вместе или поодиночке. Он залпом выпил остывший чай с безобидным привкусом ореха и легким намеком на шерсть, ожидая в любую минуту либо яда, либо приступа тошноты. Но чай оказался вполне… приятным на вкус и даже весьма питательным. И если в нем, как и в вине, были улитки – что ж, вива эскарго! Хотя Мокриц поставил бы на то, что секретным ингредиентом окажется какой-нибудь а-ля.

      Напиток как будто помог, и пару секунд спустя Мокриц почувствовал себя готовым к любым испытаниям и полным сил, хотя не исключено, что виной всему был а-ля. Отчего, спрашивается, он так трусил, когда бояться было абсолютно нечего, ни-че-гошень-ки!

      Это кипучее состояние духа длилось в аккурат до того момента, когда они приметили красные огоньки станции, которые горели, как маяки, подсказывая путь сквозь окружающие заросли. Оставив стариков с козявками 45 прятаться в кустах, как умеют только гоблины, Мокриц и компания крадучись двинулись дальше.

      Молодые железнодорожники из передвижной рабочей бригады соорудили себе уютные крытые клеенкой времянки. Там всегда были рады приютить старого знакомого и напоить его горячим чаем с сахаром, который размешивали непременно гаечным ключом. А если поблизости не окажется егеря, могли сообразить и рагу из кролика и всякого а-ля на скорую руку.

      И верно: горшочек с жарким еще не перестал кипеть на угольках лагерного костра и пах как никогда аппетитно. Мокриц ожидал увидеть юношей, с которыми познакомился только сегодня утром. Сейчас они должны были с радостью устраиваться на ночлег после тяжелого дня. Он не ожидал увидеть их трупы… но именно это зрелище предстало его глазам. Потрескивал огонь, бледным светом горели фонари, и Мокриц видел, что у железнодорожников под руками было множество предметов, которые они могли использовать как оружие, но, по всей видимости, их застали врасплох. Схватка была страшная, и они более чем несомненно потерпели поражение. Быстрым взглядом он обвел раскиданные части тел, сосчитав, что всего было девять человек, и всех их порубили, когда они ужинали у входа в самодельную лачугу.

      Из Сумерек Темноты, недолго думая, взялся за дело и стал обнюхивать трупы и землю.

      – Чертовы гномы здесь побывали, да, чууую мелких ублюдков! Кто-то еще здесь, – быстро добавил он, указал на небольшой лесок в отдалении и перешел на шепот: – В лесу прячутся. – Гоблин принюхался. – Вон там, – снова принюхался. – Несколько их, один ранен, – его глазки-бусинки блестели, а Мокриц… Мокрица вдруг охватило такое чувство, будто он горел в огне.

      – Пожалуйста, – с трудом выговорил он. – Скажи, как по-гоблински будет «В атаку!»?

      Намного, намного позже Мокриц вспомнит, что гоблин успел произнести как минимум начало слова, а потом весь мир заволокло алой дымкой, полной криков, и темным туманом войны. Он сознавал, что его руки и ноги сами по себе творят жуткие вещи, особенно руки, и слышал звуки, неприятные звуки, хрусты, хлюпы, но все это отзывалось в нем одними неясными ощущениями, как и чьи-то вопли… Мелкие крупицы воспоминаний выплывали из глубин подсознания, как пузырьки в домашнем лимонаде, и, вырвавшись на поверхность, улетучивались так быстро, что он не успевал их осмыслить. Но постепенно пузырьки выветрились, и Мокриц до некоторой степени пришел в себя и обнаружил, что лежит, прислонившись спиной к дереву.

      Костер железнодорожного лагеря снова разгорелся, и на горизонте Мокриц с огромным удивлением заметил первые признаки рассвета. Но они ведь пришли сюда всего несколько минут назад, разве нет? Из Сумерек Темноты сидел неподалеку на пеньке, куря трубку и время от времени выдувая кольца дыма в утреннюю синеву неба. Это было зрелище, о котором мог бы мечтать любой художник, если бы только для этой картины не требовались разнообразные оттенки крови и пара мазков того невообразимого цвета, который имеют кишки. Воспоминания Мокрица о минувшей ночи теперь украсились грудой трупов.

      – Однако ты темная лошадка, господин Всех Мокриц! – Гоблин оскалил зубы в ухмылке. – Кто бы мог подумать? Имей в виду, после такого у тебя все будет страшно болеть. Но повел ты себя по-мужски! По-гоблински даже! Трое! Сам пересчитай! В смысле, кусочки пересчитай и сложи, трое и получится. От трех гномьих вояк только мокрое место осталось! Двое были снаряжены по высшему разряду, в микрокольчугу, как наемные убийцы. Стоит немало. Военная добыча. Вот, бери, отнесешь госпоже Доре Гае вместо сувенира. Хорошо будет смотреться над камином!

      То, что Мокриц сначала принял за обрубок дерева, оказалось головой гнома, все еще в боевом шлеме.

      – Вот это правильно! Пусть все выйдет из организма! Рви, рви и еще раз рви. Это полезно, почувствуешь себя намного лучше. Пусть все остается снаружи, а не внутри.

      Мокриц поднялся на подкашивающихся ногах и проговорил, невзирая на туман в глазах:

      – Не может быть, чтобы я убил троих гномов! Я не боец! От слова совсем! От этого обувь портится.

      – Вряд ли гномы с тобой согласятся. Нет, ты не подумай чего, вот этому я лично показал, так сказать, где раки зимуют. Как повалил его на землю, так ему все стало понятно. Вообще мы старались держаться от тебя подальше на всякий случай. Ты сделался немножко… неразборчивым, о дааа. Но не бойся, никто не пострадал.

      – Никто не пострадал? – взвыл Мокриц. – Я только что убил троих гномов! Это как, по-твоему, не считается?

      – Так то в честной драке, господин Мокрица. Один против всех, как в лучших байках. Я так скажу: даже наши повлезали на деревья, чтоб тебе под руку не попасться. Но ты не боец, конечно. Ты сказал, и мы все слышали.

      – Это чай во всем виноват! В нем все дело! Ты накачал меня вашим гоблинским пойлом! Кто знает, как оно на меня подействовало!

      – Я? – неубедительно возмутился Из Сумерек Темноты. – Я тебе жизнь спас, чтоб ты мог вернуться к своей прекрасной супруге, которая всегда так добра к гоблинам. Поверь мне на слово, господин Мокрица, чай только выпустил наружу то, что в тебе уже было.

      – И что же там было, позволь спросить?

      – Ярость, господин Всех Мокриц. Ты спустил ее с привязи. А теперь подсоби-ка, нужно прибрать после такой мясорубки и убираться отсюда.

      Мокриц посмотрел на то, что осталось от железнодорожников. Они просто делали свою работу и никому не причинили никакого вреда. Обычные ребята, далекие от политики, которых ждали жены и дети, были мертвы из-за распри, к которой не имели никакого отношения. Ярость снова начала закипать в нем, словно приподнимая его над землей. Они не заслужили такой смерти, равно как и гоблины, чьими телами было усеяно поле битвы.

    admin

    Наверх